Форум » ПОДВИГИ ГЕРКУЛЕСА » Жанры » Ответить

Жанры

Трак Тор: Сборная тема

Ответов - 48, стр: 1 2 3 All

Алексей Ильинов: Евгений, что мне наиболее «льстит» в идее Великой Космической Войны, так это то, что неожиданным образом Вы и Андрей ОБЪЕДИНИЛИ (вероятно, невольно) вселенные «Великого Кольца» Ивана Ефремова и «Среднегалактической Империи» («Среднегалактический», как я понимаю, это что-то вроде идеи «Галактического Мидгарда») Эдмонда Гамильтона. Гамильтон, конечно, не был столь серьёзным и глубоким философом, что ИАЕ, но, тем не менее, его миры не менее ярки и загадочны. Да, они намного «проще» ефремовского, но и там есть немало «цепляющего». В своё время был очарован «Звёздными королями» - их печатала в конце 1980-х годов «Техника-молодёжи» с великолепными иллюстрациями Роберта Авотина. А это вот биография Эдмонда Гамильтона. Взята, естественно, из "Википедии". Эдмонд Мур Гамильтон родился 21 октября 1904 года в США в городе Янгстаун (штат Огайо) и стал третьим ребёнком в семье. Его отец работал в местной газете художником-карикатуристом, мать до замужества преподавала в школе. После рождения сына отец Эдмонда оставил работу в газете и приобрёл небольшую ферму в деревне Поланд (Огайо). В 1911 году он получил работу в Ньюкастле, куда и переехала вся семья. После окончания школы Эдмонд Гамильтон поступил в престижный колледж Вестминистер в городе Ист-Уилмингтон, который закончил досрочно в возрасте 14-ти лет. В научной фантастике его дебют начался с рассказа «Бог — чудовище Мамурта», который появился в 1926 году в августовском выпуске журнала Weird Tales. В том номере по рейтингу Гамильтон уступил только своему кумиру Абрахаму Мерриту, оттеснив на третье место популярного в то время автора литературы ужасов Говарда Лавкрафта. Гамильтон быстро стал одним из главных членов группы писателей, публиковавшихся в Weird Tales и собранных главным редактором журнала Фарнсуортом Райтом. В ту же группу входили ещё такие известные писатели как Говард Лавкрафт и Роберт Говард. В периоде с 1926 по 1948 год в журнале Weird Tales было опубликовано 79 произведений Гамильтона, что сделало его одним из самых плодовитых писателей. В промежутке между концом 20-х годов и началом 30-х Гамильтон публиковался во всех американских pulp-журналах, издававших научную фантастику. Рассказ Гамильтона «Остров безрассудства» (The Island of Unreason) (Wonder Stories, май 1933) был награждён премией Жюля Верна как лучший научно-фантастический рассказ года (это была первая НФ-премия, вручаемая по результатам голосования читателей; прообраз премии Хьюго, учреждённой в 1953 году). В тот период времени Гамильтон был почитаем и считался ветераном среди писателей Weird Tales. В конце 30-х годов в Weird Tales были напечатаны несколько выдающихся фантастических рассказов Гамильтона, из которых больше всего выделялся рассказ «Кто имеет крылья» (He That Hath Wings) (1938) — наиболее популярный и переиздававшийся чаще остальных. Затем Гамильтон погрузился в создание серии рассказов, главным действующим лицом которых был супергерой Курт Ньютон. В 40-50-е годы Гамильтон написал в одиночку сотни рассказов в рамках этой серии, которые первоначально печатались в журналах, а позднее были опубликованы в виде 13 «романов». Идею создания серии Гамильтону подсказал редактор Морт Вайзенгер. Оба ранее приняли участие в создании легендарного героя — Супермена. В 1946 году Эдмонд Гамильтон женился на писательнице Ли Дуглас Брэкетт, которая тоже писала фантастику. Через три года после свадьбы чета Гамильтонов переселилась на восток США, на ферму в Кинсмене (Огайо), которая принадлежала дальним родственникам Гамильтона. В послевоенные годы популярность Гамильтона пошла на убыль. Ему удалось опубликовать несколько удачных романов: «Звезда смерти» (1966), трилогия о Звёздном Волке («Звёздный волк I: Оружие извне» (1967), «Звёздный волк II: Закрытые миры» (1968), «Звёздный волк III: Мир звёздных волков» (1968)). 1 февраля 1977 года Эдмонд Гамильтон умер, не дождавшись публикации своего последнего сборника, составленного женой,— «Лучшее Эдмонда Гамильтона» (1977). Серии романов Джон Гордон (John Gordon) «Звёздные короли» (The Star Kings) (1949) «Возвращение к звёздам» (Return to the Stars) (1970) Межзвёздный Патруль (Interstellar Patrol) «Извне Вселенной» (Outside the Universe) (1964) «Сталкивающиеся светила» (Crashing Suns) (1965) Капитан Фьючер (Капитан Будущее) (Captain Future) «Вызов Капитана Фьючера» (Calling Captain Future) (1967) «Капитан Фьючер и император космоса» (Captain Future and the Space Emperor) (1967) «Галактическая миссия» (Galaxy Mission) (1967) «Кометные короли» (The Comet Kings) (1968) «Опасная планета» (Danger Planet) (1968) (под псевдонимом Брэтт Стерлинг (Brett Sterling)) «Чародей с Марса» (The Magician of Mars) (1968) «Неукротимый мир» (Outlaw World) (1968) «Планетная угроза» (Planets in Peril) (1968) «Звёздный поиск» (Quest Beyond the Stars) (1968) «Вызов капитана Фьючера» Captain Future’s Challenge (1969) «Изгои Луны» (Outlaws of the Moon) (1969) «Десятая планета» (The Tenth Planet) (1969) (под псевдонимом Брэтт Стерлинг (Brett Sterling)) Звёздный волк (Starwolf) «Оружие извне» (The Weapon from Beyond) (1967) «Закрытые миры» (The Closed Worlds) (1968) «Мир звёздных волков» (World of the Starwolves) (1968) Романы «Всадники времени» (The Time Raider) (1927) «Похитители звёзд» (The Star Stealers) (1929) «В недрах туманности» (Within the Nebula) (1929) «Погонщики комет» (The Comet Drivers) (1930) «Космическое облако» (The Cosmic Cloud) (1930) «Солнечные люди» (The Sun People) (1930) «Захват двух миров» (Conquest of Two Worlds) (1932) «Ужас на астероиде» (The Horror On the Asteroid) (1936) «Озеро Жизни» (The Lake of Life) (1937) «Убийство в клинике» (Murder in the Clinic) (1945) «Девушка-тигр» (Tiger Girl) (1945) «Чудовища Ютонгейма» (The Monsters of Juntonheim) (1950) «Таркол — повелитель неизведанного» (Tharkol, Lord of the Unknown) (1950) «Город на краю Земли» (The City at World's End) (1951) «Звезда жизни» (The Star of Life) (1959) «Солнечный удар» (The Sun Smasher) (1959) «Преследуемые звёзды» (The Haunted Stars) (1960) «Битва за звёзды» (Battle for the Stars) (1961) «Долина мироздания» (The Valley of Creation) (1964) «Беглец со звёзд» (Fugitive of the Stars) (1965) «Звезда погибели» (Doom Star) (1966) «Арфисты Титана» (The Harpers of Titan) (1967) «Янки в Валгалле» (A Yank At Valhalla) (1973) Рассказы Бог — чудовище Мамурта (1926) В недрах туманности (1929) Города в воздухе (1929) Гостиница вне нашего мира Дети Солнца Дитя ветров Запертый мир (1929) Изгнание Кометная угроза (1928) Кто имеет крылья (1938) Кто там — извне? (1952) Металлические гиганты (1926) Мои бедные железные нервы На закате мира Невероятный мир (1947) Остров безрассудства (1933) Отверженный (1968) Похитители звёзд (1927) Проклятая галактика (1935) Реквием (1962) Семена из космоса Тот, у кого были крылья Человек, видевший будущее (1930) Чужая земля Эволюционировавший (1931) Звездные охотники Старк и Звездные Короли [править] Боевая фантастика Битва Империи Всадники времени (1927) За пределами вселенной (1929) Звёздный молот или Молот Валькаров Извне Вселенной Плоскогорье невидимых людей Роковая Звезда Сокровище Громовой Луны (1942) Хранители звёзд Межзвёздные старатели Интересные факты: «Похитители звёзд» (1927) и «В недрах туманности» (1929) — первые произведения в научной фантастике, в которых была выдвинута концепция Галактической Федерации. В «Проклятой галактике» (1935) Гамильтон впервые в художественной литературе формулирует гипотезу расширяющейся Вселенной. Ещё до начала освоения человечеством космоса Гамильтон в рассказе «Кто там — извне?» (1933) предположил, что исследование Солнечной системы будет неэффективным из-за его дороговизны. Один из самых ранних примеров функциональных роботов описан в рассказе «Металлические гиганты» (1926). Сборник рассказов «Ужас на астероиде» (1936) — одна из самых первых книг современной американской фантастики, вышедших в твёрдом переплёте (hardcover).

Алексей Ильинов: А это описание Вселенной в «Звёздных королях». Гамильтон, что любопытно, отразил в своём романе реалии своего времени (конец 1940-х годов, Фултонская речь Черчилля) — есть «Среднегалактическая Империя» и её «союзники» - это США + НАТО, есть «Лига Тёмных Миров» (Китай + видимо Советский Союз), есть ещё и окраинные, наиболее «анархические», области. В продолжении «Звёздных королей», романе «Возвращение на звёзды», сюжет завязан на окраинах и могущественном и древнем недруге, вторгшемся в нашу Галактику из Большого Магелланова Облака. <...> Когда Гордон проснулся, был уже новый день. Вель Квен измерил ему пульс и давление, принес завтрак: что-то вроде сухого печенья, фрукты и сладкий шоколадный напиток. Чувство голода исчезло после первых же глотков. Потом начались уроки языка. Этим занимались неделю, не выходя из башни. Гордон схватывал на лету. Вель Квен оказался прекрасным учителем, демонстрационная аппаратура была отличная, кроме того, в основе языка лежал английский. За 200 000 лет словарь сильно расширился, но структура осталась прежней. Наконец, Гордон смог задать свой первый вопрос: - Мы на Земле? - Да, - кивнул старик. - Это высочайшие земные горы. Значит, действительно Гималаи. Они были столь же безлюдны и величественны, как и в войну, когда Гордон летал в этих краях. - Неужели на Земле нет больше ни городов, ни людей? - Почему же? Просто Зарт Арн выбрал для своих опытов уединенное место. Отсюда он обменивался телами с множеством людей из самых разных эпох. - Потом они возвращались назад? - Конечно. Когда приходил срок, я производил обратный обмен. Вель Квен показал Гордону телепатический усилитель, способный направить мысленное послание любому человеку в прошлом, объяснил принцип работы аппаратуры обмена. - Разум - это электронная структура в мозгу. Аппарат преобразует ее в фотонную. Фотонное сознание можно переслать через любое измерение, в том числе и четвертое, то есть время... - Зарт Арн сам изобрел этот метод? - поинтересовался Гордон. - Мы изобрели его вместе. Теория у меня была. Зарт Арн - самый способный мой ученик, он помог построить и испытать аппарат. Результат превзошел ожидания. Видите стеллажи? Это мыслезаписи, принесенные Зарт Арном из прошлого. Мы работаем тайно. Арн Аббас запретил бы своему сыну рисковать, заподозри он что-нибудь. - Арн Аббас? - переспросил Гордон. - Кто это? - Повелитель Средне-Галактической империи, столица которой, Троон, расположена близ Канопуса. У него двое детей. Старший, Джал Арн, и Зарт. - Вы хотите сказать, - растерялся Гордон, - что человек, в теле которого я нахожусь, это сын самого... самого... - Да, - кивнул Вель Квен. - Но Зарт не интересуется политикой. Он ученый. Мы исследуем прошлое. Вот почему он живет здесь, а не на Трооне. - А что такое Средне-Галактическая империя? Она охватывает всю Галактику? - Нет, Джон Гордон. Есть много звездных королевств, подчас враждующих между собой. Империя - лишь величайшее из них. Гордон не смог скрыть разочарования. - Я надеялся, мир грядущего будет демократическим, а войны исчезнут. - Звездные королевства, по сути, демократии, в них правит народ, - объяснил Вель Квен. - Мы просто даем звучные титулы своим руководителям. - Понимаю, - сказал Гордон. - Вроде нашей Англии, там тоже есть королева. - Что касается войн, - продолжал Вель Квен, - то с ними на Земле было покончено. Мы знаем это из истории. Мир и процветание позволили осуществить первые межзвездные перелеты. Но нынешние звездные королевства разобщены, как некогда земные народы. Мы пытаемся их объединить... Вель Квен подошел к стене, тронул выключатель. В воздухе возникла объемная карта Галактики - дискообразный рой сверкающих искр. Каждая была звездой, их количество потрясало. Изображение состояло из многих частей, выделенных цветом. - Цветные области - это звездные королевства, пояснил Вель Квен. - Как видите, зеленая зона Средне-Галактической империи включает север и центр Галактики. Солнце и Земля находятся на крайнем севере, неподалеку от пограничных систем Маркизатов Внешнего Космоса. Пурпурный пояс к югу от Империи - это Баронства Геркулеса, великие бароны которых правят независимыми мирами Скопления Геркулеса. Северо-западнее лежит королевство Фомальгаут, южнее - королевства Лиры, Лебедя, Полярной и других созвездий и звезд, большей частью союзных Империи. А звезды и планеты, погруженные во мрак черного облака на юго-востоке, образуют Лигу Темных Миров. Это самый сильный и завистливый враг Империи. Арн Аббас давно уже старается убедить звездные королевства объединиться и покончить с враждой и войнами. Но диктатор Лиги Шорр Кан интригует против этой политики, разжигая сепаратистские настроения. Фрагмент романа Эдмонда Гамильтона "Звёздные короли"

Алексей Ильинов: *МУЛЬТИВСЕЛЕННАЯ* Мультивселенная (англ. multiverse, англ. meta-universe) — гипотетическое множество всех возможных реально существующих параллельных вселенных (включая ту, в которой мы находимся). Представления о структуре такой мультивселенной, природе каждой вселенной, входящей в её состав, и отношениях между этими вселенными зависят от выбранной гипотезы. Различные гипотезы о существовании мультивселенной высказывались специалистами по космологии и астрономии, физиками, философами, исследователями трансличностной психологии, фантастами. Термин «англ. multiverse» был создан в 1895 г. психологом Уильямом Джеймсом (William James) и популяризирован писателем-фантастом Майклом Муркоком. Часто используются также такие термины, как «альтернативные вселенные», «альтернативные реальности», «параллельные вселенные» или «параллельные миры». Возможность существования мультивселенной порождает различные научные, философские и теологические вопросы. Данная идея активно используется, например, в теории струн. В теории бесконечной вложенности материи под одной вселенной можно понимать ряд уровней материи, доступных прямому наблюдению и эксперименту (от уровня элементарных частиц до скоплений галактик и метагалактик). Тогда более мелкие или более крупные уровни материи будут входить в другие вселенные, образуя в совокупности мультивселенную. Предположение о существовании мультивселенной используется также в одной из интерпретаций квантовой механики. В современной многомировой интерпретации квантовой механики подразумевается, что любой квантовый объект может находиться сразу в нескольких состояниях. Это состояние объекта продолжается до физического измерения, после которого мы можем наблюдать объект только из одной вселенной в определенном состоянии. Источник: "ВИКИПЕДИЯ - Свободная энциклопедия"

Алексей Ильинов: *Киберпанк: рождение / развитие / смерть* История литературно-фантастического течения 1. Задолго до рождения Видите эти зашитые в псевдокожу наушники? Это мнемоюсты. Не бойтесь, осторожно наденьте их на голову... Дека работает в информационном режиме, потому ваши рецепторы продолжают полноценно воспринимать окружающую действительность. Теперь пошло искажение... Вместо изоплоскости монитора вы видите бумажный журнал. Анахронизм, правда? По мнению разработчиков, журнал — лучший вариант преподнесения информации о таком раритетном течении, как киберпанк. Эпистолики склонны считать, что киберпанк, созданный на бумаге и для бумаги, не может быть воспринят в форме видеоряда и четырехсекундного мыслепотока. Поэтому — перед вами журнал. Опционально мнемоюсты могут усиливать образный ряд — в том случае, если количество предложенных иллюстраций не удовлетворит уважаемого пользователя. Готовы к погружению в Матрицу? Ввод. {Данный экскурс является необязательным. Если вы придерживаетесь режима "Новичок", пропустите экскурс. Начните со второго пункта и возвратитесь к первому после прочтения всей статьи.} //56 535 лет назад > Человек частично разумный, прямоходящий, вовсю осваивает естественные технологии. Топор, палка-копалка, копье. Литературой тут и не пахнет. // 2048 лет назад > Человек вполне разумный, иногда прямоходящий, вовсю осваивает философию. Эпикурейство, стоицизм, цинизм. Литература служит программной оболочкой для распространения философии в массы. // 512 лет назад > Человек разумный, по будням прямоходящий, строит систему естественных наук на основе философии. Богословие, риторика, логика. Литература несет науку в массы. // 32 года назад > ...Двадцатый век оказался богат на литературные течения. Модернизм, сюрреализм, импрессионизм, символизм — и еще много других, с приоритетным расширением .ism, указывающим на обязательную принадлежность к литературе. Потом появился экзистенциал.ism и гуман.ism. А потом философия себя исчерпала — и после долгих лет власти над литературой сдала позиции. Наступила эпоха постмодернизма. Эпоха, характеризующаяся прагматическим, гурманским подходом к литературе. Впервые со времен "Поэтики" Аристотеля авторы задумались не о философии и идее, а о форме и качестве произведений. // 16 лет назад > Человек очень разумный и на работе прямоходящий изобретает киберпанк. 2. Простые "Движения" киберэпохи Звучное имя стиля произошло от названия рассказа Брюса Бетке "Киберпанк" (Cyberpunk), опубликованного в 1983 году в журнале Айзека Азимова. Главные действующие лица в рассказе — подростки, второстепенные — компьютеры. Двусложное словечко (кибер — связанный с компьютерами, виртуальностью, панк — асоциальный элемент, противник любой массовой культуры) быстро распространилось в среде любителей фантастики и стало применяться к произведениям подобного рода, повествующих о "крекерах", компьютерных умельцах, всеми правдами и неправдами вставляющих палки в колеса организованной преступности под благородным названием "корпорации" — и тем самым зарабатывающих себе на хлеб. Правда, к тому времени истинно киберпанковских произведений было не шибко много: к ним с огромной натяжкой можно было отнести роман Джона Варли "Нажмите кнопку "Enter" ("Press Enter") (у него впервые появилась группа людей, называемых "злыми хакерами"), тексты Мервина Мински (поборника теорий Тьюринга об искусственном интеллекте) и роман "Витки" ("Coils"), написанный Роджером Желязны в соавторстве с Фредом Саберхагеном. В "Витках" звездного тандема очень красочно обыграна идея киберпространства и телепатической связи с компьютерами, даже поведение героя напоминает киберпанковское, но... Подготовленный читатель, осиливший этот роман в один присест, с полной уверенностью скажет: "Чего-то здесь не хватает. Слабовато". Применить термин "киберпанк" было практически не к чему, и сие могло означать только одно: фантастика стояла на пороге открытия нового течения. Течения, оседлать которое не удавалось именитым фантастам. Течения, по которому решила плыть группа молодых авторов. Так появилось "Движение" ("The Movement"), неформальное сообщество авторов, положивших силы на развитие киберпанка — и низвержение заштампованности фантастической литературы. Как любое революционное движение, "The Movement" вело подпольную деятельность, всячески напоминая о приближении новой эпохи. Издаваемый им фэнзин "Дешевая правда" ("Cheap Truth"), представлявший собой сшивку размноженных фотографическим способом листов, выполнял роль подпольного печатного органа, гласа "Движения". На его страницах то и дело появлялись новые тексты в стиле "киберпанк", авторы которых предпочитали публиковаться под псевдонимами (читай "никами"), презирая саму идею "культа имени" — как идею любого культа. Гораздо позже, когда авторы решились вернуть себе имена, стало известно, что на ниве "Движения" творили такие известные ныне писатели, как Уильям Гибсон, Грег Бир, Брюс Стерлинг, Льюис Шайнер и Пэт Кэдиган. Мало кто, кроме самих "сподвижников", предполагал, что киберпанку суждено стать главным литературно-фантастическим течением восьмидесятых годов (в семидесятых это были авторы "новой волны", а в девяностых — "молодые и дерзкие"). А ведь все начиналось с маленького рассказа — и человеческой истории в 56 тысяч лет. 3. Двигаясь в потоке нулей и единичек В фантастике, камерном по определению методе, который всегда рассматривали в отрыве от Большой Литературы, об атрибутике дочерних стилевых течений мало кто пекся. Наверное, ведя традицию от "Утопии" Томаса Мора, фантасты создавали "позывные стилей" по мотивам одноименных романов: "космическая опера" — от романа Джека Вэнса, киберпанк, соответственно, — от Брюса Бэтке. Не было вымученных "измов", равно как не было фантастических манифестов и принципиальных философских начал, положенных в основу течений. Единственное, чем отличались, к примеру, фэнтези и антиутопия — так это степенью научности-сказочности, оптимистичности-пессимистичности да количества отведенных на это дело томов. Проработка героев, реалий мира, сакраментальности фраз — была откровенно неудобоваримой. В этом были похожи все "подводные" фантастические течения. Потому, создавая киберпанк, авторы "Движения" оказались на распутье... Постмодернистский имплантант Любительский экслибрис киберпанка. ... оставаться верными фантастике или уйти в постмодернистский мейнстрим. Продукт замены философии прагматической, чуть ли не кибернетической когнитологией — постмодернизм — открывал новые горизонты, наделяя слово остротой ланцета, образ — вольтажом электрошока, а героя — отчетливым, порой несвежим, дыханием в читательскую спину. Искушение вывести в свет литературу о киберсвободе именно на таких полозьях было велико. Но, как всегда, нашлись добрые пророки, упоенно зачитывавшиеся в детстве книжками Берроуза и Говарда, и не пожелавшие оставить фантастику на произвол любителей "Звездных волков" и "Рыжих Сонь", корпящих над многочисленными продолжениями. Решено было строить киберпанк в границах фантастического метода — развивая плюсы с рвением селекционера и отсекая минусы с решительностью кесаря. Выбор атрибутики, тем не менее, оказался сложным и скрупулезным. Решено было отмести идею далеких космических странствий, запечатав героев на Земле. По-новому обыгрывались идеи и без того "новой волны": пограничная среда, в которую герои Филипа Дика попадали посредством наркотиков, переросла в киберпространство — нереальную, иллюзорную, но покорно преломляющую в себе черты реального мира среду. Сам же мир предпочли построить в недалеком будущем. В мрачном, но относительно благополучном будущем. Тут не происходило глобальных ядерных катастроф, континенты не превратились в радиоактивные пустыни; не были выедены из недр полезные ископаемые — никто не боролся за канистру бензина. Оттолкнувшись от антиутопии, киберпанк в результате оказался так от нее далек, что волей-неволей приблизился к современности. К нам. Словом, если антиутопия описывала день послезавтрашний, то киберпанк — утро завтрашнего дня. А день завтрашний наступил скоро. {Говорят, в 1970 году один человек полностью предсказал пути развития технологии ОЗУ. Звали его сперва СИММстрадамусом, потом ДИММстрадамусом, потом, вроде, ДДРАМстрадамусом...} Мало кому из фантастов научных довелось увидеть воплощение своих даже самых трезвых идей. Сколько авторов сложили головы в покорении Марса, нетерпеливо отодвигая дату первой посадки на красную планету — начиная с 1950-го года! Не говоря уже о любителях дальних странствий и галактических баталий... Много тысячелетий пройдет, прежде чем воссозданная личность Ефремова скажет: "Да, именно об этой Андромеде я писал...". Писатели из "Движения" удивительно точно распознали, в какую технологическую канву ляжет их мир. Компьютеры тогда только начинали развиваться, но при незаурядном воображении можно было представить эти умопомрачительные перспективы. Что приверженцы киберпанка и сделали, практически не промахнувшись мимо главного. Во-первых, они компьютеризировали все, что можно было компьютеризировать: начиная от аптечки, советующей хозяину принять две таблетки "Опохмелина", и заканчивая многоступенчатой охранной системой (ICE) мультинациональной корпорации, "Опохмелин" производящей. Во-вторых, они изобрели киберпространство, в котором разворачивается немалая часть событий — и наличие которого не свойственно практически никакому другому стилю. В-третьих, совместили человеческую плоть с шедеврами нанотехнологии... В-четвертых, сплели из коммуникационных каналов информационную Сеть, позволившую пользователю перешагнуть за ограничения современного Интернета... В-пятых... Свобода Если посчитать количество затраченного на электронные клеммы "желтого металла", то на золотую клетку для новорожденного мира все равно не хватит. И не нужно. Для пленения хватало Сетей. Вот в этом-то и проявилась суть киберпанка. Сподвижники восьмидесятых выступали не в роли футуристов-электронщиков и уж никак не в качестве чистоплотных словесных блюстителей. Они будили в читателях бунтарский дух. Не тупо-революционный, но индивидуально-протестантский. Читай, киберпанковский. В 1945 году Вторая Мировая не закончилась, перекинувшись на другой фронт — невидимый, холодный, информационный. Недавние военные события в странах Ближнего Востока — первая в истории человечества информационная война. Паранойя всеобщего контроля также небезосновательна: можно с уверенностью говорить, что на каждого из нас в соответствующих службах заведена отдельная папочка, обещающая пролежать нетронутой — или развернуться в самый неподходящий момент. И в повсеместно провозглашаемой свободе слова наш голос не имеет никакой силы. Контроль. И не просто контроль, а помноженный на совершенство технологии и зависимость любой власти от пополняющихся капиталов. Невидимое ограничение во вселенной вседозволенности — как Белая Стена Саймака. И, подобно Стальной Крысе Гаррисона, прогрызающей норы в металлических перекрытиях, в этом мире, не избрав тиранический путь монополиста и не скатившись до торговца каштанами, мог выжить один тип человека. Кибер... Панк. 4. Персональная Библия электронных агностиков Такой герой впервые появился на страницах произведений "отца" киберпанка, Уильяма Гибсона. Никогда не расставайся с декой, очками — и возможностью подзаработать. {Брюс Бетке претендовал на звание "отца" с такими же правами, как Америго Веспуччи на открытие Америки. Потому в историю вошли люди не амбициозные, но предприимчивые: Колумб да Гибсон...} Сначала это был живой носитель — или, скорее, носильщик — информации из рассказа "Джонни-Мнемоник" ("Johnny-Mnemonic"). Герой отчаянный, но в то же время удивительно единоличный. Герой, жертвующий памятью, чтобы перенести в голове нужную заказчику информацию — за разумную сумму. И пересчитывая заработанные деньги, впору пустить Джонни слезу о потерянной памяти об отце да матери. Только не помнит киберпанк, что потерял. Потому и не плачет. Второй судьбоносный рассказ Гибсона — "Сожжение Хром" ("Burning Chrome"). Киберпанки Джэк-Автомат и Бобби рубят ЛЕД (интерактивная система защиты) монополистической корпорации гениальной уродины Хром, пользуя при этом купленную на "черном рынке" русскую военную крэк-программу. Цель у них одна — собрать денег для любимой обоими подружки, мечтающей о дорогостоящих глазных имплантантах. Рубят безудержно, не оставляя от многомиллиардного состояния Хром ничего — потому что, оставь они хоть миллиончик, владелица отыщет ледорубов и уничтожит. Девяносто процентов киберпанки отдают в благодетельные фонды — потому что им такие деньги девать некуда, им надо всего ничего... Так, из-за глаз девушки легкого поведения, они сжигают человеческую жизнь — и тысячи связанных с ней жизней. А сами продолжают жить по-старому... И, наконец, БИБЛИЯ КИБЕРПАНКА! Пусть это прозвучит, как дешевая аннотация на обороте красочного издания, но — так оно и есть. "Нейромант" ("Neuromancer") Уильяма Гибсона — это шедевр. Первый полноценный роман в стиле киберпанк. История талантливого взломщика, не брезгующего заниматься "подчисткой" людей, если заставит нужда, и обкрадывать собственных работодателей просто так, из-за каприза. История увязавшегося за кибершлюхой наркомана, не понимающего, что его настоящая и бесконечная любовь — Матрица, призрачное виртуальное пространство, разноцветный коврик для медитации, ощетинившийся острыми сюрикенами. История динамичная, как поток машин по расплавленным в неоне улицам; горькая, как первый глоток слюны после двадцати часов в Матрице; реальная, как чужое рождение и смерть, пережитые посредством симстима. История, несмотря на все тавтологии текущей фразы, заслуживающая место в человеческой истории... Истории в 56 тысяч лет. Роман "Нейромант" вместе с двумя другими — "Мона Лиза Овердрайв" и "Граф Ноль" — входят в первую киберпанк-трилогию Уильяма Гибсона. Всего трилогий — три. А еще есть "теоретик киберпанка" (теойетик, товайищи!), Брюс Стерлинг, на счету которого, помимо дюжины манифестов и теоретических работ по компьютерным технологиям и непосредственно киберпанку, — романы и рассказы. Книга Стерлинга "Схизматрица" ("Schismatrix", она же "Шизматрица") — о расколе мира на приверженцев двух путей развития. На механистов, что предпочли сожительство с достигшими совершенства механизмами, и шейперов, рискнувших экспериментировать с человеческой плотью при помощи нанотехнологий — и добившихся успеха в своих начинаниях. Главный герой Линсдей тем подходит под определение киберпанка, что с легкостью создает правила своей политической игры — и с такой же легкостью их нарушает, если за нарушением стоит победа. Руководствуясь принципом беспринципности, чуждым представлениям гуманистов об идеальном человеке, Линсдей снискал популярность и славу успешного человека во всей Солнечной системе. Кроме означенных выше столпов течения, "романы с киберпанком" писали такие сподвижники, как Грег Бир, Руди Рюкер ("Белый свет", "Повелитель пространства и времени"), Льюис Шайнер, Майкл Суэнвик ("Вакуумные цветы", "Путь прилива"), Патрисия Кэдиган, Патрик Келли ("Солнцестояние") — авторы книг, которые без преувеличения можно назвать "кремниевой библиотекой" киберпанка. Из произведений "киберпанков девяностых" наиболее любопытными являются книги Нила Стивенсона. На русский язык переведены романы "Лавина" и "Алмазный век", повествующие о развитии мира, в котором ютятся тысячи самых разнообразных "свободных обществ" (филов), карикатурно друг с другом соседствующих и не прекращающих вести идеологические войны. Все это разбавлено и насыщено откровенно киберпанковской атрибутикой (нанотехнологией, живыми островами, орбитальными станциями, книгами-компьютерами, способными воспитать из ребенка полноценную личность), но уже из того, что общество беспрекословно РАЗРЕШАЕТ выбирать человеку свой путь, не подкидывая колоссов в колеса, свидетельствует о том, что старый добрый киберпанк — безнадежно постарел и подобрел... 5. Зеркальные очки протокиберпанка Уже не одно десятилетие литературоведы ведут малоинтересные дискуссии: существует киберпанк, как литературно-фантастическое течение, — или нет? Жанр это — или метод? Стиль — или техника? И все это время люди мыслящие перечитывают "Нейроманта" и выбираются на книжный рынок, чтобы приобрести новый роман о туманном будущем завтрашнего утра. О будущем, когда вы проснетесь и.... {Пошел четырехсекундный образный ряд.} Мир (1-я секунда) ... обнаружите себя в капсуле самого дешевого кондоминиума, где не задевать головой потолок при всем желании невозможно. Напялив как можно больше вещей, чтобы не расстаться с ними навсегда, вы поежитесь от утреннего холода, пару секунд помнете схваченное от напичканной дезинфекторами воды лицо. Прежде чем шагнуть в многомиллионный человеческий поток переселенного мегаполиса, льющийся по дну теряющегося в сизом тумане стеклометаллического ущелья, стены которого — небоскребы... Технология (2-я секунда) Вы смутно припомните, что вчера вас, накачанного гормонами и наркотиками, серьезно обчистили — оба слота на затылке неприятно пустуют, ветер пронзает холодом почти оголенный мозг. Проклятые пробки остались в капсуле, и две минуты назад автомат-уборщик позаботился отправить их вместе с бутылками и пустыми обертками от софта на свалку... Единственное, что работает безотказно — дека в легкой нейлоновой сумке да механический протез левой руки, на котором почему-то поблескивает розовая помада. Кто же это был? Наверняка одна из них... Общество (3-я секунда) Вас окружают лица. Ниггерские физиономии с ритуальным шрамированием, импозантные тычки японцев с дешевыми "иконами" от Сендая, самодовольные морды малинововолосых европеек, неприметные и вездесущие желтые лица китайцев, такие же "рельефные", как изоплоскость монитора. Покорные граждане: сварщики, ассенизаторы, операторы дек, овощеводы, нейрохирурги, итальянцы, послы — те, кто покорно ложатся под навязанный свыше образ жизни. Бессильные атланты, поддерживающие благополучие директоров корпораций. Вы не замечаете их, пока вам не нужны деньги — или ласки... Герой (4-я секунда) Вчера вы убили человека. Даже двух. Позавчера украли кое-что для кое-кого. Сегодня вы снова нарушите закон: сожжете пойнт Cirovatu Opochmelin Inc., взломаете автомат для раздачи эрзац-кофе, сбудете студентам капсулу низкокачественного эндорфина, который сами не рискнете употреблять... И, может быть, если останется время, попытаетесь узнать, чья это была помада, потому что никто раньше не рисковал даже притрагиваться к механической, черной от масла, руке. Кто знает, может это — любовь?.. 6. Киберкульт киберкультуры Парадокс: учебное пособие "Как заработать деньги в киберпространстве". Варезный софт сладок. Если в восьмидесятых годах, когда киберпанк откровенно вступал в конфликты с занимавшим главенствующую позицию гуманизмом, простые читатели относились к "Нейромантам" и "Схизматрицам" с опаской, то в начале девяностых под воздействием нагрянувшего компьютерно-информационного бума киберпанк не просто полюбили, а смело возвели в ранг субкультуры. Именно тогда калечные подобия литературных героев спрыгнули со страниц, смело назвавшись шаманами каменных джунглей, объединив в себе культуру панковскую и хакерскую — и солидно потеснив реперов... А в 1997 году сторонником новоиспеченного образования, Кристианом Кирчевым, был написан "Манифест киберпанков", в котором автор изложил принципы, которых уважающий себя киберпанк обязан придерживаться. {Мы электронные духи, группа свободомыслящих повстанцев. Киберпанки. Мы живем в киберпространстве, мы везде, мы не знаем границ.} Всякое явление имеет право на существование. Но такая субкультура абсурдна по определению: как, скажем, парламентская анархия. Как тут не вспомнить Стивенсона с его "филами", свободными обществами всех мастей, на деле только ограничивающими свободу? Невозможно применить строгие законы и принципы к бунтарскому мировоззрению киберпанка. Потому что и киберпанков как таковых не существует — как стартруперов, магов, инопланетян... Они — удел фантастики. Порождения среды, где они реальны, и за пределами которой существовать не могут. В итоге киберпанк превратился в то, против чего боролись создатели "Движения". В культ. А равнодушные к виртуальным страстям владельцы салонов красоты неплохо подзаработали на массовой покраске ирокезов и пирсинговой имитации имплантантов. Плюс лэптопы хорошо раскупали. И кожаные плащи. И зеркальные очки... И книжки — иногда. Теперь они среди нас. Последнее время звучное слово "киберпанк" употребляется в больших дозах и не по назначению. Вышла компьютерная игра в серых тонах — киберпанк. Фильм о хакерах — киберпанк. Белье черного шелка — модель "киберпанк"... Видя такое дело, Брюс Стерлинг с грустью изрек: "Киберпанк мертв". 7. Бессмертие Идея данной статьи созрела до того, как ее автор увидел третью "Матрицу". Прежде он абсолютно категорично относился к любым заявлениям типа "Cyberpunk’s not dead, it just smells bad", считая их безуспешными попытками остановить вышедшую из берегов реку. Посудите, как может быть мертво течение, если оно продолжает активно совершенствоваться и видоизменяться? Выходит, может. И дело в тех самых 56 тысячах лет... Безвозвратно ушло то время, когда общественность можно было запугать массовым контролем, перенаселенностью, легализацией наркотиков, монополистическими корпорациями, мыслящими компьютерами, зловещим неоновым цветом и замещением хлопка блестящим нейлоном. Ушло потому, что одним прекрасным утром мы проснулись и поняли, что не так оно страшно, как могло быть. Утро завтрашнего дня подкралось, пока мы спали, нашептало на ушко, и мы ничуть не удивились, разглядев его в заклеенном обоями потолке "хрущевки", в коробочке Windows монополиста №1, в горящей с ночи вывеске интернет-клуба напротив... Киберпанк умер как революционное течение, и последняя сцена "Революции" — лучшая панихида, которую можно себе представить. Администратор Матрицы обещает миллионам кинозрителей, что те, кто жаждут свободы, — получат ее. Потом экран заволакивает не монохромная цифровая сетка, а свет приветливого предзакатного неба... К счастью, покойный оставил нам напоследок массу великолепных книг, написанных мастерски и со вкусом. И — живучего последователя, тот самый бессмертный русский киберпанк, которому еще предстоит развиться в бурный поток и достичь своего туманного будущего. "Но это — другой киберпанк". И совсем другая история. {Теперь мнемоюсты можно снять.} Дмитрий Тарабанов "МИР ФАНТАСТИКИ", №6, февраль 2004 г.

Трак Тор: Возможна ли сейчас утопия? Предыстория - этот разговор: haimpl:Время Ефремова, "блестящее тридцатилетие" после большой войны - время ламинарного движения вперед, когда возрожденный гуманизм девятнадцатого века видел себя далеко в будущем на обновленной науч.-технич. базе. Но уже в середине 70-х на западе констатировали "смерть утопии". anton_:Сейчас ситуация несколько другая. Мир стал гораздо более определен, чем было ранее. И именно это ограничивает распостранение утопий. Трак Тор: Вершина "нашей" утопии пришлась на 57г. - полетел Спутник-57 (помните роман:), ХХ съезд, обсуждение (закрытое) антисталинского доклада, Международный молодежный фестиваль, оттепель крепчала... Богдановская была перед 1МВ и ВОР (1908г.), уэллсовская - после (1923г.), мир стоял на перепутье (кстати, в СССР был всплеск фантастики, начиная с 22 года, от В.Итина и А.Толстого) Сейчас не хватает эпохальных событий? anton_:Сейчас не хватает пространства решений в рамках современной парадигмы. Воронка, так сказать, ведущая к системному кризису, что не совсем соответсвует утопии.

Трак Тор: anton_ пишет:" Утопию можно, конечно, написать, но будет ли она созвучна мыслям массового читателя...Воронка, так сказать, ведущая к системному кризису, что не совсем соответсвует утопии". А созвучны ли были великие утопии (начиная с древности, Платона и Ямбула) мыслям непременно массового читателя? В антиутопии (наполовину, по кр.мере) ЧБ воронка - это Порог Роба. Современная утопия должна быть о преодолении этого Порога. Это об идеях. Кроме того, есть чисто литературные проблемы. С.Лемм давно написал: "Писатели будут писать для писателей". Похоже, это время настало. Одни писатели-фантасты организуют конкурсы, чтобы взять деньги за публикацию в сборниках с других писателей, а читать все это будут писатели и их знакомые. Рост числа текстов давно опережает рост числа читателей, а уж с учетом интернета... Не самое лучшее время для цветения утопий. Но будет ли другое?

Алексей Ильинов: Трак Тор пишет: Современная утопия должна быть о преодолении этого Порога. Трак Тор пишет: С.Лемм давно написал: "Писатели будут писать для писателей". Браво, браво, браво! Олег, ты прекрасно сформулировал ГЛАВНУЮ ЗАДАЧУ нашего ТОППЕ. Не быть «просто продолжателями» Ивана Ефремова, но именно ТВОРИТЬ УТОПИЮ, поскольку с разумным утопическим сознанием сейчас, в общем-то, «бяда-бяда». Зато огромной популярностью пользуются разного рода «дистопии», где показывается высокоэнтропическое апокалиптическое (или же постапокалиптическое) общество. Это если о жанре литературной утопии. Обратите внимание, скажем, на популярность того же Глуховского и его романов о постапокалиптической Москве, где немногие выжившие люди живут в московском метро и постоянно отстреливают разного рода радиоактивных мутантов. А вот на политическом поле кое-какие утописты очень даже пытаются заявить о себе. Те же, например, Максим Калашников, мечтающий о «СССР-2», или альтернативщик Сергей Переслегин. Или же монархо-социалист Александр Елисеев, который пытается соединить русскую монархическую традицию и футуристический советизм. Калашников, кое-какие книги которого пытаются даже запретить за, якобы, «экстремизм», пользуется поистине громадной популярностью, ибо он очень талантливо и, главное, как никогда ярко рисует образ преданного, увы, Стругацкими Мира Полудня. Ну и мы с коллегами тоже ведь выдумываем много чего «эдакого».

Трак Тор: Алексей Ильинов пишет: апокалиптическое (или же постапокалиптическое) общество. В отличие от апокалиптического, постапокалиптическое общество не противоречит Утопии. Скорее наоборот, не зря Эуг Белл свято верит в мрачные пророчества типа Порога Роба в наихудшем варианте. Очень возможно, без маленького (или, не дай бог, большого) апокалипсиса уже необойтись. Вопрос в том, что будет (точнее, что мы видим) после

СтранникД: Трак Тор пишет: Очень возможно, без маленького (или, не дай бог, большого) апокалипсиса уже необойтись. Вопрос в том, что будет (точнее, что мы видим) после В моем творчестве люди приходят в конце-концов к утопическому обществу именно через апокалипсис. Иного выхода, чтобы смыть с лица Земли всю эту "грязь", накопившуюся за две тысячи лет я просто не вижу... Вот только, в отличии от других авторов, люди у меня не превратились в банды канибалов и подонков, расплескивающих по разрушенной планете нерастраченную звериную ярость и злобу, а собрались на совет и решили, что дальше так жить нельзя и нужно кардинально менять свою жизнь в сторону добра и духовности.

Ксения: А что вы скажете об идее прорыва к миру утопии не через апокалипсис, а через "позитивный технологический прорыв"? Поясняю (это моя фабула, которая не знаю будет ли когда-нибудь воплощена в законченном тексте :) ): происходит научное открытие, влекущее за собой технологию. Согласно этому открытию (воплощаемому в технологии) достигается полное энергетическое обеспечение. Но только за счёт "ноосферного мировоззрения". То есть в энергию "реальную" трансформируется позитивная "психическая энергия".

Трак Тор: СтранникД пишет: собрались на совет и решили, что дальше так жить нельзя и нужно кардинально менять свою жизнь в сторону добра и духовности. У Уэллса, если не ошибаюсь, это сюжет "Освобожденного мира". Совет после ядерной войны. Ксения пишет: происходит научное открытие, влекущее за собой технологию. А я таки воплотил в законченном (технически - но не литературно, Странник указывал мне на это) тексте:) Но открытие было одновременно с начинающимся апокалипсисом (3 МВ или ПВ - последняя война). Это не с целью смыть грязь (можно бы и без этого, гипотетической психической энергией), но неизбежный кризис должен как-то разрешиться, и это должно быть как-то показано. Пути могут быть разные. Эуг Белл считает, что разрешится он крушением корабля цивилизации об Порог Роба, если не найдется какого-нибудь Гендальфа, могущего убедить людей вести себя хорошо и "не мусорить". Я считаю, что людей словами уже (увы) убедить ни в чем нельзя, но и в гибель цивилизации не верю. Природа ничего не делает просто так (вернее, "просто так" она как раз делает, но в этой случайности должен быть какой-то "божественный" замысел). И если она создала человеческую цивилизацию, ей не суждено просто так, без следа, погибнуть. Может быть что-то вроде циклов из "Гимна Лейбовичу" Уолтера Миллера, но подумал - почему бы не быть редуцированному циклу: только начавшись, он быстро выравнивается из крена в нормальное развитие благодаря какому-нибудь мощному открытию. Я решил, что это, должно быть, тот самый переход к автоматическим подземным заводам, которые мельком описаны в ЧБ. Описать литературно убедительно, конечно, очень сложно. Особенно если нету этой самой литературной техники (ремесла). Вот невзначай и синопсис к повести написал, только очень короткий:)

Ксения: Моя мысль принципиально о том, что именно вышеозначенное научное открытие поможет избежать краха цивилизации :) Трак Тор пишет: Природа ничего не делает просто так (вернее, "просто так" она как раз делает, но в этой случайности должен быть какой-то "божественный" замысел). природа делает не просто так, а согласно своим жёстким законам (энтропия, инферно - названия могут быть разные). Никакой случайности, просто очень широкое причинное основание. А "божий замысел" у меня в сознании сразу как-то ассоциируется с идеей персонифицированного творца, его индивидуальной волей и т.п. Этим в природе имхо и "не пахнет" :) dura lex sed lex

Трак Тор: Я написал, не "божий", а "божественный", дядя с бородой на облаке не обязателен. А резкая смена фазовой траектории (об чем был лайспор с Эуг Беллом) вполне возможна, и крах (сингулярность) на одной не означает того же на другой. Да только обстоятельства того нам неведомы, очень здорово будет, если вы предложите свою версию.

Ксения: Кстати, можно ссылку на упомянутый Вами текст: А я таки воплотил в законченном (технически - но не литературно, Странник указывал мне на это) тексте:) Выслал

СтранникД: Ксения пишет: происходит научное открытие, влекущее за собой технологию. Согласно этому открытию (воплощаемому в технологии) достигается полное энергетическое обеспечение. Но только за счёт "ноосферного мировоззрения". То есть в энергию "реальную" трансформируется позитивная "психическая энергия". Напоминает идеи проекта "Венера"... Или нет? А еще очень близко к фабуле моего нового романа (правда не связано именно с энергетическим обеспечением планеты). У меня суть повествования сводится к тому, что как бы людям не казалось, что они сильны своим ноосферным мировоззрением и уже достигли высокого уровня духовности, корни прошлого тянут назад и стремление к великому открытию, как и само по себе открытие, в конце-концов становится слишком высокой ступенью к возвышению духа, взобраться на которую дано не каждому. Те кто забираются, с трудом могут удержаться от соблазна власти и величия. В итоге земляне вынуждены свернуть весь проект, грозящий обернуться не добром, а злом.

СтранникД: Трак Тор пишет: У Уэллса, если не ошибаюсь, это сюжет "Освобожденного мира". Совет после ядерной войны. Возможно. К сожалению, у Уэлса эту вещь не читал. С трудом в школе осилил "Когда спящий проснется" (хотя вещь сама по себе очень интересная), и даже "Войну миров" до конца не дочитал (каюсь), зато "Машину времени" проглотил "на ура". Трак Тор пишет: Природа ничего не делает просто так (вернее, "просто так" она как раз делает, но в этой случайности должен быть какой-то "божественный" замысел). И если она создала человеческую цивилизацию, ей не суждено просто так, без следа, погибнуть. Я бы не стал делать столь смелых заключений... К созданию человека, во всяком случае, Природа имеет весьма косвенное отношение.

СтранникД: Что касается утопии, как таковой, то я прочитав дискуссию, из которой родилась эта тема, согласен с Александром Гором - утопию стоит создавать хотя бы потому, что она позволяет увидеть возможное будущее, каким оно может и должно быть в идеале. Это как нарисовать перспективный проект, стремясь к которому кто-то захочет изменить настоящее в лучшую сторону. И здесь совсем не обязательно, чтобы такая утопия (либо утопии многие) пользовалась популярностью у масс, потому что массы - это безликая ведомая толпа, которую кто-то должен вести за собой. Вопрос в том: кто и куда ее поведет?.. Возможно, здесь будет вполне уместно сравнение с большевиками, которым удалось поднять и увлечь за собой такую массу народа (правда повели они ее не туда, куда призывали), а ведь их (большевиков) были единицы в сравнении с массой... Это я к тому, что если писатели, пишущие утопии, по-настоящему талантливые и верящие в идею, они должны их писать несмотря ни на что. Такие произведения будут глотками свежего воздуха в современной затхлой литературной атмосфере (и не только литературной). Живой пример тому недавний конкурс "Лунной радуги", где бешеной популярностью пользовался рассказ Константинова именно благодаря своей "красивости", вернее описанию красивого общества и людей. Значит читатели нуждаются и тоскуют в глубине души по таким произведениям.

Ксения: СтранникД пишет: Напоминает идеи проекта "Венера"... Или нет? Нет :) Фреско, если Вы его имеете ввиду, насколько я понимаю, основывается на имеющихся реалиях. А вообще, не имеет ли смысл занести thezeitgeistmovement.ru в дружественные сайты?

Трак Тор: Да занесли.. Почитайте. Не все так радужно, нет никакого единого движения. Кроме указанного вами (на их форуме я забанен навечно по IP как еретик, не могу не только писАть, но и читать форум) есть еще форум отступников, но он как-то увял...

Ксения: Пора перелицевать афоризм "чего учёные не изобретут - всё оружие получается" на "чего гуманисты не измыслят - всё религия выходит" :) И каждый раз - с еретиками и разделением церквей...



полная версия страницы