Форум » КУ-СТАНЦИЯ » СВХ:) Тема для общения с Алексеем Ильиновым; Мысли Алексея Л. и других » Ответить

СВХ:) Тема для общения с Алексеем Ильиновым; Мысли Алексея Л. и других

Трак Тор: СВХ (склад временного хранения) для не нашедших места сообщений. (был переименован админом в тему Мысли Алексея Л.) Тема для общения с Алексеем Ильиновым (создана Эуг Беллом) Также избранные щедевры вируса Оерна, Железного Человека Макса и других, вступавших с ними в дискуссию. Тема открытая, может расширяться

Ответов - 209, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 All

тwaрь~”: У нас пока давно хорошая погода, но, связи с этими материалами вспоминается станция юных техников и соответствующие журналы, и то с чем мы там возились (приятные воспоминания). А интересно как сейчас дети в таких заведениях реагируют на такие проблемы.

steppecat: _____ видеоиллюстрации (не мои): Эуг Белл пишет: А что это? Комментарии, плиз. Для меня это изображения ветроэнергетических установок вроде этих (здесь ещё не всё), коментарии погодя нарисую или (действующие) макеты сделаю (можете ловить на слове), но дела не так быстро делаются, Андрей Козлович пишет: Только имейте в виду Степпи, ветроустановки ежегодно убивают десятки тысяч птиц. При этой жизни в юном возрасте я тоже застрелила при помощи самодельного оружия десятки птиц (не считала точно) и часть съела. Идея заниматься стрельбой по птицам была не моя собственная, от приятелей переняла, а сама, (по памяти о прежней жизни и по своей сущности при этой) я паинька-лапочка, белая и пушистая Что касается ветроэнергетических установок, то я предпочитаю ветроволновые сети, которые убивают-добывают не так много птиц. В конце концов забой птиц лопастями ветряных турбин ничем не хуже (и гораздо экологичнее) в стравнении с отравлением всяким угаром и аварийными и бесхозяйственными утечками ископаемого топлива. Кроме того твари довольно быстро приспосабливаются к переменам ландшафта.

Алексей Ильинов: Мир состоит из звёзд и из людей. Эмиль Верхарн We steered our ship to the Sea of all Tranquility The only sound our voices, as star-struck we fly Our hopes ever high That the songs we sing and the words we bring Should never die Barclay James Harvest "Sea Of Tranquility" Мы — сурдические люди! «Мы — сурдические люди!», - таков гордый девиз сверхновых сарматов, чьё непокорное и свободолюбивое племя яростно рвётся ввысь, в «ширь нового неба», из чернильного мрака равнодушного Забытья. Сурдический — значит «южный». Опасно обжигающий, пламенеющий мириадами солнц. В отличие от диктаторски-строгого «чёрно-белого», иной раз открыто нетерпимого к излишней пестроте, мировидения сурдическая роскошь поражает воображение, как будто привыкшее к скудной, бедной на цвета, палитре, своим великолепием и буйством красок. «Мы попали в плен чёрно-белого виденья мира: теизм - атеизм, материализм - идеализм, Бог - Сатана, правда - ложь. Все эти фикции закрыли от нас Единство Мира. Бытие - радуга. В радуге вообще нет чёрно-белого. И чёрное и белое - восстание против радуги: чёрное — поглощение цветов, белое - отбрасывание, возражение» (Олесь Бердник). Весьма примечательно происхождение слова South («Юг») в современном английском языке, которое восходит к староанглийской форме «suth», а также связанному с ним древнему верхнегерманскому слову «sund» и древнеанглийскому «sunne», что в совокупности означает «the region of the sun». То есть место, где солнце светит в самую полную силу. В северном полушарии, в полдень, оно находится именно на Юге. По этой причине славяне называют южную сторону полуденной. Хотя на географических картах Юг расположен где-то далеко-далеко внизу, во льдах Антарктиды. Впрочем, существуют и любопытные варианты карт, где северный и южный полюса поменялись местами. Традиция по разному трактует Юг — и как волшебное Подсолнечное Царство, и как страну, населённую смертоносными апокалиптическими демонами (скажем, в эддической германо-скандинавской мифологии Сумерки Богов-Рагнарёк начнут огненные великаны из «южного» Муспельхейма). Однако нас Юг интересует, прежде всего, как место, где кульминация Великого Сурдического Полудня достигает своей самой наивысшей точки. Оттуда начинается восхождение к Мечте — грандиозному Миру Полудня, чей сверкающий образ был создан в 1950-1960-е годы братьями Стругацкими, а в 1990-2000-е годы российские «альтернативщики», публицист Сергей Переслегин и «неосоветский империалист» Максим Калашников вернули ему, по сути, новое дыхание. «Все десять миллиардов — коммунисты!» Мир Полудня (правда, тогда он ещё не был напрямую назван) впервые заявил о себе в повести «Страна багровых туч» (1959), где рассказывалось о героической экспедиции советского прямоточного фотонного корабля «Хиус» на Венеру, стартовавшего с Земли 18 августа 1991 года, с территории Союза Советских Коммунистических Республик (ССКР) — содружества народов прежнего Советского Союза, Восточной Европы и Китая. И, наконец, в повести «Возвращение (Полдень, XXII век)» (1962) Мир Полудня предстал во всей своей удивительной красе. Из этого, ставшего классикой, произведения Стругацких, становится известно, что в 2007-м году, в юбилейный год пятидесятилетия запуска первого искусственного спутника, в Первый межзвёздный полёт отправляется космолёт «Хиус-Молния» под командованием Василия Ляхова. Однако корабль неожиданно, в первую очередь из-за несовершенства пространственной навигации, исчезает из виду и только через значительный промежуток времени, в XXII столетии, он возвращается обратно, на совсем другую Землю, где по прошествии нескольких десятилетий было построено идеальное человеческое общество, в котором «больше нет некоммунистов. Все десять миллиардов — коммунисты… Но у них уже другие цели. Прежняя цель коммуниста — изобилие и душевная и физическая красота — перестала быть целью. Теперь это реальность» (Аркадий и Борис Стругацкие «Возвращение (Полдень, XXII век)»). В Мире Полудня человек-коммунист сумел разумно преобразовать Землю, превратив её в пышный сад, и шагнул далеко за пределы Солнечной системы, где столкнулся с представителями иных цивилизаций — как человеческих, в чём-то схожих с земной, так и откровенно негуманоидных. Человек Мира Полудня стал «прогрессором», несущим в ледяную космическую тьму Красоту, Надежду и, самое главное, Любовь. Обретя силу и могущество Всевышнего он, тем не менее, не вознёсся эгоистически на недоступную «божественную» высоту, но тотчас же протянул руку помощи и братства всем разумным существам, с коими ему посчастливилось встретиться на просторах Вселенной. Единственное, с чем он так и не смог смириться — с увиденными горем, страданием и смертью. И тогда Человек, Солнечное Дитя Полудня, стал всячески искоренять их и залечивать страшные раны, подобно искусному врачу, мудро и умело действующему по принципу «помоги, но не навреди!». Свет Надежды над Арканаром В 2009-м году исполняется двадцать лет фантастическому фильму немецкого режиссёра Питера Фляйшмана «Трудно быть богом» («Es ist nicht leicht ein Gott zu sein») (Германия, СССР, Франция, Швейцария; «Hallelujah Films», Киностудия им. Александра Довженко, Творческое объединение «Радуга»), снятому по мотивам одноимённой повести Стругацких. Событие это, скорее всего, вряд ли кто-нибудь заметит, особенно на фоне недавно прогремевшей дилогии «Обитаемый Остров» Фёдора Бондарчука и ожидаемой с превеликим нетерпением «Истории арканарской резни» Алексея Германа-старшего. В этом, бесспорно, замечательном фильме, вышедшем на экраны бывшего СССР и Европы в далёком 1989-м году глубочайший философски-гуманистический сюжет литературного первоисточника передан исключительно схематично, а то и совсем фривольно (к неудовольствию «мэтров», негативно отозвавшихся об экранизации). Однако в нём есть нечто другое, серьёзно «цепляющее» за душу и надолго «застревающее» там. Конечно, «Трудно быть богом» Фляйшмана — это явно «не Стругацкие», всего лишь намёк на них, но, несмотря ни на что, это талантливо рассказанная история Человека-Прогрессора, пришедшего в чужой, варварский, средневековый мир, чтобы самоотверженно помочь другому человечеству, погрязшему в крови, насилии и невежестве, и бескорыстно одарить его Надеждой. Главный герой фильма — Антон-Румата Эсторский (Эдвард Зентара) прибывает на планету Арканар, чтобы отыскать разведчика-землянина по имени Мита (Вернер Херцог), переставшего отзываться на запросы с центральной наблюдательной базы. Антон-Румата находит землянина в тюремных застенках Арканарского королевства, куда его бросили по приказу влиятельного королевского министра и «серого кардинала» Рэбы (Александр Филиппенко). Мита эмоционально пытается объяснить ему, что арканарцы — это не «подопытные кролики», которых «боги»-земляне изучают, будто нечто неразумное и допотопное, но наши братья, нуждающиеся в сострадании, понимании и помощи. Но разведчик трагически погибает и тогда Антон-Румата вынужденно занимает его место. Отныне его главная задача — наблюдать за всем, что происходит в Арканаре и, помимо этого, ему нужно найти исчезнувшего бесследно доктора Будаха (Андрей Болтнев), местного гениального учёного, врача и астронома, чьей персоной интересуется Земля. Румата ведёт жизнь придворного вельможи, наблюдая вокруг себя безмерную жестокость «серой гвардии», нещадно истребляющей по приказу своего главы, «орла нашего» Рэбы, всех умных, талантливых или просто грамотных людей в Арканаре - то, что земляне-наблюдатели именуют ВВ, «вирусом варварства». На его глазах от рук распоясавшегося зверья гибнут гении, далеко обогнавшие своё несчастное, залитое кровью мучеников, время. Так погибает изобретатель печатной машины - отец Гаук (Михаил Глузский), изготовивший обложку для новой книги доктора Будаха с силуэтом звезды, недавно появившейся в небе, которую тот разглядел в телескопе. Румата узнаёт в звезде необычной формы... орбитальную станцию наблюдателей-землян и потрясённо восклицает: «Мы обнаружены!». Когда же впоследствии он находит Гаука мёртвым («серые» погромщики раздробили ему череп его же собственным изобретением — печатным прессом), то едва сдерживается. Но однажды срыв, всё-таки, происходит, «бог»-Румата выходит из под контроля, берётся за оружие и вступает в бой, сокрушая осатанелую нечисть мечами и, немного погодя, «молниями»-бластером. В самом конце фильма «бог открывает глаз» - на Арканар, захваченный фанатичными боевыми монахами Святого Ордена, убивающими всех и вся без разбору, с ночного неба спускается орбитальная станция. Рэба, забравшись на вершину башни, протягивает руки к гневно пылающему «глазу бога» и исступлённо вопит, что он всегда преданно служил Господу и усердно исполнял его волю. Со злорадством в голосе он кричит Румате и всем, кто хочет убить его, что никто не сможет причинить ему вреда. И тогда «бог»-Румата, не раздумывая, сражает Рэбу «молнией». Кто-то из перепуганной толпы, на чьих глазах только что погиб всесильный Рэба, восклицает: «Я узнал его! Он святой!». И все падают на колени и молят «святого Румату», с ног до головы забрызганного кровью, спасти их. Но земляне парализуют его и усыпляют арканарцев сонным газом. После этого следует, поистине, потрясающая по эмоциональности и монументальности сцена — «боги»-земляне, облачённые в белые одежды, величественно шествуют среди многочисленных, лежащих вповалку на земле, тел — погружённых в сон или мёртвых. Анка, землянка-«богиня», забирает из рук певца и поэта Цурэна, предводителя восставших крестьян, «молнии богов» - бластер. Тот восхищённо выдыхает «Богиня...» и падает без чувств. Земляне перекладывают Румату на носилки, приводят на мгновение в чувство, и Анка, улыбаясь, говорит ему: «Антон, мы возвращаемся домой...». И «боги», окутанные бушующим пламенем корабельных дюз, улетают в предрассветное небо. Немногие очнувшиеся (среди них юный принц, Цурэн и Кира, возлюбленная Руматы) провожают взглядами удаляющихся землян. И вот наступает утро... Над окутанными дымкой горами всходит исполинское, пурпурно-алое, испускающее щупальца-протуберанцы, солнце. Солнце иного, также ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО, мира, который земные «боги» покинули (навсегда ли?), оставив после себя свет Веры, Любви и Надежды. И теперь только от самих арканарцев зависит, станет ли он, этот трепетный, живой огонёчек, принесённый «богами» из неведомых космических далей, действительно Новым Началом либо по недомыслию и невежеству угаснет. Радуется Птица Свободы Так какими же вступим мы в Великий Сурдический Полдень? С какими помыслами, поступками и, возможно, Большими Делами? Повзрослевшими и возмужавшими победителями Зверя либо же одурманенными исполнителями его недоброй «воли»? Трудно дать максимально точный ответ на этот сложнейший вопрос, ибо пока что мы, род людской, всё ещё пребываем в детской колыбели. Нам ещё многому предстоит научиться и многое понять, прежде чем мы осознаем всю «взрослость» предстоящей Миссии среди звёзд. Мать-Вселенная нежно лелеет земное человечество, будто беззащитное дитя. И отнюдь не случайно, что образ Матери и Дитя столь распространён в иконографии. На христианских иконах Божья Матерь с любовью и нежностью прижимает к себе младенца Христа — то есть Человека. И когда-нибудь Ему, подросшему и окрепшему, придётся оторваться от спокойной материнской груди и ступить в огромный и, увы, неустроенный мир, чтобы сделать его намного лучше, чище и добрее. «Основное же призвание Человека заключается в том, чтобы расти и познавать, чтобы по мере возрастания выполнить свой сыновний долг и взять на себя всю ответственность за судьбы этого мира. В этом собственно и состоит суть принципа активного антропоцентризма» (А. Я. Аноприенко «Принцип активного антропоцентризма»). Великий Сурдический Полдень, без сомнения, принадлежит «активным антропоцентристам» - прекрасным «Братьям Свободы», вдохновенно описанным Олесем Бердником на страницах шедевра духовно-ноосферной фантастики «Звёздный Корсар». «Нынче рождается Птица Свободы. Печаль или радость? Боль или счастье? Грустит сердце человека, ибо разрывает пуповину, связывающую его с тёплым и уютным лоном матери. Радуется Птица Свободы, потому что прорывается в ширь нового неба. Братья! Чтобы встретиться - надо разлучиться! Впереди — великий праздник объединения в безмерности разума, духа и чувства. Пусть наши любимые дети проложат огненную дорогу к новым горизонтам; Человеку суждено дать Разум и Сердце Беспредельности! Слушай же меня, Дитя Вечности! Разорви цепь меры, восстань на себя! Настал твой час — РОДИСЬ!» (Олесь Бердник «Звёздный Корсар»). И, всё-таки, как изумительно сказано: «Радуется Птица Свободы, потому что прорывается в ширь нового неба»! Птицы Свободы, одолевшие муки и скорбь, не только обретают бескрайний простор небесный, но и других увлекают за собой, ибо для тех, у кого уже есть крылья, болезненно невыносима «бескрылость» оставшихся, прижатых к тяжкой тверди земной. А, значит, впереди — долгожданное освобождение и вечный полёт в золотистых лучах Солнца Великого Сурдического Полудня, победно сияющего над ССКР — Сарматским Союзом Космических Республик! «Эй, корсары! Почему загрустили? Разве новые, неизмеримые моря не ожидают ваших ветрил? Буря Космоса жаждет поспорить с вашими кораблями. Кто жаждет вечного весёлого приключения - за нами!» (Олесь Бердник «Звёздный Корсар») <Июнь 2009 года> Алексей ИЛЬИНОВ

Алексей Ильинов: ТРЕТЬЯ САРМАТИЯ: Нюансированная Демиургия (отрывок из интервью с украинским традиционалистом, культурологом и поэтом Олегом Гуцуляком) Вопрос: Иными словами, ты разделяешь мнение, что «гуманитарным правым» нужно твердо укрепиться в области культуры? Ответ: Володя Ешкилев называет эту практику "нюансированной демиургией", ярким примером использования которой является жанр «фэнтези». Ирреальность как-бы всасывается в реальность и трансформирует её, по аналогии с тем, как Евангелие и Коран трансформировали мир (прекрасная иллюстрация этого — в новелле Борхеса «Тлён-Укбар»). Да, искусство способно создать альтернативную реальность. ...Ведь слово наделяет реальностью то, что называет. Если мы будем говорить терминологией оккультистов, например, тогда мир оккультных духов и энергий станет для нас реальностью. Типичный пример — это «Роза Мира» Даниила Андреева. Как говорил дьякон Андрей Кураев, человек еще не согласился стать оккультистом, но ему масс-медиа и книги предлагают мыслить именно в оккультном ключе. Дают специальный язык, который создает мир. Если уж на то пошло, то самым лучшим русским Демиургом есть Александр Пушкин — он такой мир «о-существил», что, кажется, вся русская ментальность большой мерой построена на его «персональном словаре», взятом из легенд, фольклора и авторского воображения. Именно «демиургия» оказывается альтернативой на всенивелирующий постмодернизм. Она возвращает реальности такие принципы, как великий герой, великие путешествия и опасности, большая мечта. Она апеллирует к первичному мифу о том, как герой движется на поиск приключений для Большой Встречи. Она реставрирует ницшеанскую «улыбку судьбы», amor fati — бытийное обещание чуда как награды за сверх-усилия, возрождает этос Подвига... НОВЫЙ МИФ должен родиться сначала в сфере конкретно-чувственных представлений, и лишь затем превратиться в «атомарную абстрактную идею», то есть вырасти не из атома к универсуму, а наоборот — универсум должен сжаться к сингулярной точке - «атома сердца». А конкретно-чувственное выражается в первую очередь через музыку, этот «язык интуиции», лежащий в начале любой иерофании. Поэтому понятно, почему мир капитала, царство количества делает ставку на попсу, MTV и прочее. Это самый прямой путь воздействия на молодёжь, главного потребителя, главного объекта «розового голокоста»... Я согласен с утверждающими, что условия для трансформации, для рождения «нового мифа» возможны лишь только тогда, когда «элитарный человек» почувствует неутолимую тягу ко всему «настоящему, подлинному и первоначальному», а также отрицание им существующей культуры как неподлинной и ненастоящей... Единственное, о чем следует помнить, это то, что «демиургической силе» противостоит другая сила — инерция явного бытия, которой не смогла противостоять даже коммунистическая «демиургическая практика», а нынче не может сквозь него пройти проект «рыночного общества». Вопрос: Но как же тогда реализовать твою «Третью Сарматию» - аристократический кшатрианский вызов банковско-торгашевскому «душку» Третьей Хазарии? Ответ: «Третья Сарматия» предлагается именно как «открытое общество». Но не как общество либерализма и потребительства. А как общество, в котором принимают существование (экзистенцию) как открытость трансцендентному началу. Как общество, в котором, по словам Мигеля де Унамуно, на смену «стаду выборщиков и налогоплательщиков» пришло гражданство из индивидуальных актов самоопределения эмпирических «я», этаких исконных кшатриев-«офицеров дхармы», отдающих себя истинной идее всеобщего единства (соборности) абсолютно свободно, в противовес, казалось бы, безнадежному противоречию её с действительностью. В нашем «открытом обществе» каждый имеет душу, открытую ко всем истинам прошлого и восприимчивую ко всем возможным истинам будущего. Приглашаем посетить сайт нашего гуманитарного проекта - Институт Стратегического Анализа Нарративных Систем - http://www.narratif.narod.ru

Алексей Ильинов: *Звёздная Сверхновая Сарматия: К торжеству Разума!* В самом начале наступившего III тысячелетия сарматизм снова заявил о себе в виде сверхнеобычного, изящного, часто противоречивого, подчас соединяющего несоединимое, мировоззрения «неосарматизма» («сверхнового сарматизма», «гуманистического сарматизма», «футуросарматизма»). В небольшой заметке, размещённой в Интернете, сообщается: «Украинский философ Олег Гуцуляк открыл новую идентичность украинцев. Украина - это Сарматия (The Ukraine is Sarmatia) - полиэтничная восточноевропейская страна на берегах Борисфена». Далее там же утверждается, что «сарматская ориентация утверждает арийское, дотюркское и даже дославянское начало Украины» («Сарматизм - новая украинская идентичность»). Примечательно, что зародившись на западе Украины, преимущественно в гуманитарной и литературно-художественной среде, неосарматизм вскоре, всего за какие-то один-два года, перерос в более масштабный, фактически мультикультурный («Пусть зазвучат народы!» Н. К. Рерих) и подлинно интернациональный (в самом позитивном смысле этого, к сожалению излишне затасканного, слова), интеллектуальный мегапроект и стал уникальной творческой мастерской, каждый участник которой, независимо от статуса и ранга, вносит свой посильный вклад в общее дело. Украинский философ, культуролог и литератор Олег Гуцуляк и болгарский традиционалист Антон Рачев отмечают, что неосарматизм (на конкретном примере международной метаполитической ассоциации «Туле-Сарматия» и параллельного «Института Стратегического Анализа Нарративных Систем» (ИСАНС)) возник «именно как сообщество, где личностное бытие принимается как открытость трансцендентному началу. Как сообщество, в котором на смену «стаду выборщиков и налогоплательщиков» пришло «товарищество-содружество» (Gefolgschaft) из индивидуальных актов самоопределения эмпирических «я», этаких исконных кшатриев-«офицеров дхармы», отдающих себя истинной идее всеобщего единства (соборности) свободно, в противовес, казалось бы, безнадежному противоречию её с нынешней действительностью. Здесь каждый обладает душой, открытой ко всем истинам прошлого и восприимчивой к всевозможным истинам будущего». Неосарматизм, по сути, одержим «всё тем же» - нелёгким и самоотверженным поиском Человека, навсегда освобождённого от ложных, часто смертоносных, мифов и миров-узилищ Инферно (теория, описанная в философском романе-прозрении «Час Быка» выдающегося русско-советского писателя-фантаста и философа-космиста Ивана Антоновича Ефремова). Искренняя мечта и цель Братства Сверхновых Сарматов — Новый Человек, «играющий брызгами Звёздного Моря» (Олесь Бердник), коему однажды суждено разорвать гравитационные оковы и затем устремиться в звёздную бесконечность Вселенной, навстречу иным мирам. «Новый человек, действительно новый человек, есть реализация вечного человека, несущего в себе образ и подобие Божие. В человеке есть божественная основа, Grund, о которой так хорошо говорил Таулер. Поэтому обращенность к грядущему связана с тем, что было вечного в прошлом. Достоинство человека требует, чтобы он не был рабом быстротечного времени. Новый человек может быть только творческим человеком и потому обращенным к грядущему, к небывшему. Это есть ответ на Божий призыв» (Николай Бердяев «Царство Духа и Царство Кесаря»). При этом дОлжно заметить, что Новый Человек неимоверно далёк от ложно понятой (а потому ещё более соблазнительной) сущности «уберменша-сверхчеловека». И здесь более чем прав замечательный русский религиозный философ и мыслитель Николай Бердяев, сказавший: «Ибо ложна та антропология, которая убивает человека, которая не отвечает бесконечной природе человека, не знает тайны человеческой природы - ключа к тайне бытия. И все-таки человек должен был пройти через гуманистическое сознание; чтобы прийти к откровению о человеке. На святоотеческом сознании нельзя было остановиться. Через гуманизм в муках рождается активность человека, идущая снизу вверх, а не сверху вниз. Правда гуманизма - часть религии богочеловечества, предполагающая веру не только в Бога, но и в человека» (Николай Бердяев «Смысл творчества»). И именно потому для Сверхнового Сармата столь ненавистно то, что намеренно оскорбляет, унижает и убивает Человека — будь оно, якобы, «правым» (истлевшие мундиры оставьте мертвецам...) или «левым» (...как и изъеденные молью знамёна). Подобно бессмертному Заратустре Фридриха Ницше он призывает к продолжительному и терпеливому восхождению на вершины, откуда особенно хорошо видны звёзды, и, в то же время, «священно ненавидит» унизительную ложь гуманизма дурно понятого (который, в действительности, открыто презирает в Человеке человеческое), оставаясь при этом носителем Гуманизма творческого, воистину Человеческого, неотрывного от Божественного Промысла. «Ницше почуял, как никто еще и никогда на протяжении всей истории, творческое призвание человека, которого не сознавала ни антропология святоотеческая, ни антропология гуманистическая. Он проклял добрых и справедливых за то, что они ненавидят творящих. Муку Ницше мы должны разделить, она насквозь религиозна. И ответственность за судьбу его должны принять на себя. Через Ницше зачинается новое антропологическое откровение в мире, которое в своем последнем осознании, в своем Логосе должно стать христологией человека» (Николай Бердяев «Смысл творчества»). *** Интеллектуально, мировоззренчески и эстетически Сверхновая Сарматия черпает вдохновение в ряду весьма экстравагантных, а подчас и экзотических, идей, теорий и идеологий, из которых следует выделить следующие: Метаполитика (прежде всего «Европейские Синергии» (Стойкерс, Кребс, Виаль, Фай, Тулаев)), Метакультура, Метапоэтика, Археофутуризм (Гийом Фай, Павел Тулаев), «Альтернативное» - восточное (С. Корнев, В. Штепа), антиавторитарное - евразийство, Сетевой альтервизантизм (концепция «Конфедерации Византийского Меридиана» (В. Ешкилев, О. Гуцуляк)), Геокультура, Геофилософия, Геопоэтика, Анархаика (Трой Саутгейт, проект «Бриколаж»), Ноосферизм (прочитанный «традиционалистски»), Ноосферно-Космический Коммунотаризм (иначе - Звёздный Археофутуризм, Ноосферный Коммунизм (А. И. Субетто), Космический («прогрессорский») Коммунизм (Сергей Снегов, Генрих Альтов, Владимир Рыбин, Олесь Бердник, ранние Стругацкие), Звёздное Братство Духовных Республик (Олесь Бердник), Эра Великого Кольца - Эра Встретившихся Рук (Иван Ефремов), Эйкумена (Ойкумена) (Урсула ле Гуин, «Хайнский Цикл»)). Сверхновая Сарматия творит невиданную доселе, завораживающую, невозможную альтернативную реальность, неизменно направленную в Будущее, опираясь на опыт великого множества поколений. Безусловно, она не лишена «утопичности», однако в центре этой Утопии ВСЕГДА пребывает Человек, ибо в противном случае погибельный тупик Инферно неизбежен. Пластичная, открытая для Познания, Метавселенная Сверхновой Сарматии не только постоянно обновляется, но и учится на собственных — увы, имеющих место - ошибках. *** Далее вкратце раскроем отдельные аспекты неосарматского мировоззрения на примере его наиболее приоритетных составляющих. Сущность «альтернативного» или восточного евразийства была блестяще раскрыта в 1999-м году Вадимом Штепой и Сергеем Корневым в программной статье «Большой раскол в евразийском движении»: «Нужно четко различать западно-евразийскую геополитику, «философию завоевания больших пространств», и восточно-евразийскую геофилософию, «философию локального, определенного места, топоса», для которой геополитика - только вспомогательное средство. Геофилософия не мыслит абстракциями «больших пространств», живущих в едином и синхронном «большом времени», она мыслит самобытными культурами, обитающими в собственном локальном пространстве-времени, выпадающими из «пространства Минковского». Геофилософии политически соответствует регионализм, а не геополитика. Как только мы углубляемся в стратегию, в геополитику, в войну Суши и Моря, - тут же вместе с «большим пространством» приходит и «большое время», и историцизм, и грубый эволюционизм, и линейный прогресс. «Большое пространство» и «большое время» - это строго взаимосвязанные вещи. Ныне вместе они и утверждают «постав», мир сугубо технократической экспансии и всеобщего культурного усреднения». Восточное евразийство не грезит глобальными имперскими монстрами «от океана до океана», но в поисках вдохновения и обретения себя уходит во «внутреннюю Евразию» («алхимическую Мезогею»). Ему омерзительны всевозможные расписные «штурмовики» или какие-нибудь «опричники» (особенно нынешняя, якобы «опричная», trash-пародия, театрально призывающая «пытать и вешать, вешать и пытать» и «обожествляющая» господский сапог), поскольку оно всерьёз относится «только к наследию русской культуры X-XVII веков, других древних культур Евразии (в том числе - старой европейской культуры), а своими наставниками считает мыслителей Церкви, старообрядцев, славянофилов и их духовных наследников (Достоевского, Леонтьева, Розанова)» (С. Корнев, В. Штепа «Большой раскол в евразийском движении»). Другое, не менее ёмкое определение геофилософии даёт профессор Владимир Дергачёв, автор серии актуальных книг и исследований по традиционной, новой и новейшей геополитике и геофилософии, глава Института Геополитики (http://www.dergachev.ru/): «Геофилософия (философия имманентного пространства) — наука о межцивилизационных отношениях и трансформации мирового имманентного порядка, основанного на представлениях о множественности миров многомерного коммуникационного пространства с высокой рубежной энергетикой. Геофилософия способствует преодолению географического и экономического детерминизма геополитики. Это философский разум государства, ведущий поиск возможной страны в имманентном мире. Геофилософия преодолевает ограничения традиционной географии, переходя в имманентное пространство безграничных коммуникаций, образуемых на энергонасыщенных рубежах многомерного пространства природы, человека и общества <...> Геофилософия стремится помочь человеку познать свою «неизвестную родину» (ландшафты жизни) и избавиться от глупого оптимизма и иллюзий. Это особенно актуально в эпохи смут, когда человек в хайдеггеровском смысле оказывается в ситуации одиночества и «заброшенности»». Заметим, что с восточно-евразийской геофилософией вполне смыкается оригинальная идея МезоЕвразии (MesoEurasia), озвученная Олегом Гуцуляком. Так, в обстоятельном интервью итальянскому журналу "La Nazione Eurasia: Bollettino Telematico Per Il Coordinamento Progetto Eurasia", он делает хотя и краткое, но весьма выпуклое, её описание: «Украинское евразийство имеет свою определенную историческую традицию, идущую с начала 20-х годов ХХ века. В эпоху национального движения за самобытность, позже названном «Расстрелянным Возрождением», группа украинских интеллектуалов и писателей во главе с Николаем Фитилевым-Хвылевым провозгласила идею «азиатского ренессанса» и лозунг «К психологической Европе!», рассматривая Украину как своеобразного посредника между Западом и Востоком, Севером и Югом, этакий субконтинет, который уже я предлагаю называть «МезоЕвразией» по аналогии с МезоАмерикой. Но скорее всего, Украина более похожа на Юго-Восточную Азию, где сошлись, как на перекрестке, потенциальные векторы нескольких мировых цивилизаций - Китайской, Индийской, Исламской и Океанической. Но кто она именно - европейский Бруней, Малайзия, Сингапур, Таиланд, Вьетнам или Бирма? Думаю, время покажет». Нет ничего удивительного в том, что альтернативная МезоЕвразия так и не смогла найти общий язык с наступательным тотально-имперским евразийством образца А. Дугина, предпочтя ему более гибкое, более толерантное и менее радикальное «Международное евразийское движение традиционалистов» и, наконец, европейский третьепутистский «Интернационал Новых Правых» (Джонотон Боултер, Трой Саутгейт), для которого евразийство это, прежде всего, соборная идея децентрализованного (!) содружества евразийских народов. Откровенно экзотический термин «анархаика» ввёл в обиход публицист, переводчик и главный редактор русскоязычного сетевого журнала «Киноварь» Мирон Фёдоров (http://www.zinnober.lenin.ru), дабы точнее и более содержательно выразить смысл того, что ныне подразумевается под т.н. европейским «национал-анархизмом». Слово «анархаика» состоит из двух смысловых частей - «анарх» и «архаика». «Анарх» — это, прежде всего, независимый, стоящий по ту сторону «правого» и «левого», «обособленный человек», открыто противостоящий наваждениям чудовищного «сладкого геноцида». «Архаика» - условно «допотопное» время, когда, собственно, историческое время ещё не начало свой отсчёт. Анархаик отважно погружается в зияющую бездну времён, эпох и эр, дабы извлечь оттуда нечто вдохновляющее, до того неведомое. Несомненно, что это тоска по Золотому Веку, когда небожители были особенно близки к своим детям - роду людскому. «Столпами» европейского национал-анархизма являются французский контркультурный деятель Ханс Кани, поклонник Штирнера, публицист и художник, немец Петер Тёпфер и публицист и музыкант, фронтмэн милитари-дарк-фолк группы H.E.R.R., британец Трой Саутгейт. Национал-анархисты не являются вульгарными расистами и резко негативно относятся к тоталитарным антиутопиям «справа» и «слева» (национал-анархисты Германии даже позиционируют себя как «национал-антифа»). Для них одинаково неприемлемы как уродливый гитлеровский нацизм, так и сталинский национал-большевизм, китайский маоизм или северокорейский режим Ким Чен Ира. «Целью национал-анархизма является общество свободных людей, которые воспринимают другого, как достойного свободного человека (кроме случаев, когда этот человек не доказал настойчиво обратное)» (из Манифеста «Национал-Анархистского Русского Общественного Движения»). Неосарматизм, конечно, не причисляет себя открыто к национал-анархизму (хотя и эпизодически соприкасается с ним), но, тем не менее, вполне согласен с ключевыми - прежде всего гуманистическими, традиционалистскими и социально-альтернативными - его положениями. Скорее, в неосарматизме есть что-то от популярного ныне в Европе «кельтского анархизма» (celtic anarchism), в коем свободолюбие, верность Традиции и поэтическая утончённость сочетаются с огненным сопротивлением «технотронному фашизму» и плутократии New World Order. Осмелимся утверждать, что неосарматизму близок и российский рыцарский «мистический анархизм» 1920-х годов, чьей целью было создание нового рыцарства и воспитание Человека в суровом и неблагополучном «настоящем», способного построить действительно достойное, а не виртуально-абстрактное, замечательное только на словах, Грядущее с большой буквы. Исследователь орденского анархо-мистического движения Андрей Никитин приводит выдержку из текста Алексея Солоновича, «трубадура мистического анархизма»: «Человек есть «гроб Господень», который надо освободить новыми крестовыми походами, и для этого должно возникнуть новое рыцарство, новые рыцарские ордена — новая интеллигенция, если хотите, которая положит в основу свою непреоборимую волю к действительной свободе, равенству и братству всех в человечестве» (Андрей Никитин «Тамплиеров — на Лубянку!»). Самая последняя неосарматская инициатива — учреждение совместно с «Центром Тамплиерских Исследований» (руководитель — историк, публицист, писатель, идеолог «необонапартизма» Кирилл Серебренитский) гуманитарного проекта («Суверенный Рыцарский Орден Храма Престола Пречистой Святой Девы Галиции - Хранители Королевского Молчания»). В Ордене состоят люди самых разных национальностей (русские, украинцы, осетины, армяне, евреи, немцы, болгары), разного социального статуса (от университетских преподавателей и кандидатов наук до студентов) и разного рода занятий. Но всех их роднит исключительно одно — стремление вести истинно Справедливую Войну за Человеческий «гроб Господень» и нести свет Красоты, Любви, Добра и Радости в неспокойный мир сей, где ненависть, хищная злоба и жестокость возведены в ранг добродетели. И, наконец, неосарматизм вдохновляется идеями «ноосферного коммунизма» (как вариант - «духовный коммунизм», «космический коммунизм»). Логично, что сейчас коммунизм у многих ассоциируется с навсегда ушедшей эпохой, а кому-то он чуть ли не «органически» чужд. Для кого-то — это ностальгия по рухнувшему Советскому Союзу, а кто-то, напротив, видит в этой, более чем противоречивой, идеологии трамплин для футуристического прорыва. Очертания «ноосферного коммунизма» как никогда ярко проявились в чарующей советской фантастике, к которой «официоз» часто относился с нескрываемым подозрением, а то и запрещал отдельные произведения за «крамолу» (например, роман Ивана Ефремова «Час Быка» и роман Олеся Бердника «Звёздный Корсар», изымавшиеся из библиотек и долгое время не переиздававшиеся). В романах Ивана Ефремова «Туманность Андромеды», «Час Быка» и повести «Сердце Змеи», романе-трилогии Сергея Снегова «Люди как боги», ранних произведениях братьев Стругацких, а также повестях и романах «украинского Ефремова» Олеся Бердника наступившее, сбывшееся наяву, Грядущее человечества потрясало воображение читателя своим великолепием и грандиозностью. Это был мир Торжествующего Разума и Красоты Человека Космического. В него хотелось верить. И ради него хотелось жить и бороться. Разве не прекрасны чудесные строки замечательного литовского поэта-коммуниста и космиста Эдуардаса Межелайтиса: «Чего же тебе на Земле не хватает,/Тебе, коммунисту?/- Всего только - Звёзд под ногами,/Всего лишь - Вселенной,/Как сердце распахнутой настежь»? «Ноосферный коммунизм» был подлинно Человеческим, «другим коммунизмом», более чем далёким от того, что под обычно подразумевалось под «самым-справедливым-на-свете-строем» с вождями-мумиями на трибуне Мавзолея и постоянными трескуче-пафосными обещаниями «светлого завтра». В наши дни, когда «классическая» коммунистическая идеология пребывает в явном кризисе, появляется немало интересных и необычных, подчас экспериментальных, работ, где коммунизм нередко переосмысливается с позиций отнюдь не «марксистско-ленинских» и где на первое место выходит не дуалистический «классовый подход» или «ортодоксальный диамат», но Культура, Знание, Гуманизм, Этика, Высокая Нравственность и Благородство. «Коммунистическое общество, в отличие от прежних общественных формаций, приспособленных к стихийному столкновению антагонистических интересов людей, не может быть жизнеспособным, если оно не будет коллективом высокоразумных и высоконравственных индивидуумов, искренне устремлённых к общему благу. А разумность и нравственность применительно к задачам выживания и прогресса всей земной цивилизации должны отвечать высоким требованиям. Цивилизация в лице бoльшей и активнейшей части своих членов должна иметь достаточно правильное представление об устройстве и эволюции мироздания, о своём месте и роли в мироздании. В соответствии с этими представлениями цивилизация должна быть способной консолидированно направлять и организовывать свою деятельность к достижению по возможности бoльшего и долговременного блага. Коммунистическое общество можно строить только на широком и прочном фундаменте научных знаний и высоких этических устремлений» (А. А. Сазанов «От коммунизма классического к космическому коммунизму», Москва, 2003). Принимает ли Сверхновая Сарматия подобную, пусть и спорную, идею? Стремление к подлинному взаимопониманию и духовному братству, надежда на лучшее будущее и вера в триумф Богочеловека Вселенского — всё это внутренне близко неосарматам, как, впрочем, и всем «разумным» людям, живущим на планете Земля. «Звёздное Братство Духовных Республик - путь к спасению Планеты и Цивилизации. Юные поколения воспрянут из ада кровавой исторической суеты к небывалым космическим свершениям. Каждый Народ, ориентируясь на сказочные сокровища своего творческого духа, внесёт уникальную долю в очищение Земли, в поиск новых путей труда, творчества, жизни» (Олесь Бердник: «Пробудиться от рабской спячки...»). А потому первостепенная Задача Сверхновых Сарматов, как выразителей и защитников идеалов гуманистического духовного рыцарства - стоять на страже Мечты и быть Хранителями Звёздного Братства. Быть не только стражами Традиции, но и уважающими высшую ценность Жизни «прогрессорами»* и даже (не побоюсь употребить сей явно провокационный термин!) «правыми антифашистами» - везде, где Зло стремиться одержать верх, наносить ему мощный, решительный удар и выжигать его логово дотла. И затем продолжать свою ответственную Высокую Миссию - двигаться дальше, вперёд и вперёд, к затерянным в звёздных безднах солнцам и мирам. На космическом крейсере с дивным названием «Любовь», через пространство и время, к прекрасной Планете Цветов**, где нас ждут. *Прогрессоры в научно-фантастической литературе — представители высокоразвитых разумных рас, в чьи обязанности входит содействие историческому прогрессу цивилизаций, находящихся на более низком уровне общественного развития. Термин «прогрессор» был изобретён братьями Стругацкими и первоначально использовался лишь применительно к миру Полудня, позднее идею прогрессорства развил Сергей Лукьяненко в своей дилогии «Звёзды — холодные игрушки», придав ему, правда, совершенно другое значение и введя новую специализацию «регрессор», в чьи обязанности входило уменьшение уровня недружественных цивилизаций, подготовки почвы для прогрессоров. Схожую с прогрессорством концепцию разработал Йен М. Бенкс в своих книгах, посвящённых вселенной «Культуры». (Источник: «Википедия — свободная энциклопедия») **Удивительные романтические образы из великолепного романа-феерии Олеся Бердника «Звёздный Корсар». Алексей ИЛЬИНОВ (Фрагмент статьи "Метавселенная Сверхновой Сарматии")

Алексей Ильинов: *САРРАС — КОРОЛЕВСТВО СВЯТОГО ГРААЛЯ: киммеро-сармато-готский аспект* Относительно самого названия страны династии Грааля как Саррас имеются у нас следующие соображения. М.-Е. Готье считает, что под Саррасом подразумевается испанская Сарагосса, которую спас от мавров в 1118 г. арагонський король Альфонс I Воитель (1104-1134 гг.) и что путешествия героев Грааля исключительно соотносятся с испансько-французской топонимикой (в частности, лес Серралунг) и аланським (сарматським) культом всадника-рицаря [GauthierM.-H. SacreGraaldeChretiendeTroyesal'histoireetlesmythes: latraceiberique // Lemondeceltiquesacral. — Geneve-Marseilles: AnnaPerenna, 1997 — T. 22. — P. 227 - 289; GauthierM.-H. LadeessedesCavaliersetleroiLouisdivin// L'actionduMyllenaire: LaTraditioninitialeetlamodernite. — Marseilles, 2002. — # 1. — P.19-61; см. об аланах ввропе: Кузнецов В.А., Пудовкин В. К. Аланы в Западной Европе в эпоху "Великого переселения народов" // Советская археология.— М, 1961.—№ 2; Щукин М. Б. Сарматы на землях к западу от Днепра и некоторые события І в. в Центральной и Восточной Европе // Советская археология. — М., 1989. —№ 1. — С.70-83; Скрипкин А.С. Азиатская Сарматия во II-IV вв. (Некоторые проблемы исследования) / / Советская археология. — М., 1982. —№ 2.— С. 43-56; Нефёдкин А. К. Под знаменем дракона: Военное дело сарматов во II в. до н.э. — V в.н.е. — СПб: Петербург. Востоковедение; М.: Филоматис, 2004 . — 192 с]. На последнее особенно следует обратить внимание, так как этот факт может объяснять контаминацию Грааля с Востоком. Также исследовательница считает Граалем известный артефакт El Santo Caliz — чашу из агата для причастия, которая хранится в кафедральном соборе Валенсии. Она украшена в стиле ювелирных мастеров XIV века, а ножкой ей служит чаша из халцедона. На самой чаши имеются арабське гравировки, толкование которых спор вызывает до сих пор. До Валенсии она хранилась в каталонском монастыре Сан Хуан де ла Пенья, потом ее подарили арагонському королю Мартину I в ответ на подаренный им золотой сосуд. Согласно легенде, будто в Рим чашу привез сам апостол Петр, а в 256 г. папа Сикст II подарил ее святому Лаврентию, который увез ее в свой родной город Хуеска (Huesca). В "Истории бритов" упоминается враг короля Артура некий Серс, обладатель Итуреи, находящейся на северо-восток от Палестины [Гальфрид Монмутский. История бриттов. Жизнь Мерлина / Изд. Подгот. А. С. Бобович, А. Д. Михайлов, С. А. Ошеров. — М.: Наука, 1984. — С. 110]. В санскрите saras означает "птицу" — журавля или лебедя [Шилов Ю. А. Истокы славянской цивилизациы. — К.: МАУП, 2004. — С.130]. Это интересным образом может соотнестись со знаменитым изображением Зодиака в Гластонбери (абатство, связанное с легендой о короле Артуре как место его захоронения), анализу которого посвятил специальную работу Р. Генон: птица здесь изображена между Полюсом и самим зодиакальным кругом (ближе к первому). И это скорее всего "... лебедь, висиживающий Мировое Яйцо", т.е. эквивалент индуистськой Хамса (изначальной касты, которая объединяла брахманов, кшатриев и вайшей, — О.Г.)" [Генон Р. Символы священной науки / Пер. С фр. М.: Беловодье, 2002 . — С.125-126]. Территориально, на наш взгляд, под Саррасом следует понимать Сарматию, или даже ее часть — Саргатию, заселенную сарматським племенем саргатов (Sargatii <* sal-"склон", "источник" + дв.-инд. Gatu-"путь", отсюда дв.-инд. sara "водопад"). А.С. Стрижак считает, что от этнонима саргаты происходит топоним Салхат "Старый Крым" [Стрижак О. С. Етнонимия Птолемеевои Сарматии: В поисках Руси. — К.: Наук.думка, 1991. — С. 33] и с ним родственен гидроним Salis как вариант названия Танаиса "Дону" [Стрижак О. С. Етнонимия Птолемеевои Сарматии: В поисках Руси. — К.: Наук.думка, 1991. — С. 140] (вернее — Северского Донца и нижнего течения Дона): "... на Валу Адриана (что разграничивал современные Шотландию и Англию, — О.Г.) стояло две тысячи всадников родом из ... Сарматии. По римскому обычаю, солдаты после окончания военной службы имели право поселиться в том районе, в котором служили. Поэтому не исключено, что в дальнейшем рыцари Круглого Стола познавали искусство конного боя от потомков "истинных" кентавров из сарматских степей, обученных римской тактике" [Сапковский А. Нет золота в Серых Горах: Мир короля Артура. Критические статьи. Бестиарий / Пер. с пол. М.: ООО "Изд-во АСТ", 2002. — С. 26]. Сарматы от начала появления на европейской арене славились как умелые воины. Овидий, который наблюдал сарматов непосредственно в дельте Дуная, говорил о том, что между ними нет ни одного, кто бы не носил бы лук и синих от змеиного яда стрел [Овидий, V, 7, 12-20]. О "бросающем огромное копье сармате" пишет Валерий Флакк [Флакк, "Аргонавтика", VI, 162], об их воинственности — Либаний: "народ кровожадный и посвященный Арею, который считает спокойствие за несчастье". "Сарматы не живут в городах и даже не имеют постоянных мест проживания, они вечно живут лагерем, перевозя свое имущество и богатство туда, куда привлекают их лучшие пастбища или заставляют … враги; племя воинственное, свободное, непокорное и к тому же жестокое и безжалостное, что даже женщины воюют наравне с мужчинами" [Помпоний Мела, III, 33] [см.: Ковалевская В. Б. Кавказ и аланы: Века и народы. — М.: Наука, Гл.ред.восточ.лит-ры, 1984. — С. 78-79]. Кроме того, как замечает Иордан, у сарматов был обычай носить именно германские имена [“Getica”, 58], а сарматки славились своей воинственностью и ездой верхом рядом с мужчинами [Евстафий Солунський," Комментарии "Иллиады", 1159,51 (XVIII, 514); Иоанн Цец, "История", XII, 868; Dion, "Per", 654]. Также крылатые когорты Рима вербовались и с родственной сарматам ираноязычной Коммагены, из Каппадокии, Киликии, Понта, где глубоко пустила корни иранская религия Непобедимого Солнца Митры, памятники которой простираются с берегов Дуная через Германию до гор Шотландии. Например, автор конца IV в. Латиний Пакат Дрепаний писал: "Под вождями и знаменами римскими шел поверженный некогда враг Рима: гот, гунн и алан откликался на перекличке, стоял на страже и боялся отметки об отсутствии" [Дрепаний, 32], а епископ Синезий из Египта писал императору Константинополя Аркадию : "... Нельзя не испытывать страха, видя отряды молодых воинов, воспитанных в чужих нам норовах, которые живут своими обычаями и замишляют враждебные к нам планы ... В каждом маленьком чинном доме найдем раба-скифа ... Достойно удивления, что эти блондины-варвары, которые носят ... распущенные волосы, у одних выполняют роль прислуги, а в политическом занимают руководящие места " [Ковалевская В. Б. Кавказ и аланы: Века и народы. — М.: Наука, Гл.ред.восточ.лит-ры, 1984. — С . 96]. Возможно, что мифологический рассказ о вторжении в соседнюю Ирландию божественного Племени богини Дану (Туата Де Дананн; валлийцяам известная мифическая семьья Дон, о которой рассказывает Четвертая ветка Мабиногион) есть ничто иное, как на самом деле экспедиция римских легионеров-сарматов. Произошло, по нашему мнению, забвение истинного факта римско-аланськой интервенции, аналогично тому, как во времена Прокопия Кессарийского даже сами римляне не помнили, кто соорудил валы на севере Британии, а соотносили сооружение «стены» (т.е. Адрианових валов) к самим древним жителям острова, да еще, явно одалживая эти представления от новых поселенцев на острове (англо-саксов). Они определяли земли за стеной местом, где обитают души умерших, которых перевозят на кораблях с континента [Прокопий Кессарийський, "Война с готамы", VIII, 20 :42-57] [Прокопий из Кесариы. Война с готамы / Пер. С греч. Вступ.ст. З. В. Удальцовой. — М.: Изд-во АН СССР, 1950. — С. 442-444]. Тем более, что на смену Племенам богини Дану, которым они вынуждены передать власть над Ирландией, пришли "сыновья Миля", в названии которых все исследователи видят латинское miles "солдат", т.е. на смену разведывательно-колониальной экспедиции сармато-алан как наемников римлян приходят романизированные кельты. Сами римские легионеры были родом с берегов сарматских Дуная, Дона, Днепра и Днестра (ср. с ирл. Duine "человек"; в ведичной традиции богиня Дану является супругой парного божества Митры-Варуны и матерью Вритры — врага героя Индры). Поражает, что хотя Племена Дану и овеяны героическим ореолом и почитанием в ирландской традиции, однако налицо более ранняя позиция, согласно которой не следует испытывать к ним никакого уважения [Рис А., Рис Б. Наследие кельтов. Древняя традиция в Ирландиы и Уэльсе / Пер . С англ. и послесл.Т.А. Михайловой. — М.: Энигма, 1999. — С. 33]. Обусловлено это явной чужородностью Племени богини Дану для кельтов (хотя происходящий из него Дагда считается основателем друидизма) и, наконец, поражением от партии радикальных кельтиберниев во главе с Милем. Туата Де Дананн отошли внутрь холмов (side) и волшебнвых мест (sidbrugaib). Но верховный король Племени богини Дану Мананнан (у валлийцев: Манауидан) Мак Лир (Мананнан Сын Моря) живет за морем в Емайн Аблах (Емайн Яблок), аналогичном бритскому Аваллону (возможно, имеется в виду посвященный этому королю остров Мэн). Собственно он дарит королеве Кормаку Мак Арту волшебную золотую чашу, которая, если над ней сказать три лжи, распадается на три части, а если сказать три правды, то она вновь становится целой. Также враждебная на землях Ирландии и родственная Племенам богини Дану группа Фир Болг ("Мешочный народ") считается сыновьями Гумойра, потомков Данауса и Грека, сыновей Понта [Предания и мифы средневековой Ирландиы / Под ред. Г. К. Косикова. Сост., Перевод , Вступ. ст. и коммент. С. В. Шкунаева. — М.: Изд-во МГУ, 1991 .— С. 235-236]. Известно, что кельты-галаты (три племени: трокмы, вольки-тектосаги, "имеющие страсть к путешествиям" и толистобоги) в Малой Азии собственно унаследовали земли, которые ранее завоевали киммерийцы и эта наследственность во владении могла отразиться в мифологичний генеалогии кельтов (Гумойр = Киммериец), а галаты времен апостола Павла вполне могли быть посредниками христианизации Кельтського мира. Также отряд кельтских наемников был в понтийской армии Митридата [App., Mithr, III] и считается, что именно им принадлежали ритуальный кельтський котел, найденный в кургане Садовом возле Новочеркасска, и кельтський шлем, найденный возле хутора Веселого (на Нижнем Дону) [Капошина С. И. Кельтский котел из Садового кургана у Новочеркасска // Краткие сообщения Института археологиы. — М., 1969. —№ 116. — С. 76-79; Капошина С. И. Сарматы на Нижнем Дону // Античная история и культура Средиземноморья и Причерноморья: Сб. стт. — Л.: Наука, Ленинград. отд-ние, 1968. — С. 164, 166]. Также, за Приском Паннийским, значительная часть кельтских племен (амилзуры, итимары, тоносуры, войски) жила вдоль Дуная (кельт. "Данубис") в Паннонии ивдоль до северного побережья Черного моря и были истреблены только гуннамы дяди Аттилы Руи (Ругилы) в 420-х гг. (гунны и готы часто тогдашними европейскими авторами называются еще и скифами). В "Битве возле Маг Туиред" Племени Данну с народом фоморов (Fo-Moire), жестоким и вражеским, отождествляются скифы [Предания и мифы средневековой Ирландии / Под ред. Г. К. Косикова. Сост., перевод, вступ. ст.и коммент. С. В. Шкунаева. — М.: Изд-во МГУ, 1991. — С. 38], что вполне понятно из исторического противостояния сарматов (носители прохоровской культуры) и скифов (и потомков последних — носителей зарубинецкой археологической культуры). Например, Диодор Сицилийский пишет: "... Галльские народности наиболее удаляются к северу и соседние скифы настолько свирепы, что они пожирають людей; то же рассказывают и относительно бретонцев, населяющих остров Ирин (Ирландию)". Также: "... Слава об их [кельтов, — О.Г.] храбрость и варварство установилась издавна, ибо под именем киммерийцев они в прошлые времена опустошили Азию. Это они взяли Рим, разрушили храм в Дельфах, подчинили дани большую часть Европы и Азии, и в Азии, завладев землей побежденных, образовали смешанное племя галлогреков" [Diodor Sic, 1:32]. Также интересной в этом смысле становится концепция Я.Росен-Пшеворськой о скифском происхождении кельтских друидов [Rosen-Przeworska J . Tradycje celtyckie w obrzedowosci Protoslowian. — Wroclaw, 1964. — S.131-136; Казакевич Г.М. Жрецька організація стародавніх кельтів та її еволюція (ІІ т. до н.е. — І ст. н.е.): Автореф. дис. ... канд.іст.наук. — К.: Вид-во КНУ, 2004. — С.7]. Думается, что западно-евразийська схема противостояния "киммерийцы — скифы — сарматы" была наложена как матрица на этническую историю Ирландии: Фир Болг — фоморы — племена богини Дану ина историю германцев: йотуны — ванны — ассы. Аналогичная и, возможно, более архаична калька, имеющаяся в кавказском нартском эпоcе аланського происхождения: Алагата — Бората — Ахсартагката (последние — потомки Дзерассы, дочери владельца водного царства Донбеттира и проявляют именно тождество с сарматами-акацирамы, нанятых Римом для обороны Херсонеса от Боспора). Показательно, что у кавказких адыгов существует поговорка: "Ты не черт и не шармат, откуда ты взялся?", а в грузинском языке слово "цармати" означает "язычник", а в языках вайнахов (чечены и ингуши) словом "царьмат" называют страшного, чужого человека. Данное наложения мифологических "матриц" осуществлено было именно сарматскими (аланскими) всадниками-легионерами, и это предание принадлежало к общему контексту посвящения (инициации) во "всадника" ("рицаря"). Как аналогично, по мнению М. Элиаде, отнесено к такой инициации само предание о Граале: "... здесь всегда присутствует мотив долгого и напряженного поиска волшебных предметов, который требует, кроме всего прочего, проникновения героя в мир иной ... В правилах допуска в группу воинов, которой руководит Артур, можно расшифровать некоторые испытания при поступлении в тайное общество типа "мужского союза" ... Многочисленные испытания, через которые проходят персонажи артуровского цикла, принадлежат к той же категории: в результате поисков герои лечат таинственную болезнь короля и, сделав это, возрождают "Опустошенную землю" или сами становятся суверенами. Известно, что функции власти связаны с ритуалом посвящения" [Элиаде М. Тайные общества: Обряды, инициациы и посвящения / Пер. с франц . — К.: София; М.: Гелиос, 2002. — С . 310-311]. То, что Грааль неизбежно связан с девой-хранительницей (которая, даже, несмотря на некоторые возражения, тоже может"искать Грааль"), вызывает в памяти версию, базированную на археологических артефактах [Чежина Е.Ф. Уникальная надпись на раннескифской псалии из Южного Приуралья // Советская археология. — М., 1989. — № 1. — С. 261-264], а именно — отождествление амазонок, которые вернулись из Фемиксиры в Малой Азии в степи к северу от Кавказа, с сарматами (савроматами; дв.-иран. saoromant "опоясаный мечом"), которые, по Диодору Сицилийскому, переселились из Мидии к Танаису, будучи непосредственно связаны с передньоазиатськими походами скифов [Латышев В. В. Известия древних писателей о Скифии и Кавказе / / Вестник древней истории . — 1947. —№ 4.— С. 251]. Со скифо-сарматами и их представлениями об амазонках кельты (галаты) могли непосредственно столкнуться еще в Северном Причерноморье, когда в конце III — начале II вв. до н.э., по данным декрета Протогена, в союзе с германцами-скирами угрожали Ольвии, а соседние земли Великой Скифии были опустошены сарматами. Собственно кельтскими есть поселения Бовшив на Днестре (Ив.-Фр. обл.) и поселение возле села Залесье в устье Припяти. Следствием этих контактов явились такие археологические культуры, как зарубинецкая и Поянешты-Лукашовка. Однако с приходом в III ст. н.э. готов (из среды вельбарськой культуры, от западного польского Поморья до Волыни) [Буданова В. П. Готы в эпоху великого переселения народов. — М.: Наука, 1990. — 232 с.; Павленко Ю.В., Сон Н.О. Пізньоантична Тіра і ранньодержавне об"єднання візіготів // Археологія. — 1991. — № 2. — С. 6-16] на землисарматских племен языгов (между Истром и Борисфеном, а далее до Дуная и Гирканского леса вплоть до Паннонии, за Плинием, IV, 80), роксоланов (между Борисфеном и Танаисом, за Страбоном, VII, 3,17, а затем в Буджаке и Молдове, за Плинием), алан (соседних язигам, за Плинием, IV, 80) и аорсов-гамаксобиев (между Борисфеном и Танаисом и Каспийским морем, за Страбоном, XI, 5,7), состоялась трансформация кельто(галато)-сарматского эпического элемента Саррас в готский эпический элемент Сар. Это имя Сар носил брат Аммия и Сунильды, о которых рассказывает Иордан в своей "Гетике". Сунильда (в "Вольсунга-саге": Сванхильда "Лебедь битвы") из племени росомонов была наказана за супружескую неверность (побег). Сравним с мотивом Гвиневеры-Геневеры-Гиневры-Gwenhwyfar ferch Orgyrvran "Белый призрак, дочь Оргирврана (Лодегранса)", она же Wenhaver, Guanhamara, Gvewenour, Guenievere, Guinevere, жены-изменницы короля Артура, и сравним с женой верховного короля Ирландии Эохайда Айрема очаровательной Этайн или супругой короля Конхобара Деирдре, или женой короля Марха Изольдой, или женой Финна Мак Кумаила Граин; интересно, что имена похитителей похожи: Геневеры — Модред (Медраут "Ударяющий"), Етайны — Мидер, Граины — Диармуйд О’Дуибне; "… Образ Либеди-Лебеди выступает в двух былинных циклах: о Михаиле Потике и об Иване Годиновиче, которые, по признанию исследователей, являются древнейшей частью восточнославянского эпоса. Варианты существуют разные, но основное ядро кажется достаточно очевидным. История Либеди — это история неверной женщины " [Брайчевський М. Избранные произведения: Историко-археологические студии, публицистика / 2-е изд. — К.: КМ Академия. 2002 г. — С. 101]). Владыка готов Германарих приказал разорвать Сунильду/Сванхильду лошадьми. За это ее братья Аммий и Сар проткнули Германариху бок мечом (ср. с мотивом раны короля в предании о Граале!). В эддической "Речи Хамдира" данные персонажи известны как братья Хамдир, Серли и Эрп (последнего убивают братья, потому что он сын наложницы, а они — знатной Гудрун-Кримхильды, дочери Гьюкы-Giuka), а светловолосая Сванхильда выступает уже именно женой Йормунрека (т.е. Германариха). Именно антропоним Сар (Серли) «… сопоставим с Птолемеевским ойконимом Saroe, лат. Saron, как называется город над Днепром (во ІІ в. — Borysthenes: ср. еще возле, над Южным Бугом, — г. Sarbakon, а ниже Сарона, возле Днепра, — г. Serimon; выразительная группа названий населенных пунктов с компонентом Sar-//Ser-). Якобы тот же корень, что и в слове «сарматы»; ср. авест. авест. sarah-, осет. saer "голова". Тогда Saron («главный»?) — это, как бы, современный Киев, находящийся ниже гг. Amadoka й Azagarion, а те, в свою очередь, — ниже «Амадокских гор» …, в основании этого комплекса … видят скифский этноним Amadokoi «сироеды» (от скиф. amaadaka «едящее сырое») … Очевидно, … что второй брат Сванхильды носит имя Аммий …, что могло бы быть сокращенным вариантом от *Амадок — «сироед» [Стрижак О.С. Етнонімія Птолемеєвої Сарматії: У пошуках Русі. - К.: Наук.думка, 1991. - С. 79]. Возможно, что этноним Амадок (известны также фракийские «амадоки») был истолкован на скифо-иранском основании, в то же время имел тот же индо-европейский базис, что и англ. hammer "молот", а таким образом, предание, засвидетельствованное Иорданом, имеет параллель с летописным преданием о Кие, Щеке и Хориве и их сестре Либеде как основателей города русов (росов) Киева. В армянской версии в «Истории Тарона» Зеноба Глака упоминаются Куар, Мелтий и Хореан, основатели городов Куар, Мелтей и Хореан в области Палуни и сыновья двух идолопоклонников-«индусов» Деметра и Гисанея, основавших, в свою очередь, в земле Тарон город Вишап и казненных по неизвестной причине царем Валаршаком. Это армянское предание о троих братьях соотнесено в хронике с временем правления византийского императора Маврикия (582-602 гг.). Интересно, что именно 602 г. датируеется разгром аварами Антского славянского союза. Византийская повесть «Чудеса Димитрия Солунского» знает князя Кувера (другие источники называют его Кувратом), подданого Аварского каганата и князя области Срем (Хорватия), куда вынужден был переселиться с Северного Прикарпатья. В 635 г. Кувер восстал против авар и перешел на сторону византийцев, к тому же ранее он воспитывался в Константинополе и был личным другом будущего императора Ираклия. После перехода на сторону ромеев, он получил сан патрикия, в управление город Керамисий и «поле» вокруг него на левом берегу Дуная (Пелагония). Однако Кувер попытался завладеть византийской Фессалоникой, но потерпел поражение, после чего упоминания о нем в источниках исчизают. Возможно, что в представлении последующих наследников архаический Кий-Аммий-Хамдир, строитель какого-то города («Киев»), и более близкий по времени Кувер-Куврат, строитель какого-то города на Дунае («Киевца»), отождествились. Тем более, что в практике Византии было размещать на своих границах для её охраны союзные племена. Например, император Юстиниан І пригласил в 540 г. антов заселить в качестве федератов в городе Туррисе (возле нынешнего Галаца). Если киевское предание упоминает этноним «хорваты» (начальное, по Н.С. Антошину, "гърбаты/*gъrbъ+aty" > "хърбаты" > "хърваты", что в дако-романском произношении дало «карпы» > Карпаты), то готское предание знает именно на его месте этноним «сербы» (компонент: Сар-//Cер-//Ср-), т.е. готский и киевский рассказы отображают, соответственно, предание одного племени, но в редакции двух противоположных его частей-фратрий — «сербов» и «хорватов» (и.-е. *ser-v- / *xar-v- "охранять" ~ дв.-англ. scytta "охранять" ~ этнонимы «скиты» в иранском массиве и «скотты» в кельтском, дуалами которых являются, соответственно, «готы» и «гойделы»). Остается только открытым вопрос о том, было ли славянское предание о чаше-потире связано с кругом основателей города, поскольку чаша не упомянута в германской версии. Но, как нам кажется, оно присутствует в иранской реминсценции о «чашни» — «ритуальной еде огнепоклонников» (она также попала в армянский язык как «чашак» — «чаша») и трансформировалось в киевском круге в образ «Пепелноголового/Седоглавого»-Аскольда (ср. с именем Лоенгрин; фр. loin gris «далеко серый», ирл. liath «серый, седой»), убитого вместе с братом-соправителем Диром (ирл. daor, фонетическое dir "раб, обреченный, осужденный" или это представитель венгерского гарнизона Дьердь-"Юрий") варягом-регентом «Хельги»-Олегом Вещим, а в куявском круге — у основателя польского государства Попеля (дв.-верх.-нем. ask "блюдо, сосуд, чаша", швед. Asker "небольшой сосуд" < дв.-сканд. askr "деревянный сосуд, лукошко, короб", "ясень" / ashr "пепел, зола" ~ слов. "ящик" / шотл. asek "корзина для пепла; small vessell; box"). В германском круге это предание зафиксировано в «Саге о Ньяле», где «всеми чудесами Христа» уговаривает какого-то Флосси отомстить за убийство Хьёскульда («Седоглавого») его жена Хильдигунна. Этот Хьёскульд Годи Белого Мыса считался сыном Траина (!), сына Сигфуса и внука Сигвата Рыжего (его происхождение неизвестно). Убийство Траина и его сына Хьёскульда организовал Хельги, сын Ньяла и внук Торгейра Голльнира, сына Торольва. Таким образом обнаруживается параллель Аскольд/Попель = Хьёскульд, Троян = Траин, Олег = Хельги, Велес = Флосси и т.д. Возможно, имеют резон считающие фиксирование города Киева в греческих источниках под названием «Самбатас» как обозначение кельтской христианской миссии в среде славян «Сан-Бедас» — «Священная Купель» или «Святой Источник» [Владимир Лапенков Виртуальная Русь (демон реконструкций) // http://www.litera.ru:8080/slova/lapenkov/vr.html], ранее места ритуального поклонения ираноязычных сарматов и скифов. Общеизвестно, что римляне и ромеи не очень ориентировались в этнической разнородности западно- и центральноевропейских этносов, вышедших из черняховской (с проявлениями скифско-сарматской традиции) и пшеворской культур, разноэтнических по своему характеру. В своё время аланы разорвали союз с гуннами, перешли в 406 г. по льду реку Рейн, заняли Северо-Западную Галлию и долины рек Луары, Роны и Аквилею, совместно с вандалами и свевами перешли в 409 г. Пиренеи, захватили Лузитанию (современная Португалия), в 412 г. перешли на сторону Рима, а в 429 г. их часть вместе с вандалами переплыла в Африку. В конце 30-х гг. V в. аланы как союзники Рима были расселены в Галлии, а после смерти Атиллы в 453 г. происходит их движение на восток — они захватывают Нижнюю Мезию и Малую Скифию (Добруджу). Именно там из их среды вышел историк Иордан, представитель аланской знати (его дед был секретарем аланского царя Кандака, а сам Иордан случил в окружении царского племянника готов). Далее западная часть алан сохраняла византийскую ориентацию, в то время как восочные аланы (автохтоны Кавказа) меняли свои позиции зависимо от нужд момента. Восточных алан в 558-572 гг. консолидирует царь Сарозий (Сародий, Сарой, от сармат. sar- "голова", ср.с тадж. sar "голова, верх, вершина, начало", фрак. Saraparai "головорезы"; в франкоязычной среде должно было бы быть переведено как tete "голова", "вершина горы"; или антропоним имеет тот же корень, что и санскр. saras, авест. zrayah, дв.-перс. drayah, фин. sar "море", "озеро" ~ ср. с иранским мотивом о том, что семья рода сохраняется в водах священного озера-моря), государство которого охватывало верхнюю Кубань, Пятигорье и современную Балкарию и контролировала перевалы, независимые от Ирана. Следствием деятельности Сарозия, по мнению В. Ковалевской, стало появление в концеVI и в начале VII в. Серии поселений ссистемой тщательно продуманной организации обороны — небольшие белокаменные крепости через каждые 2-3 км — вдоль всех горных долин, ведущих к перевалам [Ковалевская В.Б. Кавказ и аланы: Века и народы. - М.: Наука, Гл.ред.восточ.лит-ры, 1984. - С. 134-135]. Не касается ли первоначально Алании царя Сарозия эпическое имя царства Грааля Саррас? Не свидетельствует ли рассказ об узурпации власти в Саррасе чужеземцем о том факте, что на определенное время в 70-х гг. VI в. Алания, согласно данным Менандра, попала под политическую зависимость от тюрок (хазар) Турксанфа? Возможно, что именно в среде пришлых тюрок произошла народная этимологизация названия Саррас (т.е. земля Сарозия) на Сарысу (тюрк. «желтая вода»; тюрк. «сары», «сарыг», монгол. «ширга», «шира», венг. sarga, япон. siroi – «желтый», чуваш. «шура» — «светлый», «сара» — «жёлтый», но дв.-япон. «сируо» — «белый» < пра-алтайск. *sir- «светлый, белый»), которое приложилось к реке на границе аланской державы Сарозия и тюрков (ныне — р. Царица, откуда — г. Царицын, ныне — Сталинград/Волгоград), а начально — между тюркским и иранским мирами. Именно на этой мифической границе — реке Сары — находится, согласно легендам, могила жены богатыря Салор-Казана Абульгази, одной из семи женщин, бывших владетельницами племени огузов. Другой богатыршей была Барчин-Салор, дочь Кармыш-бея и жена Мамыш-бея (т.е. эпического героя Алпамыша), но, однако, она погребена на Южной Саре — Сир-Дарье возле древнего Сингакаи, а её мавзолей узбеки называют «Голубая обитель Барчин» («Барчинин Кок-кесене»), хотя иногда путают и мавзолей приписывают Абульгази (по крайней мере. Так получается из синтаксиса сообщения об этом у В. Жирмунского) [Жирмунский В.М. "Китаби Коркут" и огузская эпическая традиция // Сов. востоковедение. — М., 1958. — № 4. — С. 92-93]. Возможно, следует связывать понимание названия «Саррас» как «Желтая река» с определением последующих насельников этой территории куман как «жёлтых» (венг. palosc, рус. «половцы»). Кроме того, на левом берегу Волги присутствует и топоним Саратов (< тюрк. saratau "жолтая гора"), а на границе тюрков и славян — гидроним Жёлтые Воды. Позже в окружении «эзотерически обеспокоенных» возникла попытка рассматривать Желтую землю (Саррас) как особое мистическое место: «… Сталинград (бывший Царицин) — сакральное место. Здесь когда-то находился сакральный центр Хазарского каганата — его державная столица, которая противостояла Руси и угрожала Европе. Гитлер знал об этом, и овладение этим стратегическим пунктом считал принципиально важным этапом в своей антиеврейской борьбе. Ведь СССР был для него новой хазарщиной, страной еврейских комиссаров. Вот почему Сталинград стал символом противостояния» [Канигін Ю. Соловецька Голгофа // Українська культура. — К., 2003. — № 8. — С. 39]. Что касается столицы Сарраса, по нашему мнению, им можно рассматривать центр притяжений Донецко-Волжского междуречья и побережья Азовского моря (Меотидского озера) еще со времен Сарматии — легендарный античный город Танаис (возле хутора Недвиговки Ростовской обл. [Книпович Т.Н. Танаис: Историко-археологическое исследование — М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1949. — 178 с.; Івченко В. Танаїс // Наука і суспільство. — К., 1979. — N3. — С. 49-50; Арсеньева Т.М., Науменко С.А. Раскопки Танаиса // Краткие сообщения Института археологии АН СССР. — М., 1987. — Вып. 191. — С. 75-82; Максименко В.Е. Савроматы и сарматы на Нижнем Дону. — Ростов-на-Дону: Изд-во РГУ, 1983. — 224 с; Шелов Д.Б. Танаис — эллинистический город // Вестник древней истории. — М., 1989. — № 3. - С. 47-54; Герасимова М.М. К вопросу об этническом составе населения древнего Танаиса (III в. до н.э. - IV в. н.э.) // Сов.этногр ...

Алексей Ильинов: ... афия. — 1971. — № 4. — С. 131-140]. Танаис принадлежал Боспорскому царству и правителем города был специальный «посланник» — «пресбевт». Возник Танаис как рыбацкое поселение, вокруг которого устраивали зимние пастбища кочевники (аналогичное происходило и на Днепре возле Камянского городища невдалике от Никополя). Согласно с легендой, упомянутой Квинтом Курцием Руфом, город основан по приказу самого Александра Македонского неким Бердой (Перидасом) по просьбе живущих там абиев, но затем сам Александр Великий построил стены Танаиса и поселил в нем военнопленных-индусов, но позже скифский вельможа Картасий захватил город [Q. Curtii Rufi, De gestis Alexandri Magni, VII, 6,11; VII, 6,28; VII, 7,1]. Географ Птолемей поместил возле устья Танаиса некие «Александровы алтари» [Geogr., III, 5,12], имея ввиду. Вероятно, знаменитый памятник Северного Приазовья «Каменную могилу». Именно в междуречьи Дона и Днепра впервые фиксируется сарматское племя роксолан [за Страбоном, VII,3,17], а в ІІІ-Vвв.. н.э. в Танаисе произошел значительный приток нового населения с запада — носителей черняховской культуры [Античные государства Северного Причерноморья / Отв.ред. Г.А. Кошеленко, И.Т. Кругликова, В.С. Долгоруков. - М.: Наука, 1984. - С. 95], связанной с германским племенем готов. В районе Танаиса и Меотийского болота древние германские генеалогические легенды находят одну из промежуточных «прародин» германцев. Сдесь, как свидетельствуют «Космография Этика» и «Книга истории франков», состоялась вражда готов с аланами и предки франков построили город Сикамбрия, названия которого якобы означает «Мечь и лук», откуда франки и начали свой победный поход на запад [Хроники длинноволосых королей / Пер. латин., статьи и сост. Н. Горелова. - СПб.: Азбука-классика, 2004. - С.29, 30]. Также в 253 г. путем переворота в Боспорском царстве монарху Рескупориду V(240-267 гг.) был навязан в соправители представитель проготской партии Фарсанз, вследствие чего Боспор предоставил в использование готам флот для набегов на Византию и Кавказ. Первый такой морской поход в Малую Азию состоялся в 255-256 гг., а второй — в 257 г. В 262 и 263 гг. остготы с Боспора дважды нападали на Эфес, в 264 г. — на Каппадокию, в 266 г. — на Вифинию, в 267-268 гг. — на Элладу, но в 269 г. и в 275 г. были разбиты римлянами. Новый царь Боспора Тейран (276-278 гг.) добил готов и часть из них отошла на Северный Кавказ, где стала известна под именем готов-акациров (род Ахсартаг нартского эпоса). Позже император Диоклетиан нанимает готов-акациров и готов-тетракситов для защиты Херсонеса от гегемонии Боспорского царства. Интересным в контексте даного исследования о королевстве Грааля есть тот факт, что именно в ІІ-ІІІ вв. в Танаисе, в отличие от остального Причерноморского региона, происходил бум моды на особую посуду из т.н. «пергамского круга производств» — краснолакированные чашки, тарелки и сосуды круглой формы. Сделаны они с глины желто-коричневого цвета с мелкими золотистыми блёстками слюды, образующие якобы надпись [Арсеньева Т.М. Комплекс краснолаковых сосудов II в. н.э. из Танаиса // История и культура античного мира / Отв.ред. М.М. Кобілина. — М.: Наука, 1977. — С.13-16] (как известно, на чаше/блюде Грааля можно увидеть надпись). Обобщенно северная граница распространения краснолакированной керамики очерчивается по линии Львов-Киев-Харьков-Саратов. Также популярным религиозным культом в Танаисе был культ богини Афродиты Апатуры (покровительницы поселенцев), праздник которой связан с мифом о преследовании богини гигантами и освобождение её путём обмана (культ явно местного происхождения, ибо на время колонизации культа Афродиты ионические города не знали). Правда, со столицей королевства Саррас можно отождествить и другой город этого же региона. Например, более вероятно, это — знаменитая Фанагория, находящаяся возле Гермонассы на берегу Таманского (Корокондамитского) залива Азовского моря в дельте реки Кубань (Антикита). Основана она в 543 г. до н.э. беглецами из малоазийского города Теоса, которые отказались подчинится персидскому царю Киру Великому [Геродот, І, 168], и к которым затем присоединились мигранты с фракийского города Абдера. Сама Фанагория как столица азиатской части Боспора была известна экспортом вяленой рыбы и вина. Также в городе был большой храм Афродиты Апатуры, братство верующих при нем, на могилах устанавливались стеллы (самая знаменитая — стелла Агафа) с изображением богини, которые в вытянутой правой руке держат кубок с вином (канфар), а в левой — чашу (фиалу). Возле богини изображались два всадника в парадной одежде. Это, якобы, свидетельствует о сарматизации населения Боспорского царства [Десятчиков Ю.М. Катафрактарий на надгробии Афения // Сов. археология. — 1972. — № 4. — С. 71]. Уже в III-IVвв.в Фанагории обнаруживаются христиане, а в их погребениях — краснолакированные блюда с изображением креста на дне (как правило, привезены с Карфагена) [Кропоткин В.В. Экономические связи Восточной Европы в I тысячелетии нашей эры. - М.: Наука, 1967. - С.69]. Многочисленным и органическим было в Фанагории именно сарматское население, активно воспринимающее боспорскую культуру и вместе с этим сохраняющие традиции своего этноса. Благодаря этому город стал процветающим и фактически экономической столицей Сарматии. Во времена гуннского нашествия на Боспорское царство в 70-х гг. IVв. [Аммиан Марцелин, ХХХІ,3,1] Фанагория, Танаис и другие города были разрушены и существовали далее как небольшие поселения, но со временем Фанагория вновь возрождается как город [Шелов Д.В. Волго-Донские степи в гуннское время // Вопросы древней и средневековой археологии Восточной Европы. — М.: Наука, 1978. — С.81-88]. Далее город переходит в руки булгар, в 630-х гг. оно становится столицей Приазовской Булгарии, восставшей под руководством хана Кубрата против западных тюркютов и его затем героически в 660-х гг. защищал хан Бат-Баян, старший брат основателя балканской Болгарии хана Аспаруха. Затем Фанагория подпадает под власть Византии, Хазарии и древнерусской Тмутаракани и окончательно было уничтожено в ХІІІ в. монголо-татарами, после чего столица азиатской Сарматии уже не возрождается [Кобылина М.М. Фанагория / Отв.ред. Г.А. Кошеленко. - М.: Наука, 1989. - 127 с.]. Именно о последнем факте превращения королевства Грааля (Сарраса) в «бесплодную землю» и рассказали в Европе, вероятно, генуэзские и венецианские колонисты Крыма и Тамани (XIII-XIV вв.). Генуэзцам принадлежало Капитанство Готия, а венецианцам — город Тана (нынешний Азов, монголо-татарский Азак). Последний затем был главным портом Золотой Орды, доходная часть которого шла на содержание личной гвардии — «кешик» великого хана, которые были преимущественно христианами-несторианами. Когда в 1395 г. Тимур овладет Таной/Азаком, то приказал вырезать всех мусульман, но пленных-христиан отпустил, часть из которых ушла в Великое Княжество Литовское. Именно в 1395 г. впервые упоминается в литовской грамоте слово «козак» в значении «свободного, освобожденного человека». Однако еще столетие итальянские колонии в Северном Причерноморье (Матрага-Тмутаракань, Солхат-Старый Крым, Чембало-Балаклава, возле Фанагории находилось поселение итальянских евреев Джудекка/Codencha) содержали большие гарнизоны, пока не были разбиты в 1475 г. турками за союзничество с Польшей и Великой Ордой хана Ахмата. Интересно, что по некоторым версиям в генуэзской колонии в Крыму служил навигатором Христофор Колумб, официальное первое упоминание о котором датируется 1473 г., когда ему было двадцать два года и которого венецианский морской суд называет «пиратом Коломбо», находящимся на службе у анжуйского герцого Рене. Нахождение Сарраса на берегу Азовского моря объясняет причину именования короля Грааля Королем-Рыбаком: скифы называли Азов «Рыбным озером» (Карачулак), в то время как славяне — Сурожским («синим»), арабы — Бар-аль-азов («темно-синее»). Известно, что правитель Венеции (дож республики Святого Марка) на праздник Вознесения получал легитимность во время т.н. обряда «обручения с Морем» (Sposalizio del Mare), бросая с корабля «Бучченторо» («Букентавр») в море перстень. Связано это с легендой об изгнании святыми Марком, Георгием и Николаем лодки с демонами, которые намеривались уничтожить Венецию. Аналогичный «Перстень рыбака» носит Папа Римский и украшен он изображениями апостола Петра, вытягивающего сети. Также, как указывает О. Прицак, после падения гуннской империи Атиллы от бывшего боспорского благосостояния остался только рыбный промысел и что правители городов Боспор и Таматарха (иудейский Семкерч) имели официальные титулы «балигчи» — «рыбак» [Пріцак О. Походження Русі: Стародавні скандинавські джерела (Крім ісландських саг). — К.: Ін-т сходознавства НАНУ, 1997. — Т.1. — С.128]. В связи с реальными балто-иранскими контактами на Днепровском Левобережье (басейн рек Десна и Сейм; пограничье юхновской культуры и культуры зольников) [Cvetko-OrasnikV. ZuneuerenIranish-BaltoslavischenIsoglossen-Vorschlagen // Linguistica. — 1983. — N 23. — S. 175-256] есть смысл искать следы имени Саррас в балтской лексике (латыш. sargat «охранять, сторожить, хранить», sargaties «стеречься», sargs «сторож, страж»; ср. с иран. horvat "сторож, охоронець" и славянским этнонимом «хорваты»). Собствеено, по Птолемею, роксоланское племя («светлые аланы») саргатиев, рядом с просто аланами, занимают Верхнее Левобережье реки Лик (Lycus fluvius) на крайних отрогах Аланских гор (Донецкий кряж), после того, как сарматское племя языгов перешло в Прикарпатье. Но, нам кажется, возможна и более глубокая интерпретация. Согласно с ней связанность Сарраса и с Сарагосой, и сарматами-саргатами, и царством Сарозия, и родом Сара (Саерли), и с землей Сарысу — все это были в разные исторические эпохи и в разных этнических условиях попытки народноэтимологического истолкования (и переназначения) более архаического понятия, которое имело отношение к территории Северного и Восточного Приазовья вплоть до реки Волги (Ра, Расы, Ранхи) на востоке и к Кавказским горам на юге. Вероятнее всего, речь должна идти о хурритском языковом наследии в названии Саррас: от sarra-ssi («шарра-шши») — «царство» [Хачикян М.Л. Историко-типологический анализ эламского, хурритского и урартского языков: Параллели и расхождения // История и языки Древнего Востока: Памяти И.М. Дьяконова. - СПб.: Петербургское Востоковедение, 2002. - С.321]. Аналог магической чаши Грааль есть у непосредственных языковых наследников алан — осетин, в их эпических легендах о нартах (казан Амонг рода Алагата), а отсюда — в их абхазскую версию о чаше Вадзамакят [Дюмезиль Ж. Скифы и нарты / Сокр.перев. с франц. Послесл. В.И. Абаева. - М.: Наука, Гл.ред.восточ.лит., 1990. - С. 179]. Как установил В. Петрук, название казана у абхазов является искаженным осетинским (W)ac(y)among — "Вацамонг" ("Обнаруживающая (чаша)»), считая, что греки также неверно передали название как Эксампай — «Священные пути» (компонент «пай» аналогичен принесенному аланами в французский язык слову pays – «страна, местность» [Петрук В. Велика Скіфія - Оукраїна. — К.: Спалах, 2001. — С. 24-25]; возможно, также ираноязычные скифы истолковали начальное название, которое О.Трубачев реконструировал как индоарийское a-ksama-payas «непригодная река» [Трубачев О.Н. Indoarica в Северном Причерноморье. — М.: Наука, 1999. - С. 62-63] (согласно преданию, казан скифского царя Арианта помещен был возле источника притоки Гиппаниса, вода которой непригодна для питья). Как говорится в нартской легенде, вследствии спора за овладение казаном нарт Сасрыква (Сосруко, Сослан) скинул его с горы и он разбился, а с семян винограда, что были на его дне, родилась волшебная виноградная лоза (кабардинская версия легенды рассказывает о том, как герой, будучи на пиру у небесных духов, сбрасывает на землю сосуд с волшебным вином) [Дюмезиль Ж. Скифы и нарты / Сокр.перев. с франц. Послесл. В.И. Абаева. - М.: Наука, Гл.ред.восточ.лит., 1990. - С. 180-181]. В этой связи интересным является факт, что кабардино-черкесским названием города Кисловодск есть Нарцане, т.е. «напиток нартов», где кабард. «сане» — «напиток», адыг. «сане» — «вино», черкес. «сане» — «смородина», что соотноситься со славянской мифологической рекой Смородиной, на мосту через которую герой вступает в бой с чудищем. Олег ГУЦУЛЯК
Эуг Белл: Если понимать слово "нео" как почти "не" или уж хотя бы отчасти "не", в общем, как следует из Вашего текста, то можно думать, что "Нео Сарматия" (тем более Сверхновая") - это не прежняя страшненькая Сарматия далекого прошлого... Алексей, Ваша точка зрения, когда Вы отходите от "западнической", империалистической "Сарматии" и пытаетесь мыслить ее как "восточную" НЕдеспотию людей над людьми, а как внутренний свет - эти вещи мне близки. В отличие от "места", откуда Вы ушли, от Сарматии исторической и современной правой (т.е. фашизоидной). Коечно, я бы приветствовал отказ от наводящего на неверные ассоциации термина, но, боюсь, для Вас это неприемлемо. Но в конце концов - дело не в словах, но в сути... Что же касается Ницше, то он не только такой хороший. Не только певец духовной свободы и пр. На его работах, на его "Заратустре" выросли фашисты, настоящие звери, охотившиеся на наших родичей, моих - отцов, Ваших, наверно, дедов... Убивавшие наших матерей и бабушек... И я не могу считать, что Ницше с его проповедью солдатчины, беспощадности и силы - не несет никакой ответственности за все это. Как и Маркс, например, за русскую революцию (кстати, и Маркс, и Парвус, его верный ученик, были такими же русофобами, как и Гитлер). Ответственность мыслителя за пропагандируемые им идеи существует. Это, увы, факт. А в этой дискуссии (вообще на этом форуме) нет никаких личных наездов. А обсуждение справедливости и верности-неверности какой-либо мысли таким наездом не является и никогда не являлось. Вы можете смело критиковать мои МЫСЛИ сколько угодно - и я буду Вам просто бесконечно благодарен за то, что Вы дадите мне расти. Так что я говорю Вам: победите меня, пожалуйста (но только честно, без "аргументов к человеку"). Но я хотел бы, чтобы и Вы поняли принятые тут правила и НЕ ОБИЖАЛИСЬ, если Ваши мысли находятся под огнем жесткой критики. По правилам дискуссии это пока все.

Алексей Ильинов: Евгений, ещё раз прошу у Вас прощения, если чем-то наши с Олегом тексты Вас «задели». Я прекрасно Вас понимаю. Конечно, всё верно, что НАСИЛИЕ нужно в любом случае преодолевать и тянуться к ЧЕЛОВЕКУ. А пока же ЗВЕРЬ (ФЕРАЛЬНОСТЬ, ДРЕВНИЙ ФАШИЗМ, УР-ФАШИЗМ (как у Умберто Эко)) присутствует везде, даже в самых «гуманных», казалось бы, проектах и идеологиях. И «коммунистических», и «патриотических» и, тем более, в «демократических». Следовательно, будут и соответствующие призывы, и, понятное дело, «очарования» и надежды. Вы ведь и сами столкнулись с чем-то подобным на Форумах «Ноогена» и «Красной Заставы» - ефремовских и гуманистических, вроде бы, проектах.

Эуг Белл: Текст Олега Гуцуляка я прочитал. Спасибо, это интересно, и это огромная работа. Правда, ее очень трудно читать и понимать, т.к. это почти конспект. Не уверен также в том, что здесь все точно. Некоторые факты показались очень важными... Но опять же - это трудно критиковать быстро, требует не меньшей работы по разборке фактов, и, кроме того, трудно оценить модальность целого ряда утверждений... "Целое" невозможно утвердить или подтвердить множеством гипотетических "фактов". Чем шире при этом обхват, тем меньшая сила аргументов. В неявном виде тут получается также и "аргументум ад хоминем", т.к. растерявшийся читатель чувствует комплекс неполноценности

Эуг Белл: Алексей! Нет! Что Вы извиняетесь? ВСЕ НОРМАЛЬНО. Вот Сат-Ок меня сознательно хочет "задеть" и спровоцировать на аналогичный ответ, чтобы иметь повод забанить. Но не будет повода :-). А с Вами - все в порядке, идет нормальная дискуссия, обмен мнениями, нормальная научная критика. Все в порядке . (Я поднял вопрос обо всем этом, просто чтобы Вы не рассматривали мои критические замечания, как адресованные Вам лично и как, якобы, ответ на какую-то "задетость" и пр. Критика - атрибут науки).

Алексей Ильинов: Евгений, ещё ознакомьтесь с моим, связанным с предыдущим, текстом «Великий Сурдический Полдень» и текстом Олега — http://mirefremova.borda.ru/?1-18-0-00000019-000-0-0-1254570106. Благодарен Вам за доброжелательный отзыв о моём творении. Безусловно, наша Сверхновая Сарматия — это, прежде всего, проект, который пытается достичь определённого Равновесия, Меры. Отсюда и наше «восточничество». И идея МезоЕвразии — то есть гуманистического, соборного, антиавторитарного евразийства. Как я понимаю, Вас слишком смущает термин «правый»? Впрочем, ведь это весьма неоднородное ныне явление, которое отнюдь не ассоциируется с гитлеризмом и иже с ними (например те же европейские «новые правые» (термин условный) или же Европейские Синергии). И совсем не сводится к штурмовикам и погромам. Да и всё «правое» сводить к герру Шикльгруберу & Co как-то не совсем верно. Также как и «левое» к какому-нибудь Троцкому или Маркузе. Я вот, например, почитаю и Фёдора Достоевского, и Ивана Ильина, и Константина Леонтьева. Также уважаю и классиков европейской Консервативной Революции. То есть самых, что ни на есть, махровых «консерваторов». Но это мне нисколько не мешает уважать и ценить Николая Рериха, Георгия Гребенщикова, Олеся Бердника и Ивана Ефремова. То есть я черпаю как «справа», так и «слева». Стало быть, пока ещё подвержен «соблазнам». Но Вы очень мудро заметили, что «купившись» на ту или иную идею запросто можно и столкнуться с чем-то «звериным». Мой опыт более чем тому подтверждение — были у меня и «правые» экскурсы, были и «левые». И везде я рано или поздно ОБНАРУЖИВАЛ ПРИСУТСТВИЕ ЗВЕРЯ. А в этом году вообще многие мои прежние «вавилонские башни» начали рушиться подобно карточному домику. И, признаюсь Вам, именно работы Ефремова, Снегова и Бердника (открытого, кстати, не так давно и потрясшего до глубины души) (давно прочитанные, но «заброшенные» до поры-до-времени на полку) во многом помогли мне кое-что понять. И, быть может, именно потому судьба привела меня сюда (была как-то идея попытаться написать что-нибудь на «Нооген», но "что-то" останавливало).

Алексей Ильинов: *ФОМАЛЬГАУТ. ХАЙНСКИЕ СТАТУИ* (Страсти по Роканнону) (Вольный перевод с галапиджина) Урсула Ле Гуин "Хайнский Цикл" 1. Истаять мрамором под звёздным покрывалом И пасть на землю - древнюю, чужую. Здесь Ойкумена, свитая в спираль, Зеленолико изрыгает пламя. Аменти. Время. Завершение. Порог. Скажи, о ангья, что мне делать, Когда один, педан, Скиталец, Беглец, в ненастье отошедший? Но ты молчишь, мой друг, И только Хрипит луна В дожде осеннем... "Отпей! Отпей! Да, будешь вечным...", - Я чей-то голос слышу. Зачем пришла ты, Семли (О, зачем?)? Я Стар, Безумен, Сед И вечен, вечен, вечен... О, чаша деревянная князей, Испитая над пропастью однажды... 2. (травяной гобелен в замке Владычицы Ганье) ...Крылатый пал. Но бронза пела в ножнах и ночь качнулась, взмыла, поплыла, Дохнула травами, богами и звездою. Нам умирать. Нам видеть танец лун В последний раз В последний раз... Нам мчаться по равнинам на восток, Нахлестывая ветряных коней. Нас не догнать! Мы - шёпот на краю В последний раз В последний раз... Мы - шёпот Шёпот на краю... 3. Его ты ищешь? Нет его... О Хайне видеть сны, Грустить над галькою Нетленных городов, Взрослеть, мужать, Учиться расставаньям и Потерям, К руническим созвездьям Уходя... Стареем. Миги потеряли смысл. Изорваны пустоты и стихии Штыками световыми, Но колокол ещё звонит В открытых ранах грёз и расстояний... Алексей ИЛЬИНОВ

Эуг Белл: Ну, все-таки попробуйте, может быть. После безобразных историй с Козловичем, со мной, с Олегом (Трак Тором) они несколько образумились, я думаю... А у меня был аналогичный опыт. И он привел к идее ОТКАЗАТЬСЯ от ВСЕХ идеологий. И ориентироваться только на этику Горя и Радости (чуть намеченную у Ефремова)...

Эуг Белл: Алексей, посто все эти аристократы-кшатрии... ну мне они не близки, скажем так. Древний, жестокий мир, впрочем те же гитлеровцы - метастазы все того же "древнего рака"... ИМХО. Я это вижу так. В истории человечества возникла некая, условно говоря, мутация. А скорее - даже не на генетическом, а на социальном уровне. Скотоводы-кочевники. Их основная еда - мясо крупных животных, которых они убивали своими руками. Отсюда очень просто было перейти к убийству человека. И вот возникло такое древнее общество убийц, которые, конечно, надевали разные пышные одеяния и пускали пыль в глаза. Самооправдание тоже играло большую роль. Оттого-то они и аристократы-кшатрии. Оттого-то их общество похоже на ПИРАМИДУ, и оттого-то в нем есть КАСТЫ, в том числе - неприкасаемые. Здесь ценилась простая физическая сила. Женщина была просто слабее, потому оказалась угнетенной. Их называли АРИЙЦЫ. И вот в один ужасный день эти страшные своей примитивной жестокостью племена начали накат на ЦВБ....... (В 20-м веке повторилось то же, только теперь из захваченной Европы арийцы накатились на Россию... Впрочем тут уже все смешалось. И в каждом из нас течет разная кровь. И гены, и генная память... И каждый должен убить в себе арийца).

Эуг Белл: Вот - одна моя старая работа, прочтите, если хотите, всю (она не длинная), но главное по нашей теме разговора начинается с п.5. http://planetologija2005.narod.ru/file6.htm

Алексей Ильинов: Скачал статью и быстренько пробежал глазами. Да, очень даже всё верно — если говорить о «новых движениях», то никоим образом не нужно допускать того, чтобы они превратились в «старые» (а как раз к этому всё сейчас и идёт — и «справа», и «слева» и даже «посерёдке»). И о том, что нужно в себе убить «арийца» в чём-то даже и соглашусь - точнее, убить нужно «зверскую» имитацию оного. Тут я и сам некоторым образом «подзавис», если честно. Похоже, возраст сказывается. Да и то, что многие из прежних увлечений постепенно уходят в небытие... А насчёт «арийцев» было, помнится, небольшое и очень хорошее произведение у советского писателя-фантаста Владимира Рыбина. Правда, там он пишет об ариях как, в первую очередь, о Тружениках. Да, были скифы-воины, но были ведь и сколоты - скифы-пахари. Была Западная Ариана (гитлеризм — это её, как раз, порождение!), но была и Ариана Восточная.

Алексей Ильинов: Евгений, тут вот пообщавшись с Вами и Андреем и сравнив Ваши реплики с «Ноогеном» и «КЗ», скорее всего ограничусь «Миром Ивана Ефремова», поскольку Вы люди, прежде всего, умные, интеллектуальные, интеллигентные и, самое главное, альтернативно и широко мыслящие. А это замечательно! А там, как я понимаю, просто «своя тусовка», которая весьма самодостаточна и консервативна. Конечно, я могу там с ними порассуждать об «истинном коммунизме», о «ноосферном коммунисте Иване Ефремове», да что-то пока не тянет (раньше вот тянуло). С Андреем Константиновым, конечно, интересно было бы поговорить, но он «сам-себе-дока». Да люди они там все «самые наилучшие». А это, Евгений, у меня, если честно, как-то вызывает некоторое недоверие. Просто я, особенно как человек верующий, не имею права утверждать, что я, мол, «лучше всех». Мне куда важнее в общении с Вами обрести не только интересных собеседников, но и людей, которые кое-что уже открыли для себя и нашли свой Путь По Лезвию.

Эуг Белл: Насколько мы интересные, и насколько правильные пути нашли - это будущее покажет. Но если попытаться выделить "сухой остаток" от наших здешних споров, то я могу сказать: да, эти несколько лет меня изменили, и, надеюсь, к лучшему. В общем - мне это было полезно. Так что - без каких-либо побочных целей, могу посоветовать наше сообщество. Нет ничего страшного в том, что мы разные. Например, мы с Андреем - "неверующие", если рассмотреть обычный обывательский смысл этих слов. Но, наверно, все веры как в каком-то конусе в конце концов сходятся. Поэтому есть смысл, мне кажется, в некоторых вопросах формальные моменты игнорировать. И даже ценить, если их можно свободно и, не причиняя друг другу обид, обсуждать.

Эуг Белл: Да и ведь мы тут - все разные. Ужасный "винегрет" мировоззрений. Вот Рибеланто - неокоммунист, неомарксист. Трак Тор - такой же романтический агностик, как и я. Стэппи вообще жительница воображаемой планеты, но у нас ей вроде бы хорошо (надеюсь). :-). Андрей Козлович - близок к гностицизму, хотя он будет против, если ему это сказать. Тут есть и многие другие, и пусть они не обижаются, всех не упомянешь... Это поверхностное различие не должно скрывать СУЩНОСТНОГО ЕДИНСТВА, не выразимого никакими словами...



полная версия страницы