Форум » КУ-СТАНЦИЯ » Стихи - о нас и вечном » Ответить

Стихи - о нас и вечном

arjan: Начну с посвящения Прекрасной Елене от нашего друга семьи: К Елене А. Андрей Бертыш Уходит жизнь, как будто невзначай, На чай уходит и на разговоры... На табуретках наживаются запоры - Дней уходящих ты не замечай. Но вижу я картину снова, снова: Идешь по снегу пьяная, босая, В саду вечернем возле Хотылева, За яблоком, последним, урожая...

Ответов - 213, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 All

arjan: Катарсис... Сергей Фролов Всё проходит, всё проходит, Вот и всё прошло. Вместо птицы-счастья - битое стекло. Вместо звездной ночи - куценький рассвет, Вместо райской кущи - высохший букет. Океан свернулся и ушел в песок. Как серпом подрубленный, рухнул колосок. В Луна-парке жизни кончился сезон: Все билеты проданы, закрыт аттракцион. Там, где было сердце, ноет и саднит. На небесных клавишах Бог нажал "delete". Кто-то примет с радостью роскошь темноты: Видно слишком яркими были две звезды…

arjan: Неизбежность Дудочка Говинды Ты во мне - перелётная птица. Я в тебе - неиспитая синь. Мне с тобой до рассвета не спится, Без тебя мне не спится совсем. Мне тебя, обжигающей губы Недостанет сегодня в ночи. В этот вечер, студёный и грубый Я умру после первой свечи. И когда перелётная птица Разобьёт на закате окно, Будет ворон над домом кружиться, Будет мне самому - всё равно. Я уйду от тебя в неизбежность, За гранёное тело креста. Ты во мне - неиспитая нежность, Я в тебе, оглянись - высота...

arjan: А это уже не друзья, а песни друзей - на эти стихи наш приятель написал песню, что сохранилась у меня в демо-версии, попытаюсь адекватно оцифровать. Расставание Юрий Кузнецов Закрой себя руками - ненавижу! Вот бог, а вот Россия. Уходи! Три дня прошло. Я ничего не слышу И ничего не вижу впереди. Зачем? Кого пытался удержать? Как будто душу прищемило дверью. Прислала почту - ничему не верю! Собакам брошу письма растерзать! Я кину дом и молодость сгублю, Пойду один по родине шататься. Я вырву губы, чтоб всю жизнь смеяться Над тем, что говорил тебе - люблю. Три дня,три ночи,тридцать лет судьбы Когда нибудь сотрут чужое имя. Дыханий наших встретятся клубы - И молния ударит между ними!.. 1968 г.. И еще один от Ю. Кузнецова: Жена! А ты предашь меня мгновенно По легкости иль бренности своей Уж столько лет ты лжешь самозабвенно, И натрясешь с три короба чертей. Когда за мной придут ночные люди, Не лги душой, уход мой торопя, И не царапай в кровь лицо и груди: Они еще прекрасны у тебя.

Эуг Белл: Очень красиво, Женя. А вот, что у меня на этот раз написалось. Хроноса потомство, Человеченкой закусывать любителя, В перьях белых, под танцы пьяные Вывалилось в вечность звездную... Хронос спал, облака Тихо плыли в ночи, И замкнулись века, Потерялись ключи... И в туманных волнах, Нам на горе и страх Родилась та, чей лик Враз и вечность, и миг... И война, и вина, Черный парус, золотое руно, Пил бы чашу до дна, Сладкогорькую, Да не пьянит молодое вино... Хроноса я игрушка, Забава божества-импотента... Идеальная женщина существует, Но ее крадет друг со свадьбы, А когда, наконец, взята Троя, Уже не нужна никакая Елена. Тебе нужен кефир и мягкое ложе, И челюстью вставной жевать краюшку. Вот такие во Вселенной дела, приятель... Считай, тебе подарок к НГ.

arjan: Спасибо, тезка, а это подарки тебе В монастырской библиотеке pinkdeep Думаю над образом старинным, том тяжелый в сторону сложив. Слышу крыльев шепот стрекозиный, горних пенье и души порыв. Свет первоначального молчанья сердце мне наполнит, как кувшин, влажный холод облачных вершин в комнату прольется беспечально, И когда покажется неспешно солнца золотое колесо - дьявол перекосит мне усмешкой полное страдания лицо! Я увижу темный штык желанья, губы разведенные твои, плечи, вздувшиеся от любви, наших тел зеркальных сочетанье... И взовьются с криком в небеса ангелы, как раненые птицы, ветер вдруг перелистнет страницы и опять умолкнут словеса. Я на сына гляжу, и печаль не унять... pinkdeep Я на сына гляжу, и печаль не унять, и болит, где отщиплено плоти - это тело мое отошло погулять, побродить по свободной природе. И душа, словно птица, кричит взаперти, бьется крыльями в дачные окна... Но уже не дойти, но уже не найти пуповины зарытой волокна. Кто он, мальчик с родными чертами лица? Я боюсь незнакомую душу! мне бежать за тобою, играя в отца, под ногами не чувствуя суши. Но муссон ледяной за моею спиной норовит обойти меня слева, золотистой косою блестит надо мной костяная безокая дева. Потому что мальчишка из плоти моей с головой неизвестной природы - репетиция будущих тягостных дней обретения телом свободы.

arjan: И от милых поэтесс: Любимой женщины виденье Надежда К. Любимой женщины волшебное виденье - Волшебный взгляд, волшебный силуэт, Волшебных рук волшебное сплетенье - Хотя о чем я ? Волшебства на свете нет! Любимой женщины точеное лицо: Глаза - озера, Их овалы Природа долго шлифовала, Тончайшим подводя резцом, И звездным светом заполняла, Чтоб стало оно Ликом, не лицом... ЛЮБИМОМУ засыпать и просыпаться - рядом... нежно волос гладить мягкие пряди... подойти к тебе тихонько сзади и спросить - ничего ль не надо? не добавить о любви ни слова, дождь чечётку выбивает на крыше, я к словам красивым не готова, но ведь слышишь ты их, слышишь? воробей чирикает всю зиму - ВМЕСТЕ... кот надумал в марте запеть - ВМЕСТЕ и на карте мира - мы совсем рядом... и звучат во мне твои песни... листопады слов твоих парящих пронеслись на крыльях осени, говоришь ты о прошлом и настоящем, а о будущем давай вместе попросим… чтобы : засыпать и просыпаться - рядом... нежно волосы ласкать…и губы … что ещё нам пожелать надо? знать всегда , что мы ЛЮБИМЫ и ЛЮБИМ…

arjan: А теперь мой - по случаю ДР любимой женщины: Ты была рядом... Евгений А. Ты пришла, как из лучшего мира С неземным, исцеляющим взглядом, Пришла музой моей, пришла лирой - Мир добрел, когда ты была рядом... Вокруг рушились судьбы и страны, Отравлялись друзья чистоганом, Мы ж не строили выгоды планы - Жили сердцем, и ты была рядом! Но пришел срок: без хлопанья дверью Ты ушла... видно было так надо, И все страсти, прозренья, потери, Суета - с тем, что нет тебя рядом... Бывших ближних иуд, молва злая Выжечь сердце лилась огнепадом, Но и в ревности поздней пылая, Я бежал в мир, где ты была рядом... * * * Душам нашим, в их новом рождении, Теперь ад не покажется адом, После пламени - божье прощение, Если б только ты вновь была рядом...

Эуг Белл: Жень, а стихи, где не совсем реальность, точнее, где не "буквальность", ты пишешь? Эти я бы назвал "стихи с натуры".

arjan: а стихи, где не совсем реальность, точнее, где не "буквальность", ты пишешь? Редко (но случается): СО-ТВОРЕНИЕ Берем ТРИ кварка, как ТРИ главных цвета, И лепим... ВРЕМЯ, ЗВЕЗДЫ и ПЛАНЕТЫ, Нанижем хаос на каркас спиральный, Разделим зримый мир и мир астральный, Для ЧЕЛОВЕКА все - в веках, готово: И сущее ТВОРИМО через СЛОВО!

arjan: И еще один мой - на твою, Жень, тему Хроноса: Ох, эти фантазии детства, Незнанье и просто вранье - Где ложь проверяешь как средство, Родительский гнев и битье... Где сладкая боль онанизма, Кошмарами полные сны, Простуды, уколы, больницы, И долгое чувство вины... Где горе - стать рано изгоем, А радость - залезть за диван, Читая там книжки запоем, И врать - не прощая обман... Как злила любовь на станицах, Слюнтяйство в любимых кино, И не было старшей сестрицы, Учить: вот - любовь, вот - вино... Сегодня, любовью научен, Познавший вино и вину, День жажду я детский, тягучий, Взамен горькой зрелости сну...

arjan: Гон Виктор Корецкий Когда разрушит старенький трамвай предел координат дуги и рельсов, тогда я в нем смогу уехать в край, где местный врач похож на Парацельса. Я там впишусь в химический баланс, узнаю всё про методы, какими аборигены попадают в транс, и заживу как истинный алхимик. Я буду гнать, но не велосипед, и лишь тогда процесс остановлю, когда найду единственный букет той истины, которую люблю.

Эуг Белл: Авхтп! Так это же про наш сайт... Каковым его видим... в мечтах, нажимая кнопку "Еnter"...

arjan: Эуг Белл пишет: Так это же про наш сайт... Каковым его видим... в мечтахЖенечка, это стих Виктора - мужа покойной Ольги Ванецевой, кою сейчас обзывают на Ноогене (даже наш Трак Тор) - выложил на свою (голову) ее "Тараканью страну": http://noogen.borda.ru/?1-5-0-00000093-000-40-0#048.001 Уже отвечаю им цитатами Бродского о "некомфортности" Цветаевой - как в пустоту А Виктор однозначно наш единомышленник (они с Ольгой прошли все тяжкие диссидентства ) и давай пригласим его сюда? Почитай, что он пишет о любимой жене и друге: http://www.stihi.ru/poems/2007/08/21-2853.html

arjan: И как же в эти ноябрьские не вспомнить о Великом Гении?) О СПРАВЕДЛИВОСТИ Игорь Северянин Его бесспортная заслуга Есть окончание войны. Его приветствовать, как друга Людей, вы искренне должны. Я - вне политики, и, право, Мне все равно, кто б ни был он. Да будет честь ему и слава, Что мир им, первым, заключен! Когда людская жизнь в загоне, И вдруг - ее апологет, Не все ль равно мне - как: в вагоне Запломбированном иль нет?.. Не только из вагона - прямо Пускай из бездны бы возник! Твержу настойчиво-упрямо: Он в смысле мира, мой двойник. 1918 Женя, прости, но не могу насмотреться на этот образ Большого Брата

arjan: * * * Д.Савицкий Но есть ли смысл у слов в болтливый этот век? в натуге кесаря произнести заздравный тост или в чириканье сомлевшей потаскушки - разинутый от пяток до макушки о чем кричит с трибуны человек? глухое сотрясение пространства узор из мелковышитых люблю и окаянство подзаборной речи а вот еще по памяти ловлю в сухой степи свистящие слова гремевших исстари псалмов царя Давида и муэдзин - чей вопль сладок как халва - весь сморщился до брызжущего крика но все покрыто ржой и все сожрала ржа ........................................................ что мне тебе сказать в обманутое ухо? ты не услышишь слов моих в упор созвучья реют плещут волны слуха но середину слов похитил ловкий вор а посему - кричи не докричишься шепчи сухую залатав гортань - в словах парчовых нежная истлела ткань и набухает горькое молчанье и ты к нему со всеми вместе мчишься 1972 из поэтических тетрадей 1967-1983: http://dsavicky.narod.ru/

arjan: Давно хотел найти этот стих - потерянный в архивах: Друзья уходят по своим дорогам bestias >>Куда ушли товарищи мои, >>Что сердцу были дороги и милы? Друзья уходят по своим дорогам, Друзья уходят по своим тревогам, Не рвется, но натянется до боли Внутри струна и много мыслей сорвется вслед, Кружа, Желая счастья и добра. Но, друзья уходят. И, раскусив, Эту маленькую, черную горошину Даже не горя, А какой-то личной, сентиментальной боли Вдруг понимаешь - время движется По прямой, Стрелой пронзая и разбивая Все самое близкое и дорогое И, в какой-то мере, ты сам - Являешься этой стрелой. И незнакомую птицу За окном, хочется накормить. Но пшено клюют с глухим стуком Только капли дождя Вечно голодного неба.

Эуг Белл: У нас получился спор о Б.Л.Пастернаке. Кстати, о его Нобелевке, которую ему не дали получить. Вынудили отказаться. Из-за опубликованного на Западе стихотворения «Нобелевская премия» он был вызван к Генеральному прокурору СССР Р. А. Руденко в феврале 1959 года, где ему было предъявлено обвинение по статье 64 «Измена Родине», однако никаких последствий для него это событие не имело, возможно потому, что стихотворение было опубликовано без его разрешения. НОБЕЛЕВСКАЯ ПРЕМИЯ Я пропал, как зверь в загоне. Где-то люди, воля, свет, А за мною шум погони, Мне наружу ходу нет. Темный лес и берег пруда, Ели сваленной бревно. Путь отрезан отовсюду. Будь что будет, все равно. Что же сделал я за пакость, Я убийца и злодей? Я весь мир заставил плакать Над красой земли моей. Но и так, почти у гроба, Верю я, придет пора - Силу подлости и злобы Одолеет дух добра. 1959 Вот за ЭТО стихотворение клеили 64 статью. Придет время (увы, еще и теперь не пришло), когда дети в школе это стихотворение будут наизусть учить. Как пушкинское послание декабристам в Сибирь.

Эуг Белл: И - вот это. ДУША Душа моя, печальница О всех в кругу моем, Ты стала усыпальницей Замученных живьем. Тела их бальзамируя, Им посвящая стих, Рыдающею лирою Оплакивая их, Ты в наше время шкурное За совесть и за страх Стоишь могильной урною, Покоящей их прах. Их муки совокупные Тебя склонили ниц. Ты пахнешь пылью трупною Мертвецких и гробниц. Душа моя, скудельница, Всё, виденное здесь, Перемолов, как мельница, Ты превратила в смесь. И дальше перемалывай Всё бывшее со мной, Как сорок лет без малого, В погостный перегной. 1956

Трак Тор: Утопическая мысль В изгнаньи крепнут убежденья: Мужайся духом, кто гоним! За кровь, за пытки, за гоненья Врагам сторицей воздадим. Застенок породит застенок, Тюрьма – стостенную тюрьму, И мир погибнет за бесценок В братоубийственном дыму. Таков наш суд и осужденье! Но выход есть из тьмы и зла, Когда б Земля в одно владенье И в строй единый перешла. 1917 Это потрясающее стихотворение А.Чижевского содержит истинно глубокую диалектическую мысль: "Застенок породит застенок, Тюрьма – тостенную тюрьму", но: "выход есть из тьмы и зла, Когда б Земля в одно владенье И в строй единый перешла". Так вот не перейдет, пока на одну тюрьму отвечать другой: будет вечный круговорот зла - коммунизм-капитализм-коммунизм-капитализм-.... Вот что такое круг инферно. Для меня очень символично прославление Александра Македонского на Ноогене, попытки разорвать один круг зла другим злом: завоевание Македонским "в одно владенье" насилием всех народов Земли (именно всех, на Индии он бы не остановился). Очень жаль, что Ефремов создал миф о "гомонойе" Македонского.

Эуг Белл: Да. Плохая была "гомонойя"... Отсюда СЛЕДУЕТ, что в большом количестве случаев НА ЗЛО НУЖНО НЕ РЕАГИРОВАТЬ, не опасаясь за "сохранение чести" или "что нас сочтут слабаками"? (Как в ЧБ звездолетчики не реагировали на атомную бомбу, которой Торманс обстрелял "Темное Пламя"... Конечно - тут ТОЖЕ целый ряд вопросов и неразрешенных тем. Возможно, речь идет о ненасилии СИЛЬНОГО.

arjan: ОПЯТЬ ВЕСНА Борис Пастернак Поезд ушел. Насыпь черна. Где я дорогу впотьмах раздобуду? Неузнаваемая сторона, Хоть я и сутки только отсюда. Замер на шпалах лязг чугуна. Вдруг - что за новая, право, причуда? Бестолочь, кумушек пересуды... Что их попутал за сатана? Где я обрывки этих речей Слышал уж как-то порой прошлогодней? Ах, это сызнова, верно, сегодня Вышел из рощи ночью ручей. Это, как в прежние времена, Сдвинула льдины и вздулась запруда. Это поистине новое чудо, Это, как прежде, снова весна. Это она, это она, Это ее чародейство и диво. Это ее телогрейка за ивой, Плечи, косынка, стан и спина. Это Снегурка у края обрыва. Это о ней из оврага со дна Льется безумолку бред торопливый Полубезумного болтуна. Это пред ней, заливая преграды, Тонет в чаду водяном быстрина, Лампой висячего водопада К круче с шипеньем пригвождена. Это, зубами стуча от простуды, Льется чрез край ледяная струя В пруд и из пруда в другую посуду,- Речь половодья - бред бытия. * * *

Эуг Белл: Да, у меня всегда слезы на глазах, когда это читаю... Спасибо, Жень.

Трак Тор: С Ноогена: И. Бродский ...Квадрат окна. В горшках — желтофиоль. Снежинки, проносящиеся мимо. Остановись, мгновенье! Ты не столь Прекрасно, сколько ты неповторимо. (Из «Зимним вечером в Ялте», 1969) Вспомнилось в связи с упреком, брошенным А.К форуму Нооген.

arjan: Коли уж эта ветка началась лирикой брянского поэта Андрея Бертыша - вот еще несколько созвучных нашей подборке вещей с его авторской странички на Стихи.ру: Мандельштаму 1 Получив за выпущенный «Камень» Угодивший в петербуржский свет Собирая потными руками Россыпь отчеканенных монет - Вы как будто маленькие солнца, Но они ответили ему Мы непоэтичные червонцы Нам твои сравнения не к чему Первых твоих строчек гонорары, Но не знал тогда что тебя ждёт Лагерные струганные нары И на баржу и с баржОй под лёд 2 Во те камера, а вот те на-ка Отречение Пастернака И наверно не многие знали О Петрарке на лесоповале И скажу тебе без утайки Не во всякой уместится голове Голос твой - пайка, пайка, дай пайку, Ты наверно взял две 3 Мальчиков таких утонченных Мать Россия долго ждала И готовила для заключенных В лагерях своих номера Кризис Довольно распушая перья Не очевидные кому-то Лениво движется империя Ища последнего приюта Сенаторы заняли лежбища Какие мы пока не знаем И нет последнего прибежища По классику для негодяев ----------------------- Стреляя людьми из пушек В высокие светлые дали Дайте детям игрушек Что бы они не рыдали ---------------------- В СССР был страшный дефицит Красиво жили только единицы Теперь же нам по ходу предстоит Лишь дефицит кладбищенской землицы

arjan: 15 июня 1867 года родился Константин Бальмонт, на многие десятилетия забытый, как «буржуазный поэт». Ныне же очевидно, что Бальмонт был выдающимся представителем «серебряного века русской литературы»: http://www.ruscenter.ru/110.html К ЕЛЕНЕ О Елена, Елена, Елена, Как виденье, явись мне скорей. Ты бледна и прекрасна, как пена Озаренных луною морей. Ты мечтою открыта для света, Ты душою открыта для тьмы. Ты навеки свободное лето, Никогда не узнаешь зимы. Ты для мрака открыта душою, И во тьме ты мерцаешь, как свет. И, прозрев, я навеки с тобою, Я — твой раб, я — твой брат — и поэт. Ты сумела сказать мне без речи: С красотою красиво живи, Полюби эту грудь, эти плечи, Но, любя, полюби без любви. Ты сумела сказать мне без слова: Я свободна, я вечно одна, Как роптание моря ночного, Как на небе вечернем луна. Ты правдива, хотя ты измена, Ты и смерть, ты и жизнь кораблей. О Елена, Елена, Елена, Ты красивая пена морей.

Андрей Козлович: Когда то подобрал стихотворения и просто строки М. Волошина которые показались мне наиболее близкими к мировоззрению ИАЕ, потом даже начал работу над комментариями, но, честно говоря забросил. На творчество М. Волошина мы выходим всё вернее, и, наверное, эта подборка будет интересной. Буду благодарен за любые дополнительные строки, равно как и комментарии и соображения. Волошин Максимилиан ИЗБРАННОЕ (МНОЮ) И мир, как море пред зарёю, И я иду по лону вод, И подо мной, и надо мною Трепещет звёздный небосвод. 1903 *** Луна Бальмонту Седой кристалл магических заклятий, Хрустальный труп в покровах тишины, Алмаз ночей, владычица зачатий, Царица вод, любовница волны! С какой тоской из водной глубины К тебе растут сквозь мглу моих распятий К Диане бедной, к горестной Гекате, Змеиные, непрожитые сны! И сладостен, и жутко безотраден Алмазный бред морщин твоих и впадин, Твоих морей блестящая слюда – Как страстный вопль в бесстрастности эфира… Как крик тоски, застывший глыбой льда, Ты мёртвый лик отвергнутого мира! 1907 *** Под ногой сияющие грозди – Пыль миров и пламя белых звезд. Вы, миры, – вы огненные гвозди Вечный дух распявшие на крест. Разорвись завеса в тёмном храме, Разомкнись лазоревая твердь! Вот она, как ангел, над мирами, Факел жизни – огненная Смерть! 1907 *** Излом волны Сияет аметистом, Струистыми Смарагдами огней… О, эти сны О небе золотистом! О пристани Крылатых кораблей!.. 1907 *** Сердце мира, солнце Алкиана, Сноп огня в сиянии Плеяд! Над зеркальной влагой Океана – Грозди солнц, созвездий виноград. С тихим звоном, стройно и нескоро, Возносясь над чёрною водой, Золотые числа Пифагора Выпадают мерной чередой. Как рыбак из малой Галилеи, Как в степях халдейские волхвы, Ночь-фиал, из уст твоей лилеи Пью алмазы влажной синевы! «Сердце мира, солнце Алкиана…» Алкиан (Альциона) — самая яркая звезда в скоплении Плеяд. Немецкий астроном И.-Г. Медлер считал, что это центр, вокруг которого вращается вся наша звездная система. Пифагор Самосский (ок. 570 — ок. 500 до н. э.) — древнегреческий мыслитель, в частности связывавший астрономические теории с учением о числах. Галилея — одна из трех областей, на которые разделялась Палестина при римлянах. Волхвы — мудрецы-звездочеты. Халдеи — семитские скотоводческие племена, жившие в I тысячелетии до н. э. между Тигром и Евфратом. Фиал (фиала) (гр.) — чаша для возлияний богам. 1907 Коктебель *** CORONA ASTRALIS (Звёздный венок) 1 В мирах любви неверные кометы, Сквозь горних сфер мерцающий стожар – Клубы огня, мятущийся пожар, Вселенских бурь блуждающие светы Мы вдаль несём… Пусть тёмные планеты В нас видят меч грозящих миру кар, – Мы правим путь свой к солнцу, как Икар, Плащом ветров и пламени одеты. Но – странные, – его коснувшись, прочь Стремим свой бег: от солнца снова в ночь – Вдаль, по путям парабол безвозвратных… Слепой мятеж наш дерзкий путь стремит В багровой тьме закатов незакатных… Закрыт нам путь проверенных орбит! 2 Закрыт нам путь проверенных орбит! Нарушен лад молитвенного строя… Земным богам земные храмы строя, Нас жрец земли земле не причастит. Безумьем снов скитальный дух повит. Как пчёлы мы, отставшие от роя!.. Мы беглецы, и сзади наша Троя, И зарево наш парус багрянит. Дыханьем бурь таинственно влекомы, По свиткам троп, по росстаням дорог Стремимся мы. Суров наш путь и строг. И пусть кругом грохочут глухо громы, Пусть веет вихрь сомнений и обид, – Явь наших снов земля не истребит! 3 Явь наших снов земля не истребит: В парче лучей истают тихо зори, Журчанье утр сольётся в дневном хоре, Ущербный серп истлеет и сгорит. Седая зыбь в алмазы раздробит Снопы лучей, рассыпанные в море, Но тех ночей, разверстых на Фаворе, Блеск близких солнц в душе не победит. Нас не слепят полдневные экстазы Земных пустынь, ни жидкие топазы, Ни токи смол, ни золото лучей. Мы шёлком лун, как ризами, одеты, Нам ведом день немеркнущих ночей, – Полночных Солнц к себе нас манят светы. 4 Полночных Солнц к себе нас манят светы… В колодцах труб пытливый тонет взгляд. Алмазный бег вселенные стремят: Системы звёзд, туманности, планеты, От Альфы Пса до Веги и от Беты Медведицы до трепетных Плеяд – Они простор небесный бороздят, Творя во тьме свершенья и обеты. О, пыль миров! О, рой священных пчёл! Я исследил, измерил, взвесил, счёл, Дал имена, составил карты, сметы… Но ужас звёзд от знанья не потух. Мы помним всё: наш древний тёмный дух Ах, не крещён в глубоких водах Леты! 5 Ах, не крещён в глубоких водах Леты Наш звёздный дух забвением ночей! Он не испил от Орковых ключей, Он не принёс подземные обеты. Не замкнут круг. Заклятья не допеты… Когда для всех сапфирами лучей Сияет день, журчит в полях ручей, – Для нас во мгле слепые бродят светы, Шуршит тростник, мерцает тьма болот, Напрасный ветр свивает и несёт Осенний рой теней Персефонеи, Печальный взор вперяет в ночь Пелид… Но он ещё тоскливей и грустнее, Наш горький дух… И память нас томит. 6 Наш горький дух… (И память нас томит…) Наш горький дух пророс из тьмы, как травы, В нём навий яд, могильные отравы. В нём время спит как в недрах пирамид. Но ни порфир, ни мрамор, ни гранит Не создадут незыблемой оправы Для роковой, пролитой в вечность лавы, Что в нас свой ток невидимо струит. Гробницы Солнц! Миров погибших Урна! И труп Луны! И мёртвый лик Сатурна – Запомнит мозг и сердце затаит: В крушеньях звёзд рождалась мысль и крепла, Но дух устал от свеянного пепла, – В нас тлеет боль внежизненных обид! 7 В нас тлеет боль внежизненных обид. Томит печаль, и глухо точит пламя, И всех скорбей развёрнутое знамя В ветрах тоски уныло шелестит. Но пусть огонь и жалит и язвит Певучий дух, задушенный телами, – Лаокоон, опутанный узлами Горючих змей, напрягся… и молчит. И никогда – ни счастье этой боли, Ни гордость уз, ни радости неволи, Ни наш экстаз безвыходной тюрьмы Не отдадим за все забвенья Леты! Грааль скорбей несём по миру мы – Изгнанники, скитальцы и поэты! 8 Изгнанники, скитальцы и поэты – Кто жаждал быть, но стать ничем не смог… У птиц – гнездо, у зверя – тёмный лог, А посох – нам и нищенства заветы. Долг не свершён, не сдержанны обеты, Не пройден путь, и жребий нас обрёк Мечтам всех троп, сомненьям всех дорог… Расплёскан мёд, и песни не допеты. О, в срывах воль найти, познать себя И, горький стыд смиренно возлюбя, Припасть к земле, искать в пустыне воду, К чужим шатрам идти просить свой хлеб, Подобным стать бродячему рапсоду – Тому, кто зряч, но светом дня ослеп. 9 Тому, кто зряч, но светом дня ослеп, – Смысл голосов, звук слов, событий звенья, И запах тел, и шорохи растенья – Весь тайный строй сплетений, швов и скреп Раскрыт во тьме. Податель света – Феб Даёт слепцам глубинные прозренья. Скрыт в яслях бог. Пещера заточенья Превращена в рождественский вертеп. Праматерь ночь, лелея в тёмном чреве Скупым отцом ей возвращённый плод, Свои дары избраннику несёт – Тому кто в тьму был Солнцем ввергнут в гневе, Кто стал слепым игралищем судеб, Тому, кто жив и брошенный в тёмный склеп. 10 Тому, кто жив и брошен в тёмный склеп, Видны края расписанной гробницы: И Солнца чёлн, богов подземных лица, И строй земли: в полях маис и хлеб, Быки идут, жнёт серп, бьёт колос цеп, В реке плоты, спит зверь, вьют гнёзда птицы, – То видит он из складок плащаницы И смену дней, и ход людских судеб. Без радости, без слёз, без сожаленья Следить людей напрасные волненья, Без тёмных дум, без мысли «почему?», Вне бытия, вне воли, вне желанья, Вкусив покой неведомый тому, Кому земля – священный край изгнанья. 11 Кому земля – священный край изгнанья, Того простор полей не веселит, Но каждый шаг, но каждый миг таит Иных миров в себе напоминанья. В душе встают неясные мерцанья, Как будто он на камнях древних плит Хотел прочесть священный алфавит И позабыл понятий начертанья. И бродит он в пыли земных дорог – Отступник жрец, себя забывший бог, Следя в вещах знакомые узоры. Он тот, кому погибель не дана, Кто, встретив смерть, в смущеньи клонит взоры, Кто видит сны и помнит имена. 12 Кто видит сны и помнит имена, Кто слышит трав прерывистые речи, Кому ясны идущих дней предтечи, Кому поёт влюблённая волна, Тот, чья душа землёй убелена, Кто бремя дум, как плащ, принял на плечи, Кто возжигал мистические свечи, Кого влекла Изиды пелена, Кто не пошёл искать земной услады Ни в плясках жриц, ни в оргиях менад, Кто в чашу нег не выжал виноград, Кто, как Орфей, нарушив все преграды, Всё ж не извёл родную тень со дна, – Тому в любви не радость встреч дана. 13 Тому в любви не радость встреч дана, Кто в страсти ждал не сладкого забвенья, Кто в ласках тел не ведал утоленья, Кто не испил смертельного вина. Страшится он принять на рамена Ярмо надежд и тяжкий груз свершенья, Не хочет уз и рвёт живые звенья, Которыми связует нас Луна. Своей тоски – навеки одинокой, Как зыбь морей пустынной и широкой, – Он не отдаст. Кто оцет жаждал – тот И в самый миг последнего страданья Не мирный путь блаженства изберёт, А тёмные восторги расставанья. 14 А тёмные восторги расставанья. А пепел грёз и боль свиданий – нам. Нам не ступать по синим лунным льнам, Нам не хранить стыдливого молчанья. Мы шепчем всем ненужные признанья, От милых рук бежим к обманным снам, Не видим лиц и верим именам, Томясь в путях напрасного скитанья. Со всех сторон из мглы глядят на нас Зрачки чужих, всегда враждебных глаз. Ни светом звёзд, ни солнцем не согреты, Стремя свой путь в пространствах вечной тьмы, В себе несём своё изгнанье мы – В мирах любви неверные кометы! 15. Ключ В мирах любви, – неверные кометы, – Закрыт нам путь проверенных орбит! Явь наших снов земля не истребит – Полночных солнц к себе нас манят светы. Ах, не крещён в глубоких водах Леты Наш горький дух, и память нас томит. В нас тлеет боль внежизненных обид – Изгнанники, скитальцы и поэты! Тому, кто зряч, но светом дня ослеп, Тому, кто жив и брошен в тёмный склеп, Кому земля – священный край изгнанья, Кто видит сны и помнит имена, – Тому в любви не радость встреч дана, А тёмные восторги расставанья! Август 1909 Коктебель Венок сонетов («Звездный венок») — сложная художественная форма. Цикл сонетов образует единое целое благодаря сонету-ключу (магистралу). Каждая его строка является соответственно первой или последней строками других четырнадцати сонетов. «Звездный венок» отмечен совершенством формы и глубиной философского содержания. Человеческий дух, как считает поэт, «вбирает» в себя не только историю земли, но и Вселенной. Это «себя забывший Бог», воплощенный в человеческое тело и обязанный пройти через все перипетии земного бытия. Однако тоска и память о вечности не позволяют ему полностью отдаться реальной жизни. Поэтому и составляют они особую касту среди людей — «изгнанники, скитальцы и поэты». В цикле сонетов ощутимы влияния различных мистических учений. Лета (гр.) — река забвения. Стожар (стожары) — созвездие Плеяд. Икар — сын Дедала, который сделал для себя и сына крылья из перьев, скрепленных воском, с помощью которых Дедал и Икар улетели с острова Крит, спасаясь от тирании царя Миноса. Икар поднялся слишком высоко к солнцу, которое растопило воск, и юноша упал в море. Троя (Илион) — древний город Малой Азии. Согласно мифам, был разрушен в результате греко-троянской войны. Фавор — гора, на которой произошло легендарное преображение Христа, явившегося своим ученикам в образе Бога. Альфа Пса — Сириус, звезда в созвездии Большого Пса. Вега — звезда в созвездии Лиры. Бета — звезда Мерак в созвездии Большой Медведицы. Орковы ключи — в римской мифологии ключи мертвой воды, бьющие в подземном царстве бога смерти Орка (Оркуса). Персефонея (Персефона) — в греческой мифологии владычица загробного мира, жена Аида. Пелид — Ахилл, герой гомеровской «Илиады», сражавшийся и погибший под стенами Трои. Навий яд — трупный яд. Сатурн — в римской мифологии бог посевов, покровитель земледелия, древнейший царь Италии; первоначально отождествлялся с Кроносом (пожирающим своих детей), что дало повод интерпретировать его как неумолимое время, поглощающее то, что породило, или как семя, возвращающееся в породившую его землю. Лаокоон — жрец бога Аполлона, предостерегавший троянцев от принятия в дар гигантского деревянного коня, в котором скрывались греческие воины. Вместе со своими сыновьями был задушен змеями, посланными богиней Афиной. Рапсод — в Древней Греции певец-сказитель. Скрыт в яслях Бог... — имеется в виду легенда о рождении Иисуса Христа. Вертеп — притон; ящик, служивший местом для устройства кукольных представлений, в частности касающихся обстоятельств рождения Христа. Плащаница — полотно, которым обертывали тело усопшего. Изида — жена Озириса, древнеегипетская богиня жизни, земли, плодородия и подземного мира. Изиды пелена — смерть. Менада — вакханка, жрица бога Диониса. Рамена — плечи. Оцет — уксус; имеются в виду страдания распятого Христа, которому вместо воды поднесли губку, смоченную уксусом. *** Гаснут во времени, тонут в пространстве Мысли, событья, мечты, корабли… Я ж уношу в своё странствие странствий Лучшее из наваждений земли… 22 июня 1922 Коктебель *** Ты живёшь в молчаньи тёмных комнат Средь шелков и тусклой позолоты, Где твой взгляд несут в себе и помнят Зеркала, картины и киоты. Смотрят в душу строгие портреты… Речи книг звучат темно и разно… Любишь ты вериги и запреты, Грех молитв и таинства соблазна. И тебе мучительно знакомы Сладкий дым бензоя, запах нарда, Тонкость рук у юношей Содомы, Змийность уст у женщин Леонардо… 12 февраля 1910 *** То в виде девочки, то в образе старушки, То грустной, то смеясь – ко мне стучалась ты, То требуя стихов, то ласки, то игрушки И мне даря взамен и нежность и цветы. То горько плакала, уткнувшись мне в колени, То змейкой тонкою плясала на коврах… Я знаю детских глаз мучительные тени И запах ладана в душистых волосах. Огонь какой мечты в тебе горит бесплодно? Лампада ль тайная? Смиренная свеча ль? Ах, всё великое, земное, безысходно… Нет в мире радости светлее, чем печаль! 21 декабря 1911 *** Жги дома и нивы хлеба, Жги людей, холмы, леса! Чтоб огонь, упавший с неба, Взвился снова в небеса! 1914 *** Два демона 1 Я дух механики. Я вещества Во тьме блюду слепые равновесья, Я полюс сфер – небес и поднебесья, Я гений числ, я счётчик, я глава. Мне важны формулы, а не слова. Я всюду и нигде. Но кликни – здесь я! В сердцах машин клокочет злоба бесья. Я князь земли! Мне знаки и права! Я друг свобод. Создатель педагогик. Я – инженер, теолог, физик, логик. Я призрак истин сплавил в стройный бред. Я в соке конопли, я в зёрнах мака. Я тот, кто кинул шарики планет В огромную рулетку Зодиака. 2 На дно миров пловцом спустился я – Мятежный дух, ослушник высшей воли. Луч радости на семицветность боли Во мне разложен влагой бытия. Во мне звучит всех духов лития, Но семь цветов разъяты в каждой доле Одной симфонии. Не от того ли Отливами горю я, как змея? Я свят грехом. Я смертью жив. В темнице Свободен я. Бессилием – могуч. Лишённый крыл, в пареньи равен птице. Клюй, коршун, печень! Бей, кровавый ключ! Весь хор светил един в моей цевнице, Как в радуге един распятый луч. 1915 *** LUNARIA Венок сонетов 1 Жемчужина небесной тишины На звёздном дне овьюженной лагуны! В твоих лучах все лица бледно-юны, В тебя цветы дурмана влюблены. Тоской любви в сердцах повторены Твоих лучей тоскующие струны, И прежних лет волнующие луны В узоры снов навеки вплетены… Твой влажный свет и матовые тени, Ложась на стены, на пол, на ступени, Дают камням оттенок бирюзы. Платана лист на них ещё зубчатей И тоньше прядь изогнутой лозы… Лампада снов! Владычица зачатий! 2 Лампада снов! Владычица зачатий! Светильник душ! Таинница мечты! Узывная, изменчивая – ты С невинности снимаешь воск печатей, Внушаешь дрожь лобзаний и объятий, Томишь тела сознаньем красоты И к юноше нисходишь с высоты Селеною закутанной в гиматий. От ласк твоих стихает гнев морей, Богиня мглы и вечного молчанья, А в недрах недр рождаешь ты качанья. Вздуваешь воды, чрева матерей, И пояса развязываешь платий, Кристалл любви! Алтарь ночных заклятий! 3 Кристалл любви! Алтарь ночных заклятий! Хрустальный ключ певучих медных сфер! На твой ущерб выходят из пещер, Одна другой страшнее и косматей, Стада Эмпуз; поют псалмы проклятий И душат псов, цедя их кровь в кратер, Глаза у кошек, пятна у пантер Становятся длиннее и крылатей. Плоть призраков есть ткань твоих лучей, Ты точишь камни, глину кирпичей; Козёл и конь, ягнята и собаки Ночных мастей тебе посвящены. Бродя в вине ты дремлешь в чёрном маке, Царица вод! Любовница волны. 4 Царица вод! Любовница волны! Изгнаннице в опаловой короне, Цветок цветов! Небесный образ Йони! Твоим рожденьем женщины больны… Но не любить тебя мы не вольны: Стада медуз томятся в мутном лоне И океана пенистые кони Бегут к земле и лижут валуны. И глубиной таинственных извивов Качания приливов и отливов Внутри меня тобой повторены. К тебе растут кораллы тёмной боли, И тянут стебли водоросли воли С какой тоской из влажной глубины! 5 С какой тоской из влажной глубины Всё смертное, усталое, больное, Ползучее, сочащееся в гное, Пахучее, как соки белены, Как опиум волнующие сны, Всё женское, текучее, земное, Всё тёмное, всё злое, всё страстное, Чему тела людей обречены, – Слепая боль поднятой плугом нови, Удушливые испаренья крови, Весь Океан, пленённый в руслах жил, Весь мутный ил задушенных приятий, Всё, чем я жил, но что я не изжил – К тебе растут сквозь мглу моих распятий. 6 К тебе растут сквозь мглу моих распятий Цветы глубин. Ты затеплила страсть В божнице тел. Дух отдала во власть Безумью плоти. Круг сестёр и братий Разъяла в станы двух враждебных ратей. Даров твоих приемлет каждый часть… О, дай и мне к ногам твоим припасть! Чем дух сильней, тем глубже боль и сжатей… Вот из-за скал кривится лунный рог, Спускаясь вниз, алея, багровея… Двурогая! Трёхликая! Афея! С кладбищ земли, с распутий трёх дорог Дым чёрных жертв восходит на закате – К Диане бледной, к яростной Гекате! 7 К Диане бледной, к яростной Гекате Я простираю руки и мольбы: Я так устал от гнева и борьбы – Яви свой лик на мёртвенном агате! И ты идёшь, багровая, в раскате Подземных гроз, ступая на гробы, Трёхглавая, держа ключи судьбы, Два факела, кинжалы и печати. Из глаз твоих лучатся смерть и мрак, На перекрёстках слышен вой собак, И на могильниках дымят лампады. И пробуждаются в озёрах глубины, Точа в ночи пурпуровые яды, Змеиные, непрожитые сны. 8 Змеиные, непрожитые сны. Волную нас тоской глухой тревоги. Словами змия: «Станете, как боги!» Сердца людей извечно прожжены. Тавром греха мы были клеймлены Крылатым стражем, бдящим на пороге. И нам, с тех пор бродящим без дороги, Сопутствует клеймённый лик Луны. Века веков над нами тяготело Все тёмное и всестрастное тело Планеты сорванной с алмазного венца. Но тусклый свет глубоких язв и ссадин Со дна небес глядящего лица И сладостен и жутко безотраден. 9 И сладостен, и жутко безотраден Безумный сон сияющих долин. Я был на дне базальтовых теснин. В провал небес (о, как он ёмко-жаден!) Срывался ливень звёздных виноградин, И солнца диск, вступая в свой притин, Был над столпами пламенных вершин, Крылатый и расплёсканный – громаден. Ни сумрака, ни воздуха, ни вод – Лишь острый блеск гранитов, сланцев, шпатов. Ни шлейфы зорь, ни веера закатов Не озаряют чёрный небосвод, – Неистово порывист и нескладен Алмазный бред морщин твоих и впадин. 10 Алмазный бред морщин твоих и впадин Томит и жжёт. Неутолимо жёстк Рисунок скал, базальтов чёрный лоск, Строенье арок, стрелок, перекладин. Вязь рудных жил, как ленты пёстрых гадин, Наплывы лавы, бурые, как воск, И даль равнин, как обнажённый мозг… Трёхдневный полдень твой кошмарно-страден. Пузырчатые осыпи огня Сверкают в нимбе яростного дня, А по ночам над кратером Гиппарха Бдит «Volva» – неподвижная звезда, И отливает пепельно-неярко Твоих морей блестящая слюда. 11 Твоих морей блестящая слюда Хранит следы борьбы и исступлений, Застывшим мук, безумных дерзновений, Двойные знаки пламени и льда. Здесь рухнул смерч вселенских «Нет» и «Да». От моря Бурь до Озера Видений, От призрачных полярных взгромождений, Не видевших заката никогда, До тёмных цирков Mare Tenebrarum – Ты вся порыв, застывший в гневе яром. И страшный шрам на кряже Лунных Альп Оставила небесная секира Ты, как Земля, с которой сорван скальп, – Лик Ужаса в бесстрастности эфира! 12 Лик Ужаса в бесстрастности эфира Вне времени, вне памяти, вне мер! Ты кладбище немыслимых химер, Ты иверень разбитого Потира. Зане из сонма ангельского клира На Бога Сил, Творца бездушных сфер, Восстал в веках Денница-Люцифер, Мятежный князь Зенита и Надира. Ваяя смертью глыбы бытия Из статуй плоти огненное «Я» В нас высек он; дал крылья мысли пленной, Но в бездну бездн был свергнут навсегда. Ты остов недосозданной вселенной – Ты вопль тоски, застывший глыбой льда. 13 Ты вопль тоски, застывший глыбой льда! Сплетенье гнева, гордости и боли, Бескрылый взмах одной безмерной воли, Средь судорог погасшая звезда. На духов вопль надетая узда, Грааль борьбы с причастьем горькой соли. Голгофой душ пребудешь ты, доколе Земных времён не канет череда. Умершие, познайте слово Ада: «Я разлагаю с медленностью яда Тела в земле, а души на луне». Вокруг земли чертя круги вампира, И токи жизни пьющая во сне – Ты жадный труп отвергнутого мира! 14 Ты жадный труп отвергнутого мира, К живой земле прикованный судьбой. Мы связаннее бунтом и борьбой, С вином приемлем соль и с пеплом миро. Но в день суда единая порфира Оденет нас – владычицу с рабой. И пленных солнц рассыпется прибой У бледных ног Иешуа Бен-Пандира. Но тесно нам венчальное кольцо: К нам обратив тоски своей лицо, Ты смотришь прочь неведомым нам ликом, И пред тобой, – пред Тайной глубины, Склоняюсь я в молчании великом, Жемчужина небесной тишины! 15 Ключ Жемчужина небесной тишины, Лампада снов! Владычица зачатий, Кристалл любви, алтарь ночных заклятий, Царица вод, любовница волны. С какой тоской из влажной глубины К тебе растут сквозь мглу моих распятий, К Диане бледной, к яростной Гекате, Змеиные непрожитые сны. И сладостен и жутко безотраден Алмазный бред морщин твоих и впадин, Твоих морей блестящая слюда – Лик Ужаса в бесстрастности эфира, Ты – вопль тоски, застывший глыбой льда, Ты – жадный труп отвергнутого мира! 1913 *** Они пройдёт – расплавленные годы Народных бурь и мятежей: Вчерашний раб, уставший от свободы, Возропщет, требуя цепей. Построит вновь казармы и остроги, Воздвигнет сломанный престол, А сам уйдёт молчать в свои берлоги, Работать на полях как вол. И, отрезвясь от крови и угара, Царёву радуясь бичу, От угольев погасшего пожара Затеплит ярую свечу. 18 августа 1919 Коктебель *** В начале был мятеж, Мятеж был против Бога, И Бог был мятежом. И всё, что есть, начАлось чрез мятеж. 25 января 1923 *** Не тот ли кто принёс «Не мир, но меч!» В нас вдунул огнь, который Язвит и жжёт, и будет жечь наш дух, Доколе каждый Таинственного слова не постигнет: «Отмщенье мне и Аз воздам за зло». 1 февраля 1922 *** Вероучитель гонит пред собой Лишь стадо изнасилованных правдой: Насилье истинной Гнуснее всех убийств. *** Не в равенстве, не в братстве, не в свободе А только в смерти правда мятежа. *** Бог есть любовь Любовь же – огнь, который Пожрёт вселенную и переплавит плоть Прислушайся ко всем явленьям жизни: Двойной поток: Цветенье и распад. Беги не зла, а только угасанья: И грех, и страсть – цветенье, а не зло; Обеззараженность – Отнюдь не добродетель. 25 января 1923 *** Был долгий мир. Народы были сыты И лоснились, довольные собой, Обилием и общим миролюбьем. Лишь изредка, переглянувшись, все Кидались на слабейшего и, разом Его пожравши, пятились, рыча 29 января 1923 *** Сам человек – могильный паразит, Бактерия всемирного гниенья. Вселенная – не строй, не организм, А водопад сгорающих миров, Где солнечная заверть – только случай Посереди необратимых струй. Бессмертья нет. Материя конечна. Число миров исчерпано давно. Все тридцать пять мильонов солнц возникли В единый миг, и сгинут все зараз. Всё бытие случайно и мгновенно. Явленья жизни – беглый эпизод Между двумя безмерностями смерти. Сознанье – вспышка молнии в ночи, Черта аэролита в атмосфере, Пролёт сквозь пламя вздутого костра Случайной птицы, вырванной из бури И вновь нырнувшей в снежную метель. 12 июня 1923 *** Судья, как выполнитель Каиновых функций, Непогрешим и неприкосновенен. Убийца без патента не преступник, А конкурент: Ему пощады нет. Кустарный промысел недопустим В пределах монопольного хозяйства. *** А в наши дни, когда необходимо Всеобщим, равным, тайным и прямым Избрать достойного, – Единственный критерий Для выборов: Искусство кандидата Оклеветать противника И доказать Свою способность к лжи и преступленью. Поэтому парламентским вождём Является всегда наинаглейший И наиадвокатнейший из всех. *** В нормальном государстве вне закона Находятся два класса: Уголовный И правящий. Во время революций Они меняются местами, – В чём По существу нет разницы. 13 апреля 1922 *** Будь прост, как ветр, неистощим, как море, И памятью насыщен, как земля, Люби далёкий парус корабля И песню волн шумящих на просторе. Весь трепет жизни всех веков и рас Живёт в тебе. Всегда ...

Андрей Козлович: ... . Теперь. Сейчас. 25 декабря 1926 *** По пескам деревья-арлекины Пляшут танец осени и смерти. *** И малахитовые дали В хитоне ночи голубой. *** Синим пламенем над рыжими холмами, Пламенем дымятся облака. *** Лазурь небес и золото земли… *** Чудесно возникали Под крылами облаков Фиолетовые дали Аметистовых холмов. Сентябрь 1907 *** В изломах гор сияет тень… Долина дышит ранним летом, Как драгоценный камень – день Проникнут чётким синим светом… Мир – чаша, до краёв наполненная темью И синим сумраком. *** Одна луна луне другой Глядится в мёртвенные очи. *** Материки огня, встающие во мраке. *** Отвесный взор вперила высота И глубина простёрла к небу руки. *** Поляны снежные под изморозью звёзд. *** Вечерняя затеплилась звезда Над отмелями синего залива. *** Безгрустна грусть сквозь утренний хрусталь. *** Хрусталь земли сквозь утренний топаз. *** Мир, увлекаемый плавным движеньем, Звёздные крылья влача, как змея, Станет зеркальным живым отраженьем Нашего вечного, слитого «Я». *** Как ночь души тиха, как жизни сон ненастен. Терновый нимб на каждой голове. Я смертью, как резцом, изваян в веществе, Я сном души истоку снов причастен. *** Так странно свободно и просто Мне выявлен смысл бытия, И скрытое в семени «я», И тайна цветенья и роста. В растеньи и в камне – везде, В горах, в облаках, над горами И в звере, и в синей звезде Я слышу поющее пламя. Август 1912 *** И нет в мирах страшнее доли Того, кто выпил боль до дна, Кто предпочёл причастье соли Причастью хлеба и вина. Ужаленного едким словом, Меня сомненья увели Вдоль по полям солончаковым, По едким выпотам земли. *** Для лжи необходима гениальность. Но человек бездарен. И напрасно Его старался Дьявол просветить. В фантазии и творчестве он дальше Простой подмены фактов не пошёл. (Так школьник лжёт учителю). Но в мире Исчерпаны все сочетанья. – Он Угадывает в мире комбинаций Лишь ту, которой раньше не встречал. 18 января 1926

Эуг Белл: Андрей! Я сегодня ходил по окрестностям Коктебеля - снимал. У нас снег, очень красиво, но главное - здешние места сразу стали "волошинскими". Вот - полюбуйся.

Эуг Белл: А ты еще говорил, что в Крыму зимой делать нечего!

Андрей Козлович: Да, красиво! Знакомые пейзажи. Не знаю, может если тепло одет и ждёт теплое жильё, то это одно. Но если на тебе советская военная форма, причём, не бушлат, а шинель, и ты скачешь по этой холодной слякоти как конь, и ждёт тебя после этого советская казарма, и это в лучшем случае, может ждать и палатка, тоже советская, то это воспринимается несколько иначе. Есть ведь девяностопроцентная влажность, равно как и девяностопроцентная хроническая простуженность крымчан.

Трак Тор: МЕ: листая заголовки тем...(О.Чугунов) Здесь «Хопи», там «ТОППЕ», Вот «Матрица» рулИт, Фай Родис лжет во тьме, И Ариман летит Стрелой над головой, А цель, наверно, я... Джордано Бруно — гой Но вертится Земля... И говорит Петр Вайль, О жизни без идей, Сморканья тип важней В характере людей...

Алексей Ильинов: Николай КЛЮЕВ Я был прекрасен и крылат В богоотеческом жилище, И райских кринов аромат Мне был усладою и пищей. Блаженной родины лишен И человеком ставший ныне, Люблю я сосен перезвон Молитвословящий пустыне. Лишь одного недостает Душе в подветренной юдоли,- Чтоб нив просторы, лоно вод Не оглашались стоном боли, Чтоб не стремил на брата брат Враждою вспыхнувшие взгляды, И ширь полей, как вертоград, Цвела для мира и отрады. И чтоб похитить человек Венец Создателя не тщился, За то, отверженный навек, Я песнокрылия лишился. <1911> *** О, ризы вечера, багряно-золотые, Как ярое вино, пьяните вы меня! Отраднее душе развалины седые Туманов - вестников рассветного огня. Горите же мрачней, закатные завесы! Идет Посланец Сил, чтоб сумрак одолеть; Пусть в безднах темноты ликуют ночи бесы, Отгулом вторит им орудий злая медь. Звончее топоры поют перед рассветом, От эшафота тень черней - перед зарей... Одежды вечера пьянят багряным цветом, А саваны утра покоят белизной. <1912> *** Я обещаю вам сады... К. Бальмонт Вы обещали нам сады В краю улыбчиво-далеком, Где снедь - волшебные плоды, Живым питающие соком. Вещали вы: "Далеких зла, Мы вас от горестей укроем, И прокаженные тела В ручьях целительных омоем". На зов пошли: Чума, Увечье, Убийство, Голод и Разврат, С лица - вампиры, по наречью - В глухом ущелье водопад. За ними следом Страх тлетворный С дырявой Бедностью пошли,- И облетел ваш сад узорный, Ручьи отравой потекли. За пришлецами напоследок Идем неведомые Мы,- Наш аромат смолист и едок, Мы освежительней зимы. Вскормили нас ущелий недра, Вспоил дождями небосклон, Мы - валуны, седые кедры, Лесных ключей и сосен звон. <1912> *** Я — посвященный от народа, На мне великая печать, И на чело свое природа Мою прияла благодать. Вот почему на речке-ряби, В ракитах ветер-Алконост Поет о Мекке и арабе, Прозревших лик карельских звезд. Все племена в едином слиты: Алжир, оранжевый Бомбей В кисете дедовском зашиты До золотых, воскресных дней. Есть в сивке доброе, слоновье, И в елях финиковый шум,— Как гость в зырянское зимовье Приходит пестрый Эрзерум. Китай за чайником мурлычет, Чикаго смотрит чугуном... Не Ярославна рано кычет На забороле городском,— То богоносный дух поэта Над бурной родиной парит; Она в громовый плащ одета, Перековав луну на щит. Левиафан, Молох с Ваалом — Ее враги. Смертелен бой. Но кроток луч над Валаамом, Целуясь с ладожской волной. А там, где снежную Печору Полою застит небосклон, В окно к тресковому помору Стучится дед — пурговый сон. Пусть кладенечные изломы Врагов, как молния, разят,— Есть на Руси живые дрёмы, Невозмутимый, светлый сад. Он в вербной слезке, в думе бабьей, В богоявленье наяву, И в дудке ветра об арабе, Прозревшем Звездную Москву. <1918>

Алексей Ильинов: Ну и своё ещё напоследок выставлю... Навеяно творчеством британской арт-рок группы Jethro Tull и днём Святой Бригиты, который был 1 февраля... *ПЕРЕСЕКАЯ ЗАПАДНЫЙ ОКЕАН* (в дом наш небесный) Jethro Tull "Dun Ringill", "Broadsword" По волнам, по волнам, по изумрудной бархатной роскоши, ибо цены ей нет – с лёгким, почти невесомым, оттенком чистейшей утренней лазури, какая бывает, разве что, только в детстве, когда впервые в жизни просыпаешься на рассвете, тайком покидаешь сладко почивающий дом и выходишь на дорогу, ведущую куда-то далеко-далеко, куда даже взрослым никогда не добраться. С волны на волну, наигрывая себе что-то счастливое, безмятежное на серебряной флейте. Под смеющимися звёздами. В ласковых потоках ветров... По волнам, по волнам, навстречу ещё неисследованным блаженным берегам, куда в эпической древности, отзывающейся эхом потемневшей благородной бронзы, ступила королевская стопа Брана Благословенного и обрела истинное безсмертие. С белой ветвью, звенящей невидимыми бубенцами, в руке. По волнам, по волнам, ударяя по солнечным нитям струн, что когда-то слышали величавые медововласые короли-владетели Зелёной Страны Эйре, восседающие на высоких тронах. Твоя незамысловатая, идущая из самого сердца, песенка наверняка бы пришлась им по душе... По волнам, по волнам, в вихре-снеговороте полярном вьюжном, налетевшем внезапно, хотя только что светило нежаркое предосеннее солнце и резко, до чиха, пахло океанской солью. Или, быть может, душистым вереском ночных пиктских пустошей, облитых лунной серебряной глазурью? О, если бы, если бы только знать. О, если бы, если бы хотя бы один-единственный разочек увидеть... По волнам, храбро замирая на одной ноге, насвистывая переливчатые трели лесных малюток-птах, и снова, смело, самой Прекрасной Госпоже Смерти в провал лица смеясь, на соседнюю волну, чья крутая вершина украшена пышной кремовой пеной – совсем как колышущееся тархуновое желе с только что взбитыми свежайшими сливками. По волнам, по волнам, вслед за ангелами Господними в расшитых узорчатых ризах (неужто кисти самого Эдуарда Берн-Джонса?), что бережно уносили Святую Бригиту за угасающий западный предел, где истомившееся за день солнце умирает от придуманных и всамделишных стариковских немощей, дабы вновь, ибо так заведено от зачина мiротворения, показать своё юное смешливое личико наследного принца-несмышлёныша в ясном хрустале восхода, чья нетронутая, почти акварельная, краса напоминает цвет спелого яблока из чудесных Аваллонских садов. С собой, с собой возьмите меня, ангелы Господни! С Вами хочу, на крыльях Ваших полететь... Но нет, нельзя, не время ещё. Останься! Останься! Играй себе на флейте, радуйся, игрец-попрыгунчик, и играй, играй, не останавливайся! Вот так и качайся себе на волнах. Прыгай с волны на волну. И на серебряной флейте играй. Под смеющимися звёздами. В ласковых объятиях солёных ветров... Алексей ИЛЬИНОВ Декабрь 2008 г.

Эуг Белл: Молодец. Это - замечательно.

Алексей Ильинов: *** Доброе, злое, ничтожное, славное, - Может быть, это всё пустяки, А самое главное, самое главное То, что страшней даже смертной тоски, - Грубость духа, грубость материи, Грубость жизни, любви - всего; Грубость зверихи родной, Эсэсэрии, - Грубость, дикость, - и в них торжество. Может быть, всё разрешится, развяжется? Господи, воли не знаю Твоей, Где же судить мне? А все-таки кажется, Можно бы мир создать понежней. *** "Христос воскрес" - поют во храме; Но грустно мне... Душа молчит: Мир полов кровью и слезами, И этот гими пред алтарями Так оскорбительно звучит. Когда б он был меж вас и видел, Чего достиг ваш славный век: Как брата брат возненавидел, Как опозорен человек, И если б здесь в блестящем храме "Христос воскрес" он услыхал, Какими б горькими слезами Перед толпой ов зарыдал! Пусть на земле не будет, братья. Ни властелинов, ни рабов, Умолкнут стоны и проклятья И стук мечей, и звон оков,- О лишь тогда, хак гимн свободы, Пусть загремит: "Христос воскрес" И нам ответят все народы: "Христос воистину воскрес!" <1887> *САКЬЯ-МУНИ* По горам, среди ущелий темных, Где ревел осенний ураган, Шла в лесу толпа бродяг бездомных К водам Ганга из далеких стран. Под лохмотьями худое тело От дождя и ветра посинело. Уж они не видели два дня Ни приютной кровли, ни огня. Меж дерев во мраке непогоды Что-то там мелькнуло на пути; Это храм, - они вошли под своды, Чтобы в нем убежище найти. Перед ними на высоком троне - Сакья-Муни, каменный гигант. У него в порфировой короне - Исполинский чудный бриллиант. Говорит один из нищих: "Братья, Ночь темна, никто не видит нас, Много хлеба, серебра и платья Нам дадут за дорогой алмаз. Он не нужен Будде: светят краше У него, царя небесных сил, Груды бриллиантовых светил В ясном небе, как в лазурной чаше..." Подан знак, и вот уж по земле Воры тихо крадутся во мгле. Но когда дотронуться к святыне Трепетной рукой они хотят - Вихрь, огонь и громовой раскат, Повторенный откликом в пустыне, Далеко откинул их назад. И от страха всё окаменело, Лишь один - спокойно-величав - Из толпы вперед выходит смело, Говорит он богу: "Ты неправ! Или нам жрецы твои солгали, Что ты кроток, милостив и благ, Что ты любишь утолять печали И, как солнце, побеждаешь мрак? Нет, ты мстишь нам за ничтожный камень, Нам, в пыли простертым пред тобой, - Но, как ты, с бессмертною душой! Что за подвиг сыпать гром и пламень Над бессильной, жалкою толпой, О, стыдись, стыдись, владыка неба, Ты воспрянул - грозен и могуч, - Чтоб отнять у нищих корку хлеба! Царь царей, сверкай из темных туч, Грянь в безумца огненной стрелою, - Я стою как равный пред тобою И, высоко голову подняв, Говорю пред небом и землею: "Самодержец мира, ты неправ!"" Он умолк, и чудо совершилось: Чтобы снять алмаз они могли, Изваянье Будды преклонилось Головой венчанной до земли, - На коленях, кроткий и смиренный, Пред толпою нищих царь вселенной, Бог, великий бог, - лежал в пыли! <1885> Дмитрий Мережковский

Неизвестный Аноним: Пост снят за неуважительное отношение к женщине. Администратор Эуг.

Алексей Ильинов: Да, Евгений, похоже мы действительно становимся чем-то вроде убежища для всех «гонимых, обиженных и оскорблённых». А ведь Стрела Аримана бьёт, однако! И сильно лупит, ой сильно! И наглядный пример оного - эти вот юморные (хотя очень грустно становится от их прочтения) стихи от «неизвестного анонима».

Алексей Ильинов: Максимилиан ВОЛОШИН *** Как Млечный Путь, любовь твоя Во мне мерцает влагой звездной, В зеркальных снах над водной бездной Алмазность пытки затая. Ты - слезный свет во тьме железной, Ты - горький звездный сок. А я - Я - помутневшие края Зари слепой и бесполезной. И жаль мне ночи... Оттого ль, Что вечных звезд родная боль Нам новой смертью сердце скрепит? Как синий лед мой день... Смотри! И меркнет звезд алмазный трепет В безбольном холоде зари. Март 1907, Петербург *** Александре Михайловне Петровой Быть черною землей. Раскрыв покорно грудь, Ослепнуть в пламени сверкающего ока И чувствовать, как плуг, вонзившийся глубоко В живую плоть, ведет священный путь. Под серым бременем небесного покрова Пить всеми ранами потоки темных вод. Быть вспаханной землей... И долго ждать, что вот В меня сойдет, во мне распнется Слово. Быть Матерью-Землей. Внимать, как ночью рожь Шуршит про таинства возврата и возмездья, И видеть над собой алмазных рун чертеж: По небу черному плывущие созвездья. 1906, Богдановщина *КОСМОС* 1 Созвездьями мерцавшее чело, Над хаосом поднявшись, отразилось Обратной тенью в безднах нижних вод. Разверзлись два смеженных ночью глаза И брызнул свет. Два огненных луча, Скрестись в воде, сложились в гексаграмму. Немотные раздвинулись уста И поднялось из недр молчанья слово. И сонмы духов вспыхнули окрест От первого вселенского дыханья. Десница подняла материки, А левая распределила воды, От чресл размножилась земная тварь, От жил — растения, от кости — камень, И двойники — небесный и земной — Соприкоснулись влажными ступнями. Господь дохнул на преисподний лик, И нижний оборотень стал Адамом. Адам был миром, мир же был Адам. Он мыслил небом, думал облаками, Он глиной плотствовал, растеньем рос. Камнями костенел, зверел страстями, Он видел солнцем, грезил сны луной, Гудел планетами, дышал ветрами, И было всё — вверху, как и внизу — Исполнено высоких соответствий. 2 Вневременье распалось в дождь веков И просочились тысячи столетий. Мир конусообразною горой Покоился на лоне океана. С высоких башен, сложенных людьми, Из жирной глины тучных межиречий Себя забывший Каин разбирал Мерцающую клинопись созвездий. Кишело небо звездными зверьми Над храмами с крылатыми быками. Стремилось солнце огненной стезей По колеям ристалищ Зодиака. Хрустальные вращались небеса И напрягались бронзовые дуги, И двигались по сложным ободам Одна в другую вставленные сферы. И в дельтах рек — Халдейский звездочет И пастухи Иранских плоскогорий, Прислушиваясь к музыке миров, К гуденью сфер и к тонким звездным звонам, По вещим сочетаниям светил Определяли судьбы царств и мира. Все в преходящем было только знак Извечных тайн, начертанных на небе. 3 Потом замкнулись прорези небес, Мир стал ареной, залитою солнцем, Палестрою для Олимпийских игр Под куполом из черного эфира, Опертым на Атлантово плечо. На фоне винно-пурпурного моря И рыжих охр зазубренной земли Играя медью мускулов,— атлеты Крылатым взмахом умащенных тел Метали в солнце бронзовые диски Гудящих строф и звонких теорем. И не было ни индиговых далей, Ни уводящих в вечность перспектив: Все было осязаемо и близко — Дух мыслил плоть и чувствовал объем. Мял глину перст и разум мерил землю. Распоры кипарисовых колонн, Вощенный кедр закуренных часовен, Акрополи в звериной пестроте, Линялый мрамор выкрашенных статуй И смуглый мрамор липких алтарей, И ржа и бронза золоченых кровель, Чернь, киноварь, и сепия, и желчь — Цвета земли понятны были глазу, Ослепшему к небесной синеве, Забывшему алфавиты созвездий. Когда ж душа гимнастов и борцов В мир довременной ночи отзывалась И погружалась в исступленный сон — Сплетенье рук и напряженье связок Вязало торсы в стройные узлы Трагических метопов и эподов Эсхиловых и Фидиевых строф. Мир отвечал размерам человека, И человек был мерой всех вещей. 4 Сгустилась ночь. Могильники земли Извергли кости праотца Адама И Каина. В разрыве облаков Был виден холм и три креста — Голгофа. Последняя надежда бытия. Земля была недвижным темным шаром. Вокруг нее вращались семь небес, Над ними небо звезд и Первосилы, И все включал пресветлый Эмпирей. Из-под Голгофы внутрь земли воронкой Вел Дантов путь к сосредоточью зла. Бог был окружностью, а центром Дьявол, Распяленный в глубинах вещества. Неистовыми взлетами порталов Прочь от земли стремился человек. По ступеням империй и соборов, Небесных сфер и адовых кругов Шли кольчатые звенья иерархий И громоздились Библии камней — Отображенья десяти столетий: Циклоны веры, шквалы ересей, Смерчи народов — гунны и монголы, Набаты, интердикты и костры, Сто сорок пап и шестьдесят династий, Сто императоров, семьсот царей. И сквозь мираж расплавленных оконниц На золотой геральдике щитов — Труба Суда и черный луч Голгофы Вселенский дух был распят на кресте Исхлестанной и изъязвленной плоти. 5 Был литургийно строен и прекрасен Средневековый мир. Но Галилей Сорвал его, зажал в кулак и землю Взвил кубарем по вихревой петле Вокруг безмерно выросшего солнца. Мир распахнулся в центильоны раз. Соотношенья дико изменились, Разверзлись бездны звездных Галактей И только Богу не хватило места. Пытливый дух апостола Фомы Воскресшему сказавший:— «Не поверю, Покамест пальцы в раны не вложу»,— Разворотил тысячелетья веры. Он очевидность выверил числом, Он цвет и звук проверил осязаньем, Он взвесил свет, измерил бег луча, Он перенес все догмы богословья На ипостаси сил и вещества. Материя явилась бесконечной, Единосущной в разных естествах, Стал Промысел — всемирным тяготеньем, Стал вечен атом, вездесущ эфир: Всепроницаемый, всетвердый, скользкий - «Его ж никто не видел и нигде». Исчисленный Лапласом и Ньютоном Мир стал тончайшим синтезом колес, Эллипсов, сфер, парабол — механизмом, Себя заведшим раз и навсегда По принципам закона сохраненья Материи и Силы. Человек, Голодный далью чисел и пространства, Был пьян безверьем — злейшею из вер, А вкруг него металось и кишело Охваченное спазмой вещество. Творец и раб сведенных корчей тварей, Им выявленных логикой числа Из косности материи, он мыслил Вселенную как черный негатив: Небытие, лоснящееся светом, И сущности, окутанные тьмой. Таким бы точно осознала мир Сама себя постигшая машина. 6 Но неуемный разум разложил И этот мир, построенный наощупь Вникающим и мерящим перстом. Все относительно: и бред, и знанье. Срок жизни истин: двадцать — тридцать лет, Предельный возраст водовозной клячи. Мы ищем лишь удобства вычислений, А в сущности не знаем ничего: Ни емкости, ни смысла тяготенья, Ни масс планет, ни формы их орбит, На вызвездившем небе мы не можем Различить глазом «завтра» от «вчера». Нет вещества — есть круговерти силы; Нет твердости — есть натяженье струй; Нет атома — есть поле напряженья (Вихрь малых «не» вокруг большого «да»); Нет плотности, нет веса, нет размера — Есть функции различных скоростей. Все существует разницей давлений, Температур, потенциалов, масс; Струи времен текут неравномерно; Пространство — лишь разнообразье форм. Есть не одна, а много математик; Мы существуем в Космосе, где все Теряется, ничто не создается; Свет, электричество и теплота — Лишь формы разложенья и распада; Сам человек — могильный паразит,— Бактерия всемирного гниенья. Вселенная — не строй, не организм, А водопад сгорающих миров, Где солнечная заверть — только случай Посереди необратимых струй, Бессмертья нет, материя конечна, Число миров исчерпано давно. Все тридцать пять мильонов солнц возникли В единый миг и сгинут все зараз. Все бытие случайно и мгновенно. Явленья жизни — беглый эпизод Между двумя безмерностями смерти. Сознанье — вспышка молнии в ночи, Черта аэролита в атмосфере, Пролет сквозь пламя вздутого костра Случайной птицы, вырванной из бури И вновь нырнувшей в снежную метель. 7 Как глаз на расползающийся мир Свободно налагает перспективу Воздушных далей, облачных кулис И к горизонту сводит параллели, Внося в картину логику и строй,— Так разум среди хаоса явлений Распределяет их по ступеням Причинной связи времени, пространства И укрепляет сводами числа. Мы, возводя соборы космогонии, Не внешний в них отображаем мир, А только грани нашего незнанья. Системы мира — слепки древних душ, Зеркальный бред взаимоотражений Двух противопоставленных глубин. Нет выхода из лабиринта знанья, И человек не станет никогда Иным, чем то, во что он страстно верит. Так будь же сам вселенной и творцом, Сознай себя божественным и вечным И плавь миры по льялам душ и вер. Будь дерзким зодчим вавилонских башен Ты, заклинатель сфинксов и химер. 12 июня 1923, Коктебель

Алексей Ильинов: *Фомальгаут* Фомальгаут, альфа Южной Рыбы – Осени последней яркий свет... Мы любовь хранить ещё могли бы, Только смысла в этом больше нет. Был я суетлив и беззаботен, Легче разрушал, чем находил. Ты была the Lonely Star of Autumn – Королевой северных светил... Ныне наши души одиноки. Пусть другие о любви трубят... Семь парсеков до звезды далёкой – Словно семь парсеков до тебя. Алексей Артёмов

Алексей Ильинов: Джон Рональд Руэл ТОЛКИЕН *МИФОПОЭЙЯ* Посвящается полагающему, что коль скоро в мифах далеко не все правда, то, стало быть, они не стоят никакого внимания, даже если это "ложь, пропетая серебряною трубой". Филомиф - Мизомифу Ты к дереву относишься прохладно: Ну дерево, растет себе и ладно! Ты по земле шагаешь, твердо зная, что под ногами просто твердь земная, что звезды суть материи обычной комки, по траектории цикличной плывущие, как математик мыслил, который все до атома расчислил. А между тем, как Богом речено, Чей Промысел постичь нам не дано, как будто без начала и конца, как свиток, разворачивается пред нами Время, — и не внять в миру нам таинственным его и странным рунам. И перед нашим изумленным глазом бессчетных форм рои проходят разом, — прекрасные, ужасные фантомы, что нам по большей части незнакомы, в которых узнаем мы иногда знакомое нам: дерево, звезда, комар, синица, камень, человек... Задумал Бог и сотворил навек камнеобразность скал и звезд астральность, теллур земли, дерев арбореальность; и люди из Господних вышли рук — гомункулы, что внемлют свет и звук. Приливы и отливы, ветер в кронах, медлительность коров, сок трав зеленых, гром, молния, и птиц стремленье к свету, и гад ползучих жизнь и смерть — все это Всевышнему обязано зачатьем и Божией отмечено печатью. При всем при том в мозгу у нас оно отражено и запечатлено. Но дерево не «дерево», покуда никто не увидал его как чудо и не сумел как «дерево» наречь, — без тех, кто раскрутил пружину-речь, которая не эхо и не слепок, что лик Вселенной повторяет слепо, но радованье миру и сужденье и вместе с тем его обожествленье, ответ всех тех, кому достало сил, кто жизнь и смерть деревьев ощутил, зверей, и птиц, и звезд, — тех, кто в темнице засовы тьмы подтачивает, тщится из опыта предвестие добыть, песок значений моя, чтоб намыть крупицы Духа, — тех, кто стал в итоге могучими и сильными, как боги, — кто, оглянувшись, увидал огни там эльфийских кузниц, скованных гранитом, и увидал на тайном ткацком стане из тьмы и света сотканные ткани. Тот звезд не видит, кто не видит в них живого серебра, что в некий миг, цветам подобно, вспыхнуло в музыке, чье эхо на вселенском древнем лике поднесь не смолкло. Не было б небес — лишь вакуум! — когда б мы жили без того шатра, куда вперяем взоры на шитые эльфийские узоры; негоже землю нам воспринимать иначе, чем благую Первомать. Сердца людей из лжи не до конца. Внимая Мудрость Мудрого Отца, сколь человек отложенным ни был днесь от Него, Его он не забыл и не вполне отпал и извратился. Быть может, благодати он лишился, но не утратил прав на царский трон — и потому хранит поныне он лохмотья прежней княжеской одежды как память о былом и знак надежды. В том царственность, чтобы владеть всем миром в твореньи и не почитать кумиром Великий Артефакт. И наконец, ведь человек, хоть малый, но творец! — он призма, в коей белый свет разложен и многими оттенками умножен и коей сотни форм порождены, что жить у нас в мозгу насаждены. Хоть гоблинами с эльфами в миру мы населяем каждую дыру и хоть драконье семя сеем мы, творя богов из света и из тьмы, — то наше право! — ибо сотворяя, творим, Первотворенье повторяя. Конечно, все мечты суть лишь попытки — и тщетные! — избегнуть страшной пытки действительности. Что же нам в мечте? Что эльфы, тролли? Что нам те и те? Мечта не есть реальность, но не всуе мы мучаемся, за мечту воюя и боль одолевая, ибо мы сим преодолеваем силы тьмы и зла, о коем знаем, что оно в юдоли нашей суще и дано. Блажен, кто в сердце злу не отвечает, дрожит, но дверь ему не отпирает и на переговоры не идет, но, сидя в тесной келье, тихо ткет узор, злащенный стародавним словом, которое под древней Тьмы покровом давало нашим предкам вновь и вновь покой, надежду, веру и любовь. Блажен, кто свой ковчег, пусть даже хрупкий, построил и в убогой сей скорлупке отправился в неведомый туман до гавани безвестной в океан. Блажен, кто песню или миф творит и в них о небывалом говорит, кто вовсе не забыл о страхах Ночи, но ложью не замазывает очи, достатка не сулит и панацеи на островах волшебницы Цирцеи (не то же ль рай машинный обещать, что дважды совращенных совращать?). Пусть впереди беда и смерть маячат, — они в глухом отчаяньи не плачут, не клонят головы перед судьбой, но поднимают песнею на бой, в день нынешний и скраденный веками вселяя днесь неведомое пламя. Хочу и я, как древле менестрель, петь то, чего не видели досель. Хочу и я, гонимый в море мифом, под парусом уйти к далеким рифам, в безвестный путь, к неведомой земле, что скрыта за туманами во мгле. Хочу и я прожить, как тот чудак, что, золота имея на пятак (пусть не отмыто золото от скверны прежние пути его неверны!), запрятывать его в кулак не станет, но профиль короля на нем чеканит и на знаменах вышивает лики и гордый герб незримого владыки. А ваш прогресс не нужен мне вовеки, о вы, прямоходящи человеки! Увольте, я в колонне не ходок с гориллами прогресса! Весь итог их шествия победного, ей-ей, зиянье бездн, коль в милости Своей Господь предел и срок ему положит. А нет, — одно и то же он итожит, переменяя разве что названья, верша по кругу вечное топтанье. Я к миру не имею пиетета, где то всегда есть «то», а это — «это», где догма от начала до конца и места нет для Малого творца. И пред Железною Короной зла я золотого не сложу жезла! Наш взгляд в Саду Эдемском, может статься, от созерцанья Света оторваться захочет и невольно упадет на то, что видеть этот Свет дает, и в отраженьи Истины ясней мы Истину поймем и вместе с Ней увидим мы свободное творенье, в конце концов обретшее Спасенье, которое ни нам, ни Саду зло с собой в благие кущи не внесло. Зла не узрим мы, ибо зла истоки не в Божьей мысли, но в недобром оке. Зло в выборе недобром и стремленьи, не в нотах зло, но в безголосом пеньи! Поскольку жить по кривде невозможно в Раю, — там сотворенное не ложно, и не мертвы творящие, но живы, и арфы золотые не фальшивы в руках у них, и над челом, легки, пылают огненные языки, — они творят, как Дух велит Святой, и выбор свой вершат пред Полнотой. Перевод Сергея Степанова

Эуг Белл: Спасибо! Не возражаешь, если я сделаю эпиграфом к своему циклу?

Алексей Ильинов: Евгений, о чём речь? Потому специально выкладываю здесь поэтические шедевры, более чем близкие нам!

Алексей Ильинов: Муса ДЖАЛИЛЬ ВОЛЯ И в час, когда мне сон глаза смыкает, И в час, когда зовет меня восход, Мне кажется, чего-то не хватает, Чего-то остро мне недостает. Есть руки, ноги -- все как будто цело, Есть у меня и тело и душа. И только нет свободы! Вот в чем дело! Мне тяжко жить, неволею дыша. Когда в темнице речь твоя немеет, Нет жизни в теле -- отняли ее, Какое там значение имеет Небытие твое иль бытие? Что мне с того, что не без ног я вроде: Они -- что есть, что нету у меня, Ведь не ступить мне шагу на свободе, Раскованными песнями звеня. Я вырос без родителей. И все же Не чувствовал себя я сиротой. Но то, что было для меня дороже, Я потерял: отчизну, край родной! В стране врагов я раб, тут я невольник, Без родины, без воли -- сирота. Но для врагов я все равно -- крамольник, И жизнь моя в бетоне заперта. Моя свобода, воля золотая, Ты птицей улетела навсегда. Взяла б меня с собою, улетая, Зачем я сразу не погиб тогда? Не передать, не высказать всей боли, Свобода невозвратная моя. Я разве знал на воле цену воле! Узнал в неволе цену воли я! Но коль судьба разрушит эти своды И здесь найдет меня еще в живых,-- Святой борьбе за волю, за свободу Я посвящу остаток дней своих. <Июль 1942 г.> МЕЧТА Неволя! Истомила ты меня, Не отличаю дня от ночи. Мою надежду, сердца страсть Темница тягостная точит. И сыр и мрачен этот каземат. Здесь нажил кашель я упорный. Я к двери подойду -- дверь под замком, Окно -- в крестах решетки черной. Ждет виселица каждый день меня, Я к ней все ближе с каждым утром. Вся жизнь моя отныне -- лишь в мечте, Отрада -- в сне, тяжелом, смутном. И редко сквозь решетку луч зари Пройдет сюда с теплом, с участьем. Тогда мне кажется: ко мне пришло, Платком накрывшись алым, счастье. И кажется, любимая меня Целует с пламенною силой, Вот-вот возьмет меня и поведет На торжество свободы милой. И скажет: -- Не напрасно ждал, Тюрьмою и тоской окован. Я принесла тебе свободу, жизнь, Зарей зажглась в сиянье новом... Мечта, мечта! Как сладостно с тобой! Ко мне приходишь ты сквозь камни. Что б делал я в темнице без тебя? Хоть ты со мной! Ты так нужна мне! Я знаю: с жизнью и мечта уйдет. Зато с победою и счастьем Она зарей взойдет в моей стране,-- Сдержать зарю никто не властен! <Ноябрь 1943 г.> *ОДИН СОВЕТ* (О человечности) Людей-слонов нередко я встречал, Дивился их чудовищным телам, Но я за человека признавал Лишь человека по его делам. Вот, говорят, силач -- железо гнет, Вода проступит там, где он пройдет. Но будь ты слон, а я не признаю, Коль дел твоих -- по горло воробью. Пускай на всем, что совершаешь ты, Проступит след душевной чистоты: Ведь сила не во внешности твоей, А только в человечности твоей. В твоих делах проявится сама И справедливость твоего ума, И то, что сильным сердцем наделен, Что ты любовью к родине силен. Жить бесполезно -- лучше уж не жить, На ровном месте кочкою служить. Свети потомкам нашим, как маяк, Свети, как человек, а не светляк. Железо не ржавеет от труда, И глина обожженная тверда, Оценит мужа по делам народ, Героя не забудет никогда. <9 декабря 1943 г.>

Алексей Ильинов: Николай ГУМИЛЁВ *Молитва мастеров* Я помню древнюю молитву мастеров: Храни нас, Господи, от тех учеников, Которые хотят, чтоб наш убогий гений Кощунственно искал всё новых откровений. Нам может нравиться прямой и честный враг, Но эти каждый наш выслеживают шаг, Их радует, что мы в борении, покуда Петр отрекается и предает Иуда. Лишь небу ведомы пределы наших сил, Потомством взвесится, кто сколько утаил. Что создадим мы впредь, на это власть Господня, Но что мы создали, то с нами посегодня. Всем оскорбителям мы говорим привет, Превозносителям мы отвечаем — нет! Упреки льстивые и гул молвы хвалебный Равно для творческой святыни непотребны. Вам стыдно мастера дурманить беленой, Как карфагенского слона перед войной.

Алексей Ильинов: Райнер Мария РИЛЬКЕ "ЧАСОСЛОВ" Ты знаешь, чего я хочу. Быть может, всего - во Вселенной: в падении - тьмы неистленной, во взлете - сияния... но умолчу. А сколько же тех - не хотят ничего - кто княжит и княжит, а чувство - мертво - сужденьями мысль утюжит. Но всякое рад Ты принять существо, что в жажде лицо заслужит. И всякому рад Ты, кто мнит Тебя чашею - ныне и впрок. Еще не остыл Ты, чудесный урок, и я окунусь в Твою глубь глубочайшую, где жизнь обнаружится тихо и в срок. *** О, нерукотворный, но - год за годом - но - атом на атом - Тебя мы творим. Ты, Вечный Собор, кто сомкнет Тебя сводом? Ты ль - зрим? Что, Господи, Рим? - Повержен кумир. Что, Господи, мир? - Он рухнет под нами прежде, чем Храм Твой блеснет куполами, прежде, чем Лик Твой, лучистая пыль, сверкнет на мозаике в тысячи миль. Но, бывает, во сне я Твой Трон созерцаю со всех сторон, будто строю, от начала, подножия, до венчика золотого. Вижу, Боже, я: силы утрою - и ляжет камень замковый. *** Вот, Господи, кто вновь Твой строит замок: вчера дитя, наученный от мамок, как руки складывать пред входом в храм фальшивым жестом из провальных драм. Не знает правая, что делать с левой - дать Богу знак или бежать от гнева? О, слишком много - две руки. Еще вчера - валун на дне реки - был лоб омыт часов потоком, - все только рябь, все волны на широком лице воды, но глянет небо оком, нависнув ненароком, невпопад... тот взгляд сегодня погружен в пучины истории всемирной, дух причины - под следствием до Страшного Суда... Нам явят Лик пространств иных глубины: Свет не от света, Тень - не от лучины, начнешься Книгой Ты, как никогда. *** Мастеровые мы: мы строим вместе Тебя, высокий неоглядный свод. Но вдруг однажды, словно блик на жести, блеснет приезжий мастерством предвестий - иначе, с трепетом, он плинф кладет. И мы с лесов сходить не будем шатких, и молот будет бить до ломоты в плечах, пока, лучащийся в отгадках Твой, Боже, час не поцелует хватких, нас, в лоб, в лицо, о, ветер с моря - Ты. И выше гор - грома и грохотанья, согласный стук кидает стык на стык. Лишь в сумерки оставим темный лик: и, проступив, забрезжут очертанья. Как Ты велик! *** Нам имя - свет, и каждый блик как пробела в огне. Что мне сказать? - главой поник, я увидал, пускай на миг, Твой темный Лик - (что нас воздвиг) - как в мире вес его велик, как темен он во мне. Из времени сформировав, в котором я взошел, Ты победил меня, поправ, и длится тьма Твоя, и прав Твой гнет, и не тяжел. Не знаешь Ты, кто я такой, я все темней, смысл нежный Твой лелеет жизнь мою. Но я в Твоем краю: Ты слышишь, как вхожу рукой я в бороду Твою.

Алексей Ильинов: Константин БАЛЬМОНТ *СЛАВЯНСКОЕ ДРЕВО* Корнями гнездится глубоко, Вершиной восходит высоко, Зеленые ветви уводит в лазурно-широкую даль. Корнями гнездится глубоко в земле, Вершиной восходит к высокой скале, Зеленые ветви уводит широко в безмерную синюю даль. Корнями гнездится глубоко в земле и в бессмертном подземном огне, Вершиной восходит высоко-высоко, теряясь светло в вышине, Изумрудные ветви в расцвете уводит в бирюзовую вольную даль. И знает веселье, И знает печаль. И, от моря до моря раскинув свои ожерелья, Колыбельно поет над умом и уводит мечтание в даль. Девически вспыхнет красивой калиной, На кладбище горькой зажжется рябиной, Взнесется упорно, как дуб вековой. Качаясь и радуясь свисту метели, Растянется лапчатой зеленью ели, Сосной перемолвится с желтой совой. Осиною тонкой, как дух, затрепещет, Березой засветит, березой заблещет, Серебряной ивой заплачет листвой. Как тополь, как факел пахучий, восстанет, Как липа июльская, ум затуманит, Шепнет звездоцветно в ночах, как сирень. И яблонью цвет свой рассыплет по саду, И вишеньем ластится к детскому взгляду, Черемухой нежит душистую тень. Раскинет резьбу изумрудного клена И долгою песней зеленого звона Чарует дремотную лень. В вешней роще, вдоль дорожки, Ходит легкий ветерок. На березе есть сережки, На беляне - сладкий сок. На березе белоствольной Бьются липкие листки. Над рекой весенней, вольной Зыбко пляшут огоньки. Над рекою в час разлива Дух узывчивый бежит. Ива, ива так красива, Тонким кружевом дрожит. Слышен голос ивы гибкой, Как русалочий напев, Как протяжность сказки зыбкой, Как улыбка водных дев: Срежь одну из веток стройных, Освяти мечтой апрель, И, как Лель, для беспокойных, Заиграй, запой в свирель. Не забудь, что возле Древа Есть кусты и есть цветки, В зыбь свирельного напева Все запутай огоньки. Все запутай, перепутай, Наш славянский цвет воспой, Будь певучею минутой, Будь веснянкой голубой. И все растет зеленый звон, И сон в душе поет: У нас в полях есть нежный лен И люб-трава цветет. У нас есть папороть-цветок И перелет-трава. Небесно-радостный намек, У нас есть синий василек - Вся нива им жива. Есть подорожник, есть дрема, Есть ландыш, первоцвет. И нет цветов, где злость и тьма, И мандрагоры нет. Нет тяжких кактусов, агав, Цветов, глядящих, как удав, Кошмаров естества. Но есть ромашек нежный свет, И сладких кашек есть расцвет, И есть плакун-трава. А наш пленительник долин, Светящий, нежный наш жасмин - Не это ль красота? А сну подобные цветы, Что безымянны, как мечты, И странны, как мечта? А наших лилий водяных - Какой восторг заменит их? Не нужно ничего. И самых пышных орхидей Я не возьму за сеть стеблей Близ Древа моего. Не все еще вымолвил голос свирели, Но лишь не забудем, что круглый нам год От ивы к березе, от вишенья к ели Зеленое Древо цветет. И туча протянется, с молнией, с громом, Как дьявольский омут, как ведьмовский сглаз, Но Древо есть терем, и этим хоромам Нет гибели, вечен их час. Свежительны бури, рожденье в них чуда, Колодец, криница, ковер-самолет. И вечно нам, вечно, как сон изумруда, Славянское Древо цветет.

Эуг Белл: Я хочу продолжить тему. Когда-то, наверно, в самых древних наших предках, в каких-нибудь еще динозаврах, доминировали жуткие инстинкты насилия. Слово "насилие" понимается в узком и в широком смысле. В узком - насилие над женщиной. Сексуальные "корни" насилия в широком смысле могли быть связаны с инстинктами "динозавров", порожденными какими-то слабо известными нам "программами поведения" чудовищ. Однако в генах человека они также сохранились в норме в подавленном виде. Но иногда они всплывают при патологии или в стрессовых ситуациях. Например, мне давали на рецензию книгу стихов одного солдата на чеченской войне. Этот солдат испытывал оргазм при убийстве, этому его "научила" война - с женщинами у него уже не получалось. Так он и называл войну своей женой. Трагично. Но бывают стрессы и иного вида, порожденные ИДЕОЛОГИЕЙ. Когда насилие становится обязанностью, проявлением веры, средством спасти свою жизнь, доказав преданность и т.д. - спадают тормоза и то, что казалось невозможным в поведении человека оказывается массовым явлением и чем-то не просто обычным, но и социально одобряемым (хотя в ряде случаев возможно и наказуемом, но неофициально поощряемым. (Я не говорю о том полускрытом поощрении, которое оказывает недоразвитое общество маньякам и психопатам). Речь идет о совсем "нормальных" людях, становящихся психопатами "функционально", хотя эта "функция" может иметь далеко идущие последствия. Я приведу только два примера, показывающих сексуальный сдвиг, на мой взгляд, вызванный не просто стрессом, но стрессом, связанным с ИДЕОЛОГИЕЙ. 1. Отрывок из поэмы Багрицкого "Февраль". Однажды, во время налета на подозрительный дом, автор узнает девушку, которую он видел еще до революции, она была гимназисткой, часто проходила мимо него, а он вздыхал, не смея к ней подойти. Однажды попытался заговорить, но она его прогнала… Сейчас она стала проституткой... В третьей комнате нас встретил парень В голубых кальсонах и фуфайке. Он стоял, расставив ноги прочно, Медленно покачиваясь торсом И помахивая, как перчаткой, Браунингом… Он мигнул нам глазом: "Он! Здесь целый флот! Из этой пушки Всех не перекокаешь. Я сдался…" А за ним, откинув одеяло, Голоногая, в ночной рубашке, Сползшей с плеч, кусая папироску, Полусонная, сидела молча Та, которая меня томила Соловьиным взглядом и полетом Туфелек по скользкому асфальту… "Уходите! — я сказал матросам… — Кончен обыск! Заберите парня! Я останусь с девушкой!" Громоздко Постучав прикладами, ребята Вытеснились в двери. Я остался. В душной полутьме, в горячей дреме С девушкой, сидящей на кровати… "— Узнаете?" — но она молчала, Прикрывая легкими руками Бледное лицо. "Ну что, узнали?" Тишина. Тогда со зла я брякпул: "Сколько дать вам за сеанс?" И тихо, Не раздвинув губ, она сказала: "Пожалей меня! Не надо денег…" Я швырнул ей деньги. Я ввалился, Не стянув сапог, не сняв кобуры, Не расстегивая гимнастерки, Прямо в омут пуха, в одеяло, Под которым бились и вздыхали Все мои предшественники, — в темный, Неразборчивый поток видений, Выкриков, развязанных движений, Мрака и неистового света… Я беру тебя за то, что робок Был мой век, за то, что я застенчив, За позор моих бездомных предков, За случайной птицы щебетанье! Я беру тебя, как мщенье миру, Из которого не мог я выйти! Принимай меня в пустые недра, Где трава не может завязаться, — Может быть, мое ночное семя Оплодотворит твою пустыню. Будут ливни, будет ветер с юга, Лебедей влюбленное ячанье. 1933–1934 Ну здесь поражает само явление. Что вообще такая поэма могла появиться на свет под пером крупнейшего и талантливейшего поэта. Это - последняя поэма Багрицкого. Когда он умер, его похоронили, воздав воинские почести, но его жену на всякий случай репрессировали.

Эуг Белл: Это стихотворение приводили много раз "патриоты" в качестве "доказательства" русофобии (Багрицкий был евреем). На самом же деле (стоит только прочитать начало поэмы) - речь идет ОБ ИДЕОЛОГИЧЕСКОЙ ПАТОЛОГИИ, о поведении, которое можно назвать "идеологической беспредельщиной". Этот сюжет РОМАНТИЧЕСКОГО ПОЭТА, ВОСПЕВАТЕЛЯ РЕВОЛЮЦИИ, того, которого можно назвать "пламенным коммунистом", в таком романтическом флере поданный - это всего лишь "верхушка айсберга" революционного насилия. Здесь незабываемая строчка из "Интернационала" "И если гром великий грянет над сворой псов и палачей, то нам все так же солнце станет сиять огнем своих лучей" из абстракции частично превращается в нечто, напоминающее реальность. Доведенная до предела, до своего последнего "логического" конца любая идея превращается в свою противоположность. Это - 34 год. Через сравнительно небольшое время начнется Большой Террор, когда уничтожали 5 тысяч человек в день. Это были последствия революции и гражданской войны. Это творили те же люди. Но еще - этот пример показывает СВЯЗЬ НАСИЛИЯ В ШИРОКОМ СМЫСЛЕ С НАСИЛИЕМ В УЗКОМ СМЫСЛЕ. Когда "растормаживаются" наиболее древние, палеонтологически-древние "программы поведения", а более поздние "программы гуманизма" тормозятся. В особенности просто, имхо, растормаживаются эти "программы" в юности (что может быть отнесено как к фашизму, так и к коммунизму. Любая революция и любая война - это обещание СЕКСУАЛЬНОЙ СВОБОДЫ и СВОБОДЫ САДИЗМА по отношению к врагу. Сознавая это или нет, чаще - нет, молодой коммунист или фашист испытывает мощную мотивацию, идущую от этих программ. И это есть огромная СИЛА любой идеологии. Сила, которая оборачивается "назад" и становится "скрытой сутью" извращения всех "великих идеологий". Революция и идеологическая война становятся почти неприкрытым СЕКСУАЛЬНЫМ ДЕЙСТВОМ, ПРАКТИЧЕСКИ РАЗРЕШЕННОЙ ОРГИЕЙ УБИЙСТВ И ИЗНАСИЛОВАНИЙ. Стремление участвовать в оргии - самая сильная мотивационная константа этих исторических событий.

arjan: В контексте рассказа Шукшина "Срезал" наткнулся на один из его истоков и еще одну параллель с нашим настоящим Свой своему вовсе не брат (отрывок) Дмитрий Минаев (1835 - 1889) Стремясь к сближению с народом, Сошелся барин с мужиком И разговор с ним мимоходом Подобным начал языком... Барин Дай руку, пахарь! По принцИпам Я демократ и радикал... Но как же звать тебя? Мужик АнтИпом. Барин Я, твой гражданский идеал, Желал бы знать хотя отчасти - Защитник ты какой же власти: Консервативной или нет? В свои дорожные наброски Вписать хочу я твой ответ. Мужик Ты это баишь по-каковски? Барин Чего ж боишься ты, хитрец, Мне отвечать категорично? Сообрази же наконец: Друг друга мы поймем отлично При полном тождестве идей. Свободу совести людей Ты признаешь и понимаешь? Мужик - Чаво? и далее...

Эуг Белл: Чаво-чаво - НИЧАВО!

Трак Тор: -Чаво-чаво - НИЧАВО! -Нет, у нас НИИЧАВО. -Не видали там МАВО? -Эт кого? Козла ТВАВО? -Дык... Пропал, вот мать ЕВО! -Нет, у нас в НИИЧАВО Такового не ВИДАТЬ Может, можно и поймать, Да улетел пернатый друг....

Трак Тор: В.Луговской в 1938 году о вечном: [pre2]Колыбельная[/pre2] Виноградник шелестит... Спи, моя родная! Сычик жалобно кричит, Тьма течёт ночная. Ходят в море паруса - Не оглянешь оком. Бьётся светлая хамса В неводе широком. Ветер в горы полетел И упал в ущелье. Листья вьются на шоссе Лёгкой каруселью, Листья вьются на шоссе - Ветер догоняя, Всё в серебряной росе... Спи, моя родная! Крейсер по морю плывёт - Он тебе не страшен, Он легко несёт вперёд Тени круглых башен. Пограничники прошли, Ветки разнимая, И маяк горит вдали... Спи, моя родная. Будет буря, будет бой, Битва забушует, Я услышу за собой Девочку большую. Надвигается война, А когда - не знаю. Наливается луна... Спи, моя родная! Совы спят на чердаке, Спят под нашей крышей. Бродят в горе и тоске Маленькие мыши, Кот гуляет под столом, Песню начиная, - Засыпает тихий дом... Спи, моя родная! Бьют кремлёвские часы, Музыка играет. Больше песен не проси - Печка догорает. Я люблю тебя навек, - Почему, не знаю. Я весёлый человек, - Спи, моя родная! Декабрь 1938

Неизвестный Аноним: Однажды Розовый Енот Забрел в Ефремовские горы. Стал рыть Енот большие норы У тех ефремовских высот. ЛБ-гора, ТУА-гора, ЧБ-гора, Одна нора, еще нора, и там – нора… Смотрели горы свысока На все усилия Енота, Его усердная работа Им пофигу была пока Не вырыл он так много нор, И так огромны были норы, Что в них упали эти горы, Не стало нахрен этих гор. ЧБ-гора, ТуА-гора, ЛБ-гора – Одна нора, еще нора, и там – нора… И засобачив горы в норы, Довольный Розовый Енот Пошел крушить другие горы От тех ефремовских высот.

Эуг Белл:

Ribelanto: Эуг Белл, это прекрасное стихотворение! Как раз недавно я размышлял об этой проблеме, и пришёл к выводу, что всё же в нашем инфернальном мироздании борьба с мирозданием зачастую переходит грань меры и тогда ведёт к смерти, а не совершенствованию...

Эуг Белл: Спасибо! Рад слышать эту оценку именно от Вас, Ribelanto. :-)

Тэй Рам: "Польза врагов" явна написана под влиянием волошинского стихотворения "Творчество". Во всяком случае, интересно. Спасибо.

Эуг Белл: Нет, стихотворение "Творчество" я никогда не читал: его нет в сборниках стихов, которые у меня. Это еще одна тайна: ведь я живу рядом с могилой Волошина и порой считаю себя его реинкарнацией (в некотором смысле). У меня есть фотография с "призраком Волошина", который мне являлся (хотя это, конечно, блики света на старом фотоаппарате, но поразительно то, что эти блики возникли именно в тот момент, когда я бродил в поисках пейзажей и ракурсов, с которых Волошин рисовал свои акварели)... Но стихотворение "Творчество" я никак не мог прочесть - просто физически. И тем не менее Вы отмечаете "влияние". Оно, безусловно, было, но НЕ НЕПОСРЕДСТВЕННОЕ. В общем - загадка, и подтверждение одной моей "теории" (не моей, одного русского художника, я об этом еще напишу потом).

Эуг Белл: И в интернете не могу найти - на слова "волошин творчество" выдает огромное количество сайтов о творчестве Волошина. ;-). Дорогой Тэй Рам! Можете выложить его?

Трак Тор: А пока не нашли "Творчество" (может, название другое формально? тогда нужно знать точную цитату из него), два удивительных философских стиха о государстве, "Государство" и "Левиафан". Иногда поэтический анализ сильнее научного. XIII. ГОСУДАРСТВО 1 Из совокупности Избытков, скоростей, Машин и жадности Возникло государство. Гражданство было крепостью, мечом, Законом и согласьем. Государство Явилось средоточьем Кустарного, рассеянного зла: Огромным бронированным желудком, В котором люди выполняют роль Пищеварительных бактерий. Здесь Все строится на выгоде и пользе, На выживанье приспособленных, На силе. Его мораль - здоровый эгоизм. Цель бытия - процесс пищеварения. Мерило же культуры - чистота Отхожих мест и емкость испражнений. 2 Древнейшая Из государственных регалий Есть производство крови. Судья, как выполнитель Каиновых функций, Непогрешим и неприкосновенен. Убийца без патента не преступник, А конкурент: Ему пощады нет. Кустарный промысел недопустим В пределах монопольного хозяйства. 3 Из всех насилий, Творимых человеком над людьми, Убийство - наименьшее, Тягчайшее же - воспитанье. Правители не могут Убить своих наследников, но каждый Стремится исковеркать их судьбу: В ребенке с детства зреет узурпатор, Который должен быть Заране укрощен. Смысл воспитанья - Самозащита взрослых от детей. Поэтому за рангом палачей Идет ученый Комитет Компрачикосов, Искусных в производстве Обеззараженных Кастрированных граждан. 4 Фиск есть грабеж, а собственность есть кража, Затем, что кража есть Единственная форма Законного приобретенья. Государство Имеет монополию На производство Фальшивых денег. Профиль на монете И на кредитном знаке герб страны Есть то же самое, что оттиск пальцев На антропометрическом листке: Расписка в преступленьи. Только руки Грабителей достаточно глубоки, Чтоб удержать награбленное. Воры, Бандиты и разбойники - одни Достойны быть Родоначальниками Правящих династий И предками владетельных домов. 5 А в наши дни, когда необходимо Всеобщим, равным, тайным и прямым Избрать достойного - Единственный критерий Для выборов: Искусство кандидата Оклеветать противника И доказать Свою способность к лжи и преступленью. Поэтому парламентским вождем Является всегда наинаглейший И наиадвокатнейший из всех. Политика есть дело грязное - Ей надо Людей практических, Не брезгающих кровью, Торговлей трупами И скупкой нечистот... Но избиратели доселе верят В возможность из трех сотен негодяев Построить честное Правительство стране. 6 Есть много истин, правда лишь одна: Штампованная признанная правда. Она готовится Из грязного белья Под бдительным надзором государства На все потребности И вкусы и мозги. Ее обычно сервируют к кофе Оттиснутой на свежие листы, Ее глотают наскоро в трамваях, И каждый сделавший укол с утра На целый день имеет убежденья И политические взгляды: Может спорить, Шуметь в собраньях и голосовать. Из государственных мануфактур, Как алкоголь, как сифилис, как опий, Патриотизм, спички и табак, - Из патентованных наркотиков Газета Есть самый сильнодействующий яд, Дающий наибольшие доходы. 7 В нормальном государстве вне закона Находятся два класса: Уголовный И правящий. Во время революций Они меняются местами, В чем, По существу, нет разницы. Но каждый Дорвавшийся до власти сознает Себя державной осью государства И злоупотребляет правом грабежа, Насилий, пропаганды и расстрела. Чтоб довести кровавый самогон Гражданских войн, расправ и самосудов До выгонки нормального суда, Революционное правительство должно Активом террора Покрыть пассив убийц, Так революция, Перетряхая классы, Усугубляет государственность: При каждой Мятежной спазме одичалых масс Железное огорлие гаротты Сжимает туже шейные хрящи. Благонадежность, шпионаж, цензура, Проскрипции, доносы и террор - Вот достижения И гений революций! 13 апреля 1922 Коктебель XIV. ЛЕВИАФАН "Множество, соединенное в одном лице, именуется Государством - Civitas. Таково происхождение Левиафана, или, говоря почтительнее, - этого Смертного Бога". Т. Гоббс. "Левиафан" 1 Восставшему в гордыне дерзновенной, Лишенному владений и сынов, Простертому на стогнах городов На гноище поруганной вселенной, - Мне - Иову - сказал Господь: "Смотри: Вот царь зверей - всех тварей завершенье, Левиафан! Тебе разверзну зренье, Чтоб видел ты как вне, так и внутри Частей его согласное строенье И славил правду мудрости моей". 2 И вот, как материк, из бездны пенной, Взмыв Океан, поднялся Зверь зверей - Чудовищный, огромный, многочленный... В звериных недрах глаз мой различал Тяжелых жерновов круговращенье, Вихрь лопастей, мерцание зерцал, И беглый огнь, и молний излученье. 3 "Он в день седьмой был мною сотворен, - Сказал Господь, - Все жизни отправленья В нем дивно согласованы. Лишен Сознанья - он весь пищеваренье. И человечество издревле включено В сплетенье жил на древе кровеносном Его хребта, и движет в нем оно Великий жернов сердца. Тусклым, косным Его ты видишь. Рдяною рекой Струится, свет мерцающий в огромных Чувствилищах. А глубже - в безднах темных Зияет голод вечною тоской. Чтоб в этих недрах, медленных и злобных, Любовь и мысль таинственно воззвать, Я сотворю существ, ему подобных, И дам им власть друг друга пожирать". 4 И видел я, как бездна Океана Извергла в мир голодных спрутов рать: Вскипела хлябь и сделалась багряна. Я ж день рожденья начал проклинать. 5 Я говорил: "Зачем меня сознаньем Ты в этой тьме кромешной озарил И, дух живой вдохнув в меня дыханьем, Дозволил стать рабом бездушных сил, Быть слизью жил, бродилом соков чревных В кишках чудовища?" 6 В раскатах гневных Из бури отвечал Господь: - Кто ты, Чтоб весить мир весами суеты И смысл хулить моих предначертаний? Весь прах, вся плоть, посеянные мной, Не станут ли чистейшим из сияний, Когда любовь растопит мир земной? Сих косных тел алкание и злоба Лишь первый шаг к пожарищам любви... Я сам сошел в тебя, как в недра гроба, Я сам томлюсь огнем в твоей крови. Как я тебя - так ты взыскуешь землю. Сгорая - жги! Замкнутый в гроб - живи! Таким Мой мир приемлешь ты? 7 - Приемлю... Декабрь 1915, 1924

Эуг Белл: Да, я это знал, это гениальные стихи. Именно из них вырос образ Торманса у Ефремова.

Трак Тор: Да, гениальные. У великих поэтов бывает прозрения: философ 100 страниц напишет, а он скажет в 6 строчках про левиафан-государство:"Он в день седьмой был мною сотворен, - Сказал Господь, - Все жизни отправленья В нем дивно согласованы. Лишен Сознанья - он весь пищеваренье..." Тут и про идеологию, и что общественное (государственное) бытие (пищеварение) определяет сознание... Или это, про революцию:В нормальном государстве вне закона Находятся два класса: Уголовный И правящий. Во время революций Они меняются местами, В чем, По существу, нет разницы. Эти 8 строк перетянут "Государство и революцию" В.И. Ленина

Эуг Белл: Да, это посильнее Фауста Гете будет, а?

Ribelanto: Эуг Белл пишет: Спасибо! Рад слышать эту оценку именно от Вас, Ribelanto. :-) Желаю Вам дальнейших творческих успехов!

Трак Тор: 24 мая отмечается 70-летие со дня рождения русского поэта, нобелевского лауреата Иосифа Бродского. ПИСЬМА РИМСКОМУ ДРУГУ (Из Марциала) * Посылаю тебе, Постум, эти книги Что в столице? Мягко стелют? Спать не жестко? Как там Цезарь? Чем он занят? Все интриги? Все интриги, вероятно, да обжорство. Я сижу в своем саду, горит светильник. Ни подруги, ни прислуги, ни знакомых. Вместо слабых мира этого и сильных - лишь согласное гуденье насекомых. ... * Пусть и вправду, Постум, курица не птица, но с куриными мозгами хватишь горя. Если выпало в Империи родиться, лучше жить в глухой провинции у моря. И от Цезаря далеко, и от вьюги. Лебезить не нужно, трусить, торопиться. Говоришь, что все наместники - ворюги? Но ворюга мне милей, чем кровопийца. ... Приезжай, попьем вина, закусим хлебом. Или сливами. Расскажешь мне известья. Постелю тебе в саду под чистым небом и скажу, как называются созвездья. ... * Зелень лавра, доходящая до дрожи. Дверь распахнутая, пыльное оконце. Стул покинутый, оставленное ложе. Ткань, впитавшая полуденное солнце. Понт шумит за черной изгородью пиний. Чье-то судно с ветром борется у мыса. На рассохшейся скамейке - Старший Плиний. Дрозд щебечет в шевелюре кипариса. Mарт 1972 Р.S. Женя, как там "в глухой провинции у моря"? Понт шумит? ЗИМНИМ ВЕЧЕРОМ В ЯЛТЕ ... Квадрат окна. В горшках - желтофиоль. Снежинки, проносящиеся мимо... Остановись, мгновенье! Ты не столь прекрасно, сколько ты неповторимо. Январь 1969

Эуг Белл: Спсибо, Трак Тор! Да, я очень люблю это стихотворение. Сейчас я несколько дней в Москве. Не хочешь зайти, например, завтра? Брехт. Легенда о мертвом солдате (1918) Перевод Семена Кирсанова 1 Четыре года длился бой, А мир не наступал. Солдат махнул на все рукой И смертью героя пал. 2 Однако шла война еще. Был кайзер огорчен: Солдат расстроил весь расчет, Не вовремя умер он. 3 На кладбище стелилась мгла, Он спал в тиши ночей. Но как-то раз к нему пришла Комиссия врачей. 4 Вошла в могилу сталь лопат, Прервала смертный сон. И обнаружен был солдат И, мертвый, извлечен. 5 Врач осмотрел, простукал труп И вывод сделал свой: Хотя солдат на речи скуп, Но в общем годен в строй. 6 И взяли солдата с собой они. Ночь была голубой. И если б не каски, были б видны Звезды над головой. 7 В прогнившую глотку влили шнапс, Качается голова. Ведут его сестры по сторонам, И впереди - вдова. 8 А так как солдат изрядно вонял - Шел впереди поп, Который кадилом вокруг махал, Солдат не вонял чтоб. 9 Трубы играют чиндра-ра-ра, Реет имперский флаг... И выправку снова солдат обрел, И бравый гусиный шаг. 10 Два санитара шагали за ним. Зорко следили они: Как бы мертвец не рассыпался в прах - Боже сохрани! 11 Они черно-бело-красный стяг Несли, чтоб сквозь дым и пыль Никто из людей не мог рассмотреть За флагами эту гниль. 12 Некто во фраке шел впереди, Выпятив белый крахмал, Как истый немецкий господин, Дело свое он знал. 13 Оркестра военного треск и гром, Литавры и флейты трель... И ветер солдата несет вперед, Как снежный пух метель. 14 И следом кролики свистят, Собак и кошек хор - Они французами быть не хотят. Еще бы! Какой позор! 15 И женщины в селах встречали его У каждого двора. Деревья кланялись, месяц сиял, И все орало «Ура!» 16 Трубы рычат, и литавры гремят, И кот, и поп, и флаг, И посредине мертвый солдат Как пьяный орангутанг. 17 Когда деревнями солдат проходил, Никто его видеть не мог - Так много было вокруг него Чиндра-ра-ра и хох! 18 Шумливой толпою прикрыт его путь. Кругом загорожен солдат. Вы сверху могли бы на солдата взглянуть, Но сверху лишь звезды глядят. 19 Но звезды не вечно над головой. Окрашено небо зарей - И снова солдат, как учили его, Умер как герой.

Трак Тор: Вчера умер великий русский поэт Андрей Вознесенский, капитан АвосьЭх, Россия! Эх, размах… Пахнет псиной в небесах. Мимо Марсов, Днепрогэсов, мачт, антенн, фабричных труб страшным символом прогресса носится собачий труп. 1959 Не надо околичностей, не надо чушь молоть. Мы – дети культа личности, мы кровь его и плоть. Мы выросли в тумане, двусмысленном весьма, среди гигантомании и скудости ума. Отцам за Иссык-Кули, за домны, за пески не орденами – пулями сверлили пиджаки. И серые медали довесочков свинца, как пломбы, повисали на души, на сердца. Мы не подозревали, какая шла игра. Деревни вымирали. Чернели вечера. И огненной подковой горели на заре венки колючих проволок над лбами лагерей. Мы люди, по распутью ведомые гуськом, продутые, как прутья, сентябрьским сквозняком. Мы – сброшенные листья, мы музыка оков. Мы мужество амнистий и сорванных замков. Распахнутые двери, сметённые посты. И ярость новой ереси, и яркость правоты. 1956

Алексей Ильинов: Жители ХХ-го столетия! Ваш к концу идет ХХ-й век! Неужели вечно не ответит На вопрос согласья человек? Две души, несущихся в пространстве, Полтораста одиноких лет, Мы вас умоляем о согласьи, Без согласья смысла в жизни нет. Аллилуйя! Аллилуйя! Аллилуйя! Аллилуйя возлюбленной паре Мы забыли, бранясь и пируя, Для чего мы на землю попали — Аллилуйя любви, Аллилуйя! Аллилуйя всем будущим детям. Наша жизнь пролетела аллюром, Мы проклятым вопросам ответим: Аллилуйя любви, аллилуйя! Я люблю твои руки и речи, С твоих ног я усталость разую... В море общем сливаются реки, Алилуйя любви, Алилуйя любви, Алилуйя! Аллилуйя! Аллилуйя! Аллилуйя!

Трак Тор: - Андрей Андреевич, чем, на ваш взгляд, отличаются люди за границей от русских? - Ну, наверное, живут получше, я так думаю. А так люди везде люди.Ответы Андрея Вознесенского на вопросы студентов СПбГУП

Трак Тор: Александр Пушкин К ЧААДАЕВУ Любви, надежды, тихой славы Недолго нежил нас обман, Исчезли юные забавы, Как сон, как утренний туман; Но в нас горит еще желанье; Под гнетом власти роковой Нетерпеливою душой Отчизны внемлем призыванье. Мы ждем с томленьем упованья Минуты вольности святой, Как ждет любовник молодой Минуты верного свиданья. Пока свободою горим, Пока сердца для чести живы, Мой друг, отчизне посвятим Души прекрасные порывы! Товарищ, верь: взойдет она, Звезда пленительного счастья, Россия вспрянет ото сна, И на обломках самовластья Напишут наши имена! 1818

Алексей Ильинов: Константин Бальмонт Я в этот мир пришел, чтоб видеть Солнце… Я в этот мир пришел, чтоб видеть Солнце И синий кругозор. Я в этот мир пришел, чтоб видеть Солнце И выси гор. Я в этот мир пришел, чтоб видеть море И пышный цвет долин. Я заключил миры в едином взоре. Я властелин. Я победил холодное забвенье, Создав мечту мою. Я каждый миг исполнен откровенья, Всегда пою. Мою мечту страданья пробудили, Но я любим за то. Кто равен мне в моей певучей силе? Никто, никто. Я в этот мир пришел, чтоб видеть Солнце, А если день погас, Я буду петь… Я буду петь о Солнце В предсмертный час! Дурной сон Мне кажется, что я не покидал России, И что не может быть в России перемен. И голуби в ней есть. И мудрые есть змии. И множество волков. И ряд тюремных стен. Грязь "Ревизора" в ней. Весь гоголевский ужас. И Глеб Успенский жив. И всюду жив Щедрин. Порой сверкнет пожар, внезапно обнаружась, И снова пал к земле земли убогий сын. Там за окном стоят. Подайте. Погорели. У вас нежданный гость. То – голубой мундир. Учтивый человек. Любезный в самом деле. Из ваших дневников себе устроил пир. И на сто верст идут неправда, тяжба, споры, На тысячу – пошла обида и беда. Жужжат напрасные, как мухи, разговоры. И кровь течет не в счет. И слезы – как вода. Я мечтою ловил уходящие тени… Я мечтою ловил уходящие тени, Уходящие тени погасавшего дня, Я на башню всходил, и дрожали ступени, И дрожали ступени под ногой у меня. И чем выше я шел, тем ясней рисовалисль, Тем ясней рисовались очертанья вдали, И какие-то звуки вдали раздавались, Вкруг меня раздавались от Небес и Земли. Чем я выше всходил, тем светлее сверкали, Тем светлее сверкали выси дремлющих гор, И сияньем прощальным как будто ласкали, Словно нежно ласкали отуманенный взор. И внизу подо мною уж ночь наступила, Уже ночь наступила для уснувшей Земли, Для меня же блистало дневное светило, Огневое светило догорало вдали. Я узнал, как ловить уходящие тени, Уходящие тени потускневшего дня, И все выше я шел, и дрожали ступени, И дрожали ступени под ногой у меня.

arjan: Только что получил такое письмо: Уважаемый Евгений А., добрый вечер! В поисках текстов Венков Сонетов, вышел на фамилию автора Ванецева Ольга Ивановна. Нашел ее фотографию молодая женщина, обаятельная и похоже, без звездных комплексов. Дальше пошла какая-то нескладная кутерьма. Умерла. Никак не мог взять в толк. Искал Венки Сонетов, а нашел какую-то глупую шутку. Просмотрел ее стихи и был потрясен их гражданской мощью. Потом нашел Вашу статью. Понял, что это совсем не шутка. Да простит меня Бог! В голове не укладывается. До тех пор, пока мы будем мирится с категориями пАики и пайкИ, в первую очередь в собственных головах, до тех пор основная масса нации будет жить по скотски. С глубочайшим уважением к Вашей позиции. Сергей Луговцев Сколько могла бы эта душа еще сказать... А может быть и не дали... бы... ---- Письмо было отправлено через почтовую службу сервера Стихи.ру автором Юрий Луговцев Юрий имел в виду моё скромное эссе об этой замечательной женщине - ученой, правозащитнице, художнице и поэтессе, - Ольге Ванецевой. Она теперь N1 в моём списке любимых современных поэтов, жаль - не успел с ней как следует списаться... И подставляя грудь космическому ветру... Ванецева И подставляя грудь космическому ветру к движению себя приговорил. Парсеки, мириады километров несёшься без руля и без ветрил. Но кто ты - добрый дух или злой гений, Владычицы - Вселенной жалкий шут, авантюрист, искатель приключений, или излишек, что отсек Прокруст? Наверно ты законам прекословишь из Рая в Преисподню по пути, незыблемые истины злословишь, пытаешься иллюзию спасти. И перед строем звёздного парада ты выхватил серебряный клинок и, вспомнив культ старинного обряда, заплёл невыразимое в венок. Но еретик Вселенной не опасен. Ты с Вечностью ведёшь неравный бой. Конец и неизбежен и ужасен, и на щите вернёшься ты домой. Тебя приговорили на закланье и нет дороги на запасный путь. В полете ты услышишь заклинанье, но никуда не сможешь повернуть. Покажется - уже достиг Вершины, подумаешь, что есть всему конец... В иллюзии ты понял половину, другая половина - Бог-Отец.

Эуг Белл: Б.Л.Пастернак: На протяженье многих зим Я помню дни солнцеворота, И каждый был неповторим И повторялся вновь без счета. И целая их череда Составилась мало-помалу - Тех дней единственных, когда Нам кажется, что время стало. Я помню их наперечет: Зима подходит к середине, Дороги мокнут, с крыш течет И солнце греется на льдине. И любящие, как во сне, Друг к другу тянутся поспешней, И на деревьях в вышине Потеют от тепла скворешни. И полусонным стрелкам лень Ворочаться на циферблате, И дольше века длится день, И не кончается объятье. 1959

Алексей Ильинов: И дольше века длится день, И не кончается объятье. Спасибо, Жень.

arjan: Б.Пастернак Из черновиков к "Ветер", 1956 г. Кому быть живым и хвалимым, Кто должен быть мертв и хулим, Известно у нас подхалимам Влиятельным только одним. Не знал бы никто, может статься, В почете ли Пушкин иль нет, Без докторских их диссертаций, На всЁ проливающих свет. Но Блок*, слава богу, иная, Иная, по счастью, статья. Он к нам не спускался с Синая, Нас не принимал в сыновья. Прославленный не по программе И вечный вне школ и систем, Он не изготовлен руками И нам не навязан никем. (* аллюзии не только к Блоку, но и к Ефремову, педагогам, форумам и т.д. ): Кому быть живым и хвалимым, Кто должен быть мертв и хулим, Известно у нас подхалимам [Всезнающим нашим одним]. [Властительным только одним]. Учительствующим одним. Всезнающим только одним. Влиятельным только одним. Влиятельным нашим одним. Не знал бы никто, может статься, [Достоин ли Пушкин иль нет,] [Годится ли Пушкин иль нет,] Годится ль нам Пушкин иль нет, В почете ли Пушкин иль нет, Без докторских их диссертаций, [Дающих на это ответ]. На все проливающих свет. Но Блок, слава Богу, иная, Особая, к счастью, статья. Иная, по счастью, статья. Он к нам не спускался с Синая, Нас не призывал в сыновья. Нас не принимал в сыновья. Прославленный не по программе [Великий вне всяких систем,] Ценимый вне школ и систем, Он вечен вне школ и систем, И вечный вне школ и систем, [Он не сфабрикован руками] [Не свалян как тесто руками] Не свалян из грязи руками Не сделан он грубо руками Он не изготовлен руками И нам не навязан никем. * * *

Эуг Белл: По ходу дискуссий об образовании кто-то привел текст стихотворения: Дмитрий Лярев, "Русский пейзаж": Из моего окна видна, Та чёрно-белая страна, Которой не видны края, Больная родина моя. Страна доверчивых детей, Страна винтовок и плетей, Страна веселья сквозь толпу, Страна имён длинной в строку. Страна просторов и степей, Страна раздоров и цепей, Страна шизоидных идей, И полуграмотных вождей. Страна безумных виражей, Страна бредовых миражей, Страна неисчислимых бед, Страна проигранных побед. Страна фальшивых перемен, Страна обманов и измен, Страна, где есть кастет, И спят художник и поэт. Страна беспочвенных надежд, Страна пороков и невежд, Страна утраченной мечты, И беспросветной нищеты Страна бессильного труда, Где жизнь дешевле, чем руда, Страна рабов и бунтарей, Страна восстания царей. Страна разгромленных церквей, Чужая мать для сыновей, Страна неслыханных богатств, Страна подпольных тайных братств. Страна загубленных левшей, Страна святых и торгашей, Страна, где правят вор и плут, Страна героев и иуд. Страна всеслышащих ушей, Страна всесильных легашей, Страна с заплёванной душой, Страна, где слон оседлан вшой. Страна изуверских расправ, Где кто подлее тот и прав, Где суд вершит холёный льстец, Страна разорванных сердец. Страна, где некуда идти, Где перекрыты все пути, Где воры слаще соловья, Всё это родина моя. Мне подумалось: скажут: что ж ты, проповедуешь Путь Радости и такое мрачное стихотворение... Но он еще и Путь Любви. А любви в этом стихотворении очень много...

Андрей Козлович: Ненависти больше.

Эуг Белл: По мне, так нет вообще ненависти.

Андрей Козлович: Гм. Эуг Белл пишет: Чужая мать для сыновей, Ты нашу страну считаешь "чужой матерью"?

Эуг Белл: Да. То есть мать, бросившая детей, ставшая им чужой. В общем-то образ, ставший классическим в русской поэзии. Это стихотворение в общем-то во многом СУММИРУЕТ как в своего рода энциклопедии многие образы русской поэзии. А скажи, по-твоему, родина (наша страна) не бросила Левшу? Не отказалась от него? А вспомни труп Пушкина, преданного царем, тайно вывозимый из Санкт-Петербурга? Не отказ? А самолет, на котором Солженицына увозят заграницу - не отказ? Я привожу только малую толику, да притом - из самых великих, но ведь то же повторялось И ПОВТОРЯЕТСЯ со всеми, кто сколь-нибудь выбился из общей быдло-колеи. Даже думаешь, не есть ли Стрела Аримана специально русское явление?

Эуг Белл: И вот мне и подумалось: ну если мы так все это ясно и четко ВИДИМ, так интегрированно формулируем, понятно ДЛЯ ВСЕХ: то, может быть, уже пришла пора, когда мы ПЕРЕМЕНИМСЯ и СТАНЕМ ЛУЧШЕ??? Даже глядя вот на ЭТО думаешь: такие дворцы строили только в 18 веке... а история имеет обыкновенность повторяться как фарс. И что с того, что строят на века? Говорят же: если хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах.

Эуг Белл: Откуда ты взял, что я за развал России. Не приписывай мне того, что я не говорил и не говорю. Я тут цитировал Игоря Талькова, и давай продолжу: Я пророчить не берусь, Но точно знаю, что вернусь, Пусть даже через сто веков В страну не дураков, а гениев. И, поверженный в бою, Я воскресну и спою На первом дне рождения страны... То есть сто веков пусть стоит Россия. И еще, Андрей, - эта тема, где стихи. Обсуждение других проблем - в ДРУГИХ ТЕМАХ. Кто мешает открывать, а не оффтопить??

arjan: Новый стих моего приятеля Олега - эзотерика, нумеролога и т.д. Откуда строятся реальности мечты? Олег Ерофеев Вначале сон и тьма, что окружают нас, Потом - рёв света, что не вовремя подчас, Затем озноб, чутьё - упал последний мост; Солёное тепло невинных детских слёз, Чуть-чуть крови от игр из первых травм и ран. Дух долга, совести - нога ступила в храм, Крик пьяной страсти - слаще этих криков нет: Блаженство власти - детям передан билет. Весь коридор в крови - призывно манит долг Надежды... И величие, победа! Вздох... В далёком каземате эхо старых бурь, Покой. Издёвкою оскал трофейных шкур. И безразличность сил, и беспросветность лжи... Иллюзии, мечты.. любовь - вся наша жизнь. Любовью строятся реальности мечты! * * *

Трак Тор: Перенесено из "Смерти" Ничего, я серьезную тему смерти стихами продолжу? Вечное возвращение. (Бухта Инал) О.Чугунов Этот мир, этот свет, эти море и небо, и звездные дали, Солнце, льющее с неба потоки огня, Наблюдаю я каждый сентябрь, весь в тоске и печали: Будет также и дальше всё, только не будет меня. Но слыхал я: всё в мире должно повториться, В бесконечности времени, в непредставимой дали. И я верю, что все будет так, как поведал нам Ницще, Снова в бухту Инал приплывут и мои корабли. Повторится и этот сентябрь до мельчайших деталей, Снова будем сидеть мы с тобой на морском берегу: Этот мир, этот свет и опять эти звездные дали. И Мухтар пробежит, свою лапу задрав на бегу. Бухта Инал, 14.09.06 ------------------------------- Вечное возвращение – основная идея книги «Так говорил Заратустра» Ф. Ницше. «Теперь расскажу я историю Заратустры. Основная концепция этой работы, мысль о вечном возвращении, эта высшая формула утверждения (die Bejahung), которая вообще может быть достигнута, относится к августу 1881 года: она набросана на листке бумаги с подписью: “6000 футов по ту сторону человека и времени”. Я шел в тот день лесами у озера Сильваплана; у могучего пирамидального камня поблизости от Сурлея остановился. Там и пришла ко мне эта мысль... » Бухта Инал находится в Туапсинском р-не, между Джугбой и Архипо-Осиповкой. Мухтар жил на базе «Роснефть»

Эуг Белл: Трак Тор пишет: Ничего, я серьезную тему смерти стихами продолжу? Вечное возвращение. (Бухта Инал) Хорошие, красивые стихи...

Трак Тор: Эуг Белл пишет: Хорошие, красивые стихи... А можешь увидать в них "волошинский след"? Понимаю, непохоже (ни по форме, ни по уровню, но написано под впечатлением "Выйду на кровлю, склонюсь на четыре..." Насколько помню

Трак Тор: Делавши запрос по Хомо Сапиенс для темы Смерть, нашел: Хомо Сапиенс Автор: Андрей Воскресенский (freewing@nordnet.ru) Дата публикации: 01/08/2005 Сотри своё лицо… Сотри ухмылку с губ… Бог щедр на гордецов, А на провидцев скуп… Прибежище слепцов, Наш разум просто глуп! Сотри свои глаза; Слезу побереги: Себя жалеть нельзя, Как, впрочем, и других… Опасная стезя: Наш ум не зрит ни зги! Сотри свой важный взгляд, Отбрось надутый вид… Твои раздумья - яд, Поток сплошных обид… Сомненьями объят, Наш разум - пьяный гид! Сотри свои черты, Закончи разговор, В безбрежность пустоты Мысль выдави из пор. Твои слова - не ты… Наш разум - наглый вор! Сотри своё клеймо Избранника судьбы… Забудь кормить дерьмом Извилины-рабы. Молчание - ярмо, А разум - дикий бык! Сотри свою любовь, Смой обнажённый стыд; Пусть твой земной альков Измены не простит. Игрушка для мозгов, Наш ум - сплошной инстинкт! Сотри свою мечту И не надейся впредь… Пророков здесь не чтут… Дай Будде умереть… Испорченный продукт, Наш разум - наша смерть! Сотри свой вечный страх - Смерть не скостит часы: Услужливо остра Сталь роковой косы. Заносчивый кастрат, Наш разум - блудный сын! Сотри чужое «я» С отверженной души… Душа - она твоя, А остальное – «пшик»! Кривляка и паяц, Наш разум - вечный жид!

Трак Тор: Размышление о Ноосфере, случившееся над полузадушенным тараканом 28.12.07 в момент произнесения радиоточкой слова «Россияне!» (О.Чугунов) …Ужель прошло четыреста минут, Как ты погиб, но шевелишь усами? И кошки на душе скребут, Что сделал я вот этими руками! Но вдруг раздался Голос за спиной, По радио сказали «Россияне!» И я подумал: Боже! Боже мой, Валяюсь я на мягком на диване, Горжусь своею умной головой. А ты… мой рыжий брат, ты тоже Россиянин! Живем ведь (жили) мы в стране одной, На этаже одном, в одном пьем воду кране. Наутро, блеклым солнцем осиян Подумал, даже малых россиян Что малыми обходятся мозгами Нам убивать грешно. Пусть проживают с нами. …Меж тем сеть ганглиев (штук двадцать их намерим) Антенной ус задрав, сигналит Ноосфере…

Андрей Козлович: Трак Тор пишет: А ты… мой рыжий брат, ты тоже Россиянин! Живем ведь (жили) мы в стране одной, На этаже одном, в одном пьем воду кране. Не понял. Тарканы это манкурты от биологии?! И с ними должны "разобраться" "молодёжные истребительные отряды" Ефремова?! Или Вы считаете, что тараканов нужно оставить жить как древнейший эволюционный вид, во имя развития биологической науки?!

Трак Тор: Мне их жалко :) У них усы как антенны и они определенно сигналят ими Ноосфере о нарушении прав животных меньшиннств на нашей планете :)

Андрей Козлович: Эт точно! Свободу тараканам!!! Даёшь партию борцов за право тараканов на жизнь!!! И вообще за права тараканов!!! Спасём братьев наших меньших от ефремовского геноцида!!! Э... экоцида!!! Ура, товарищи!!!!!

Трак Тор: Спокойно, Андрей. За нами следят. Союз "Меча и Орала". Орало придется немного прикрыть :)

Андрей Козлович: Да я шучу, Олег. Плохо, что Женя не шутит!

Трак Тор: Разговор в небесной проходной (О.Чугунов. Из "эрфромовского") - Дайте разрешение на вынос времени! - Запрещено, оно беременно Будущим. Вас в списке Будущего Нет! Вам разрешается лишь выйти на обед. Вам можно вынести с собой с работы Ваши производственные заботы, Заметки и планы на текущий день И всякую прочую дребедень. А мысли о будущем, божественный свет- Нет! Ознакомьтесь: печать, подпись - Зав. БелыйСвет.

Дед Мороз:

Дед Мороз: Теперь захотелось обратиться к Аржанову, как в 1980 г. в самиздате некто обратился к Евтушенко: "Вознесенский прекрасно выдал. Женя, умница, где же Вы?"

Трак Тор: Ночью на форуме (О.Чугунов) Ночь за окнами... много работы. Я на кнопку "подробнее" жму: Семь на форуме - я и боты, Гугль и Яндекс, а Женя - в Крыму... Старый спор пыльным шлейфом тащится, И никак я, никак не пойму, В три часа на экран мне таращиться Нафига? Я, пожалуй, пойду... 07/05/11 2:45

Дед Мороз: Присоединяйтесь к Аристону, там Вы тоже нужны

Дед Мороз: Люб мне Эуг Белл, как командор. Снайпер Трак Тор целит точно в лузу, Интерактивен, оживляет спор. И Аржан, как фаворит у Музы. Почти по А.Вознесенскому.

arjan: Иван Антонович Ефремов(почти по Маяковскому;) Если бы ````Ефремов был ````````````бесспорнен ````````````````` и божествен — я б ````от ярости `````````````себя не поберёг: я б ```плевал ````````в самодовольство ````````````````````«чтений», * зная их ```````междусобойчик `````````````````````поперёк! Я б ```нашёл ```````слова презрения ```````````````````начётчикам, и пока ```забанен не был бы ```````````````` ай-пишник мой, ** раздавал бы ``````````виртуальные ````````````````````пощечины, паразитам ````от «божественных» ````````````````кричал: ``````````````````Д О Л О Й ! * - ежегодные "ефремовские чтения", что формализирутся и скучнеют раз от раза ** - реальные баны за критику официального "ефремоведения" на некоторых форумах Рунета 2011.

Эуг Белл: Супер!

Дед Мороз: По А.Вознесенскому: Врубите нам Трак Тора в полную силу Без всякого цоколя в небо России! По А.Розенбауму: Отдайте Трак Тора же нам - Я снова трактовать хочу. В чего-нибудь, кого-нибудь, Но верить! Мне легче будет жизнь Свою измерить, И смысл её найти, Равняясь по его плечу. Уважаемый Трак Тор, чувствуется Ваше отсутствие ( нервно курим в ожидании )

Дед Мороз: тwaрь~” зашел на огонек Не зарегистрирован Отправлено: 14.11.07 19:05. Заголовок: Спасибо за работу и .. Спасибо за работу и внимание, подробнее отвечу в своей теме, а здесь пока скажу, что я действительно любознательная, игривая, эмоциональная и ответственная (в своём деле и отношениях). Начатые дела и завязанные отношения, кажется, сама вообще никогда не забрасываю и не "рву", а только отрываюсь силами внешних обстоятельств или растратив свои ресурсы. Начать могу не сякое дело, хотя довольно адаптивна (по технической части). Отношения с людьми у меня соответствуют описанным пока только во снах и в воображении (оно у меня где-то наполовину состоит из своенравных псевдогаллюцинаций(собственно от них и "балдею")). А в реальности привыкла быть застенчивой и давно прослыла труднопонимаемой чудачкой (хотя с ребёнком, племянницей, у нас пока хорошие отношения с взаимопониманием). От себя детей у меня не может быть. "От себя детей у меня не может быть". Грустно, господа - товарищи... [BR]http://mirpesen.com/ru/aleksandr-rozenbaum/prestarelyj-i-xromoj-pojet.html

Трак Тор: Напомню, эта тема - стихи.

Дед Мороз: Машина Времени Текст песни «Я с детства склонен к перемене мест» Я с детства склонен к перемене мест, Я путаю прощанья и прощенья, Мне дорог в путешествии отъезд, Всегда с трудом дается возвращенье, В том нет моей вины - таков мой крест. Всю жизнь менять свое расположенье, Прощать, прощаться, снова быть в движенье... Я с детства склонен к перемене мест. Я с детства склонен к перемене мест. И где-то, на последнем берегу Я путь окончу в этом нет сомненья И вряд ли я простить себе смогу, Что больше невозможно возвращенье, Но буду благодарен я судьбе, За то, что выбрал путь порою ранней, И в том пути я верен был себе, И в сердце жив костер воспоминаний. Я с детства склонен к перемене мест

Эуг Белл: ЛЕОНАРДО ДА ВИНЧИ О, Винчи, ты во всем — единый: Ты победил старинный плен. Какою мудростью змеиной Твой страшный лик запечатлен! Уже, как мы, разнообразный, Сомненьем дерзким ты велик, Ты в глубочайшие соблазны Всего, что двойственно, проник. И у тебя во мгле иконы С улыбкой Сфинкса смотрят вдаль Полуязыческие жены,— И не безгрешна их печаль. Пророк, иль демон, иль кудесник, Загадку вечную храня, О, Леонардо, ты — предвестник Еще неведомого дня. Смотрите вы, больные дети Больных и сумрачных веков Во мраке будущих столетий Он, непонятен и суров,— Ко всем земным страстям бесстрастный, Таким останется навек — Богов презревший, самовластный, Богоподобный человек. Д.С.Мережковский.

arjan: НЕ ИСЧЕЗАЙ Евгений Евтушенко Не исчезай... Исчезнув из меня, развоплотясь, ты из себя исчезнешь, себе самой навеки изменя, и это будет низшая нечестность. Не исчезай... Исчезнуть — так легко. Воскреснуть друг для друга невозможно. Смерть втягивает слишком глубоко. Стать мертвым хоть на миг — неосторожно. Не исчезай... Забудь про третью тень. В любви есть только двое. Третьих нету. Чисты мы будем оба в Судный день, когда нас трубы призовут к ответу. Не исчезай... Мы искупили грех. Мы оба неподсудны, невозбранны. Достойны мы с тобой прощенья тех, кому невольно причинили раны. Не исчезай. Исчезнуть можно вмиг, но как нам после встретиться в столетьях? Возможен ли на свете твой двойник и мой двойник? Лишь только в наших детях. Не исчезай. Дай мне свою ладонь. На ней написан я — я в это верю. Тем и страшна последняя любовь, что это не любовь, а страх потери. 1977

Трак Тор: Осип Мандельштам Холодок щекочет темя Холодок щекочет темя, И нельзя признаться вдруг,- И меня срезает время, Как скосило твой каблук. Жизнь себя перемогает, Понемногу тает звук, Всё чего-то не хватает, Что-то вспомнить недосуг. А ведь раньше лучше было, И, пожалуй, не сравнишь, Как ты прежде шелестила, Кровь, как нынче шелестишь. Видно, даром не проходит Шевеленье этих губ, И вершина колобродит, Обреченная на сруб.

Трак Тор: Богданов Поэзия (повод: Потонувший Колокол Гауптмана) I Из тысячи блещущих ярких идей, Что вихрем в душе возникают твоей, Одну, всех прекрасней ты избери, И плотью и кровью ее одари. Пускай с ослепительным истины светом, Вся мощь, весь порыв идеальных страстей, Владеющих правды бойцом и поэтом, Сольется в мечте лучезарной твоей. В гармонии полной с ее красотою С небесною, строгой ее чистотою Одень ее тканью прозрачною слов Расшитой узором чарующих снов. Как солнца весеннего первая ласка, Пройдет средь людей благородная сказка, И, мрак их сердец рассекая собой, Она принесет пробуждение спящим, Минуты забвенья душою болящим, И силу - бойцам, утомленным борьбой. 1898 Было опубликовано на сайте Института Богданова

kssa: gathering morning old man's endless shuffling to infinities (с)Manu Kant 17 минут назад

Эуг Белл: сборка утра старческое шарканье без конца до бесконечности Ну и что? Ничего не понял. Так ты воспринимаешь форум (в точном согласии с темой)?

Алексей Ильинов: Эуг Белл пишет: Так ты воспринимаешь форум (в точном согласии с темой)? Да, Женя, стал ты, таки, чуть ли не хокку сочинять... Вот он, дзэн-буддизм нашего Эуг Белла. А меня тут не так давно на декаданс в духе Бодлера, Рембо и Лотреамона "прорвало" - http://www.peoples-rights.info/2011/05/son-caricy-sinej-stepi/

Эуг Белл: Это не я сочинил, Алеш, это Ксса привела, я просто перевел с английского (как сумел; а что - не правильно?). Меня смутило: неужели Ксса воспринимает нас вот так? Все возможно...( Прочитал, но воспринял только поверхностно - наверно, во всем этом много личного... я не ошибаюсь?

Алексей Ильинов: Эуг Белл пишет: Прочитал, но воспринял только поверхностно - наверно, во всем этом много личного... я не ошибаюсь? Жень, спасибо, что прочитал. Это, так сказать, "обратная сторона" моего творчества. Скорее, это нечто из области снов, где всё очень уж зыбко, неясно, мутно... Есть и некоторый сарказм. И, в то же самое время, озарение - Царица Синей Степи. Ну а это большое "стихотворение в прозе" было навеяно Артюром Рембо (откуда и весь "декаданс") и, в то же самое время, Тимуром Зульфикаровым.

Трак Тор: А.Пушкин СТИХИ, СОЧИНЕННЫЕ НОЧЬЮ ВО ВРЕМЯ БЕССОННИЦЫ Мне не спится, нет огня; Всюду мрак и сон докучный. Ход часов лишь однозвучный Раздается близ меня, Парки бабье лепетанье, Спящей ночи трепетанье, Жизни мышья беготня... Что тревожишь ты меня? Что ты значишь, скучный шепот? Укоризна, или ропот Мной утраченного дня? От меня чего ты хочешь? Ты зовешь или пророчишь? Я понять тебя хочу, Смысла я в тебе ищу...

Эуг Белл: Пастернак Борис Объяснение Жизнь вернулась так же беспричинно, Как когда-то странно прервалась. Я на той же улице старинной, Как тогда, в тот летний день и час. Те же люди и заботы те же, И пожар заката не остыл, Как его тогда к стене Манежа Вечер смерти наспех пригвоздил. Женщины в дешевом затрапезе Так же ночью топчут башмаки. Их потом на кровельном железе Так же распинают чердаки. Вот одна походкою усталой Медленно выходит на порог И, поднявшись из полуподвала, Переходит двор наискосок. Я опять готовлю отговорки, И опять все безразлично мне. И соседка, обогнув задворки, Оставляет нас наедине. Не плачь, не морщь опухших губ, Не собирай их в складки. Разбередишь присохший струп Весенней лихорадки. Сними ладонь с моей груди, Мы провода под током. Друг к другу вновь того гляди, Нас бросит ненароком. Пройдут года, ты вступишь в брак, Забудешь неустройства. Быть женщиной - великий шаг, Сводить с ума - геройство. А я пред чудом женских рук, Спины, и плеч, и шеи И так с привязанностью слуг Весь век благоговею. Но как ни сковывает ночь Меня кольцом тоскливым, Сильней на свете тяга прочь И манит страсть к разрывам.

arjan: Представляю еще одного знакомого поэта - Константин Никитин, лидер питерской рок-группы "Stanislavsky"... В 2004 он подкупил свободомыслием в манифесте, затем в записи с Я.Аракчеевым "Вверх по реке" (я даже сделал на него неск. клипов) , и вот - свежие стихи: Апрель-май У школьных запертых дверей Толпа учеников Горят костры из букварей Костры из дневников Еще немного - и попрёт Из всех щелей весна Никто не знает наперёд Зачем и нахрена 2009 есть Среди лесов, полей и рек В зеленом пиджаке Идет хороший человек С бутылкою в руке В другой руке айфон лежит На лбу лежит загар А изо рта его бежит Веселый перегар Уже суббота настает Колышутся поля Вокруг шатается, поет Родимая земля Вот, сделав озорной глоток, Рукой умелой он В реки сияющий поток Бросает свой айфон Вот он шагает по шоссе По лужам, по траве Почти такой же как и все Хороший челове Без документов, босиком Гуляет налегке И жизнь струится ветерком Сквозь дырки в пиджаке Счастливым взглядом городским Обводит он окрес-ть Я тоже мог бы стать таким Да это я и есть 2010

Трак Тор: Человек в Сети О.Чугунов Посвящается Арису Линске и дискуссии о Ноополисе 2004 года Мой удалённый собеседник! В Сети Всемирной Паутины Кипит наш разум возмущённый. О светлом будущем картины Перемежаясь со стихами, Летят, как птицы в поднебесье Под облаками. В ночной тиши иль ясным утром, Под солнцем жарким иль дождями Гудит натружено компьютер. И, как в потенциальной яме, Томится мысль в плену догматов, Конец развитию приматов Не за горами. И вот, зарёю Ноосферы, Блестя стенами из ЭЛСТАР*а, Град «Ноополис Кампанелла» Рождается в огне пожара, Горящего в душе смятенной! Нет, правда, город обалденный. Другим не пара. Но кончен бал, погасли свечи, На Форуме затихли речи, Что с лета до весны звучали. Что нам с тобою, друг, осталось?** Был сонм людей – не удержали, Ужели всё нам ПОКАЗАЛОСЬ? И мы в печали. *Элстар – дешевый материал для изготовления панелей, выбранный А.И. для строительства домов в Ноополисе. ** Автор не пытается примазаться к славе А.И. и просит извинить его за излишнюю фамильярность. Чего не сделает графоман ради удачной рифмы!

Дед Мороз: Арис Лински пишет: НН Пост N: 601 Зарегистрирован: 13.11.07 Отправлено: 02.07.11 19:31 Дед Морозов цитата: А Вы считаете, что из грузин на базаре состоит весь грузинский народ? Я по служебным делам бывал раньше в России и в Беларуси, после чего сделал вывод, что украинцы на тамошних базарах - ещё не весь народ Дорогие товарищи, учитесь самостоятельно корректировать неточные формулировки коллег! Носитель языка всегда находится в более выигрышном положением в споре. в обычном разговоре перед тем, для кого этот язык - неродной. Граждане Союза, конечно, знали раньше неплохо русский язык. Я ж говорю о нынешних поколениях постсоветских граждан. Для меня странно говорить, например, с финном на английском. Если он не чувствует унижения, то я его точно чувствую. И правда, вроде бы, в 2004 г. он лучше помнил русский может это кощунство, но приходят ассоциации: Да будь я и негром преклонных годов... (В.Маяковский) Стихи...

Трак Тор: Ответ Ариса Лински Олегу Ч. О нет, не знал твой друг печали, Хоть очень долго мы молчали. Пускай затихли наши речи, Но дух романтики – он вечен! …Твой друг мотался по равнине, И по речной псельской долине, И по холмам, и по горам, Он сбросил… десять(!) килограмм. (Замечу, кстати, - это счастье! Лишиться лишней, жирной части, Упруго членами водить - Легко и бегать, и ходить). Но это мелочи, мой друг. Наш диалог – на новый круг Сегодня ль, завтра перейдёт. Ведь я не просто в пеший ход От скуки или от греха Весной ударился слегка. Я сотни вёрст с сумою шёл И вот – о, эврика, нашёл! Нашёл я ОБРАЗЫ мечты И обалденной красоты. Представь себе отвесный брег Одной из живописных рек.. Гляжу я с брега в синю даль, А рядом персики, миндаль Благоухают по весне (Иль мне причудилось во сне?) Вокруг разбросаны дома (Как будто классиков тома). В домах гудят компьютера: В домах живут программера. В почёте здесь - Ефремов, Лем… Материальных – нет проблем. Вокруг – точёные тела… И треугольные дела. И всё здесь слаще во сто крат: Ведь всяк – товарищ, друг и брат… И всех зову я посмотреть, И прослезиться, утереть Скупую, горькую слезу. И эту дивную красу Навеки в памяти сберечь… ...................................... За сим кончаю эту речь.

Дед Мороз: Простите за офф-топ, так вот почему он стал забывать русский Он латыш, живущий в Сумах ( на Украине ) ? Он не забывает русский и он не латыш. Я не спрашивал его национальность, если интересно, могу фамилию в личку Да и то правда Это из-за его социалистического мировоззрения возникли ассоциации: Да будь я и негром преклонных годов, и то - без унынья и лени я русский бы выучил только за то, что им разговаривал Ленин. В.Маяковский. Эх, " не тот теперь Миргород, и речка-Псёл не та..."

Трак Тор: А.Пушкин * * * Exegi monumentum1) Я памятник себе воздвиг нерукотворный, К нему не зарастет народная тропа, Вознесся выше он главою непокорной Александрийского столпа. Нет, весь я не умру -- душа в заветной лире Мой прах переживет и тленья убежит -- И славен буду я, доколь в подлунном мире Жив будет хоть один пиит. Слух обо мне пройдет по всей Руси великой, И назовет меня всяк сущий в ней язык, И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой Тунгус, и друг степей калмык. И долго буду тем любезен я народу, Что чувства добрые я лирой пробуждал, Что в мой жестокий век восславил я Свободу И милость к падшим призывал. Веленью божию, о муза, будь послушна, Обиды не страшась, не требуя венца, Хвалу и клевету приемли равнодушно И не оспоривай глупца. ------------------------------------------------- Выделение жирным шрифтом - моё. Свобода - это свобода, а не осознанная кем-то необходимость. В том числе (и первоочередно) и свобода высказываний

Трак Тор: Александр Володин (1919 — 2001) Простите, простите, простите меня! И я вас прощаю, и я вас прощаю. Я зла не держу, это вам обещаю, Но только вы тоже простите меня. Забудьте, забудьте, забудьте меня! И я вас забуду, и я вас забуду, Я вам обещаю, вас помнить не буду, Но только вы тоже забудьте меня! Как будто мы жители разных планет. На вашей планете я не проживаю. Я вас уважаю, я вас уважаю, Но я на другой проживаю. Привет! 1976.

Дед Мороз: В.С.ВЫСОЦКИЙ. Как все мы веселы бываем и угрюмы, Но если надо выбирать и выбор труден, Мы выбираем деревянные костюмы, Люди, люди... Нам будут долго предлагать - не прогадать. - Ах!- скажут,- что вы, вы еще не жили! Вам надо только-только начинать... - Ну, а потом предложат: или-или. Или пляжи, вернисажи или даже Пароходы, в них наполненные трюмы, Экипажи, скачки, рауты, вояжи... Или просто - деревянные костюмы. И будут веселы они или угрюмы, И будут в роли злых шутов иль добрых судей, Но нам предложат деревянные костюмы, Люди, люди... Нам могут даже предложить и закурить. - Ах!- вспомнят, - вы ведь долго не курили. Да вы еще не начинали жить...- Ну, а потом предложат: или-или. Дым папиросы навевает что-то... Одна затяжка - веселее думы. Курить охота, ох, курить охота! Но надо выбрать деревянные костюмы. И будут вежливы и ласковы настолько - Предложат жизнь счастливую на блюде. Но мы откажемся... И бьют они жестоко, Люди, люди, люди... 1967

Трак Тор: Генрих Гейне (1797—1856) «Вопросы» Скажите, волны: что есть человек? Откуда пришел он? Куда идет? Кто там над нами живет, на звездах золотых? Волны журчат своим вечным журчаньем; Веет ветер; бегут облака; Блещут звезды, безучастно-холодные... И дурак ожидает ответа.

Дед Мороз: Это все вопросы глупые... Доктор: Хм. Зачем! Он спрашивает - зачем жить? Зачем? Зачем акуле помидоры, Зачем слепому лунный свет, Зачем леса, поля и горы, Зачем родился я на свет? Это все вопросы глупые, Это все вопросы лишние... Отвечай свободно, Что тебе угодно - Хор мальчиков: ...Все равно не будет ничего! Ученый: Боже... Куда же мы идем? Доктор: Хм. Он спрашивает - куда? Куда! Куда пропали артишоки, Куда правительство глядит, Куда идет седьмой автобус, Куда уходит жизнь моя? Это все вопросы глупые, Это все вопросы лишние... Мы про это знаем, Глубоко вздыхаем... И опять вопросы задаем. Хор мальчиков: Это все вопросы глупые, Это все вопросы лишние! Мы про это знаем, Глубоко вздыхаем... Доктор & хор мальчиков: ...И опять вопросы задаем. В. Дашкевич - Ю. Ким ( песня из к/ф "Тень, или Может быть, всё обойдётся" ).

Дед Мороз: Здравствуйте, дети И.В.Якушенко - Л.П.Дербенев Поговорить нам необходимо, Годы торопят, годы правы. Где-то разлука ждет впереди нас, Старшими в доме станете вы. Вам еще предстоит, Вам еще предстоит узнать, Как порой нелегко, Быть людьми, Быть людьми! Здравствуйте, дети. Здравствуйте, дети! Новые люди, нашей земли. Мы отдадим вам, вместе с планетой, Звездные планы и корабли. Много вопросов, мало ответов, Споры о счастье и о любви. Вам еще предстоит, Вам еще предстоит узнать, Как порой нелегко, Быть людьми, Быть людьми! Здравствуйте дети. Здравствуйте, дети! Новые люди, нашей земли. Пусть будет счастье, и откровенность, В разноязыкой, шумной семье. Пусть вам помогут, мудрость и смелость, Старшими трудно, быть на земле. Вам еще предстоит, Вам еще предстоит узнать, Как прекрасно всегда, Быть людьми. Быть людьми! Здравствуйте дети. Здравствуйте, дети! Новые люди, нашей земли.

arjan: Анатолий (Джордж) Гуницкий* * * * Пусть завидуют нам звезды, Созерцатели немые, На заброшенной планете Суета сует царит, Великан в тиши далекой Лишь зевнуть разок успеет, Пляшет девушка смешная Имя жизнь ей дано. Как зеленая травинка Через грозы лезет выше, Так и мы стремимся к свету Утверждая разум свой, Да, в тумане безразличном Вновь замкнет кольцо дорога, Пусть завидуют нам звезды Ведь сегодня мы живем! 1973 ПРОСЫПАЕТСЯ ЧЕЛОВЕК Просыпается человек Оглядывается Смотрит внимательно Удивляется Ищет в пыльных карманах время Не знает, куда спешит Забывает о том, о чем не знал никогда Через энное количество Незаконченных дней Изнурительных вечеров Неприметных ночей Умирающих тусклым утром Падает в разные стороны света Путает оксолин с вольтареном Не узнает себя самого Становится меньше Устает Опять засыпает 29.09.2010 МЫ ОСТАНЕМСЯ ЗДЕСЬ Мы останемся здесь Хотя вокруг почти никого не осталось Что из того Будем про музыку говорить Или о чем-то другом Все равно уже Все равно Но о музыке – незачем говорить Лучше слушать, не задавая вопросов Смотреть сквозь Молчать Или не слушать Иногда делая вид Будто бы что-то знаем Беззвучно смеяться Улетать Бог знает куда Понимая, что хотим того или нет Мы останемся здесь Станем спрашивать друг у друга О чем-то Спрашивать, не задавая вопросов Не ожидая ответов Здороваться и прощаться Провожать и немного встречать Добродушно ворчать Изображать удивление Смотреть фильм про STONES Приходить к разнокалиберным выводам Звонить и записывать Похлопывать древней ручкой По заснувшей бумаге Не говорить ничего Знать и не знать Что теперь точно Мы останемся здесь. 29.10. 2010 ТЕКУЩЕЕ В НИКУДА Люди из прошлого Спешат в сторону настоящего Не понимают Еще не знают Уже не верят Что им не найдется места Поднимаются по лестнице Спускаются ниже Вспоминают слова Которые хотели сказать Разглядывают то Что не смогут увидеть Так начинается новое Текущее в никуда 15.01.2011 * Анатолий (Джордж) Гуницкий - один из создателей группы "Аквариум" и автор некоторых песен в ранних альбомах (до "Треугольника")

Дед Мороз: Саша Чёрный БОЛЬНОМУ Есть горячее солнце, наивные дети, Драгоценная радость мелодий и книг. Если нет — то ведь были, ведь были на свете И Бетховен, и Пушкин и Гейне, и Григ.. Есть незримое творчество в каждом мгновеньи — В умном слове, в улыбке, в сиянии глаз. Будь творцом! Созидай золотые мгновенья — В каждом дне есть раздумье и пряный экстаз... Бесконечно позорно в припадке печали Добровольно исчезнуть, как тень на стекле. Разве Новые Встречи уже отсияли? Разве только собаки живут на земле? Если сам я угрюм, как голландская сажа (Улыбнись, улыбнись на сравненье мое!), Этот черный румянец — налет от дренажа, Это Муза меня подняла на копье. Подожди! Я сживусь со своим новосельем — Как весенний скворец запою на копье! Оглушу твои уши цыганским весельем! Дай лишь срок разобраться в проклятом тряпье. Оставайся! Так мало здесь чутких и честных... Оставайся! Лишь в них оправданье земли. Адресов я не знаю — ищи неизвестных, Как и ты неподвижно лежащих в пыли. Если лучшие будут бросаться в пролеты, Скиснет мир от бескрылых гиен и тупиц! Полюби безотчетную радость полета... Разверни свою душу до полных границ. Будь женой или мужем, сестрой или братом, Акушеркой, художником, нянькой, врачом, Отдавай — и, дрожа, не тянись за возвратом: Все сердца открываются этим ключом. Есть еще острова одиночества мысли — Будь умен и не бойся на них отдыхать. Там обрывы над темной водою нависли — Можешь думать... и камешки в воду бросать... А вопросы... Вопросы не знают ответа — Налетят, разожгут и умчатся, как корь. Соломон нам оставил два мудрых совета: Убегай от тоски и с глупцами не спорь. 1910

Трак Тор: Райнер Мария Рильке (Ночной дозор безумия) Покачивает детскую кровать Безумье, не умеющее спать. Собаки мечутся и цепи рвут, Они дрожат, в их жилах стынет кровь, И в ужасе его ухода ждут И знают, что оно вернется вновь

arjan: Ко Дню учителя: Сочинение на свободную тему Stebo Эмма Соломоновна Альтшулер Заварила в турке чёрный кофе. Кружку наполняя им большую, Пролила немного. Ну и пофиг! Пачку сигарет LM открыла, Не смотря на сердце и простуду. Отключила тут же свой мобильник: Всё равно звонить никто не будет. Вечера у старых дев похожи - Легкий ужин, интернет, журналы. Повязать, конечно, ещё можно И пощёлкать в телике каналы. Ну, ещё есть стопочка тетрадок Надоевших школьных сочинений. Пишут всё безграмотней ребятки. Видно, Чехов был последний гений. Всё должна до сна она проверить. Завтра будет завуч на уроке. Ни зарплаты толком, ни карьеры, Только показушная морока... Наугад берёт она тетрадку: "Что нам пишет юный Мураками?" В первой строчке сразу непорядок: "Опыт к нам приходит лишь с гадами." Надо же, и всё-то им известно! А проверить словом "год" не в силах? Но опять читает, с интересом, Эту фразу Эмма: "Очень мило..." Достаёт из шкафа амаретто. Отхлебнув с горла вполне прилично, Она снова курит сигарету: "А поставлю-ка ему "отлично"!" Осушив ликерную бутылку И пролив весь кофе на тетради, Пьяным басом женщина завыла: "Нахрена мне опыт этот, га-а-а-д-ы-ы?" 2011

Дед Мороз: Не раз повторял капитан, что все беды от женщин И коль хоть одна на борту – то фрегат не жилец, С единственной той, что зовется Удачей, обвенчан, Другую он вряд ли когда-то повел под венец. Влюблялись в него сеньорины и леди, так что же? Он был и красив, и силен, гнул дублоны в руке, Но был океан ему всех леди мира дороже, И, чуть подлатавшись, фрегат исчезал вдалеке. Но как-то, такое бывает, берет верх природа, Наш юнга влюбился и где-то в Сиуте убег. И взяли мы нового на борт за час до отхода, И вышел в дежурство фрегат: «Добрый путь, с нами Бог!». Был тонок он, как колосок, и невысок, а голосок нам песней швы сердец, как швы бортов, промажет. Пусть плохо знал он такелаж – душой моряк, а значит, наш, И экипаж ему поможет с такелажем. Два месяца скуки, но вот чей-то парус в тумане, Смотри-ка, на флаге и череп, и крест из костей. «Ну, что же, - сказал капитан, - вновь удача сама мне… корсара послала! Наверх все, сто тысяч чертей!» Но ошибался капитан, два дня две ночи по пятам За ним мы шли в тумане тихою пантерой. И вот развязка и к концу стоим борт в борт, лицом к лицу, И будет бой, и значит будут им галеры. Для нас рукопашная – это привычное дело, Но жарким был бой и рубился пират в две руки. Тогда и меня, видишь шрам, чья-то шпага задела, Но я расплатился на месте – претят мне долги. И наш капитан в самой гуще, с ним справится, где там! Они ведь с удачею были друг другу верны. Рубился с тремя он, когда кто-то там из мушкета Решил и его угостить с трех шагов со спины. Не шпага! Пуля, вот в чем суть! Три шага – это тоже путь, И не дождалась пуля с капитаном встречи. Да, в этом суть – три шага – путь! Его закрыла чья-то грудь… Вот так мы юнгу потеряли… в этой сечи…. А после простились. Друзьям и тем, кто любимы… Как есть отписали, погиб, помня, веря, любя… И залпами с ромом усопшим воздали долги мы, Чтоб в следующий раз помянули, быть может, тебя. Был юнга, как брат мне, как жить дальше с вечной виною? Кому отписать? И нашёл я в его рундуке С пометкой конверт: «Вскройте, если вдруг что-то со мною», Для нашего брата нет странного в этой строке. Я вскрыл и стоял, будто кнехт, и не вымолвить слова… Стоял и не верил, а в сердце тайфуны и мгла: «Не Виком зовут, мол, меня - моё имя Виола. Простите, но, мол, по-другому никак не могла! Всегда семь футов кораблю! А я люблю, ну, хоть в петлю! Так извините за обман, не по злобе я! Пусть будет счастлив капитан, я же не любить его и там, На небесах и в преисподней не сумею!» Не раз повторял капитан, что все беды от женщин, И коль хоть одна на борту - пропадут моряки. С единственной той, что зовется Удачей, обвенчан, Напился в тот день и плакал… должно быть с тоски. (с) М. Боярский @темы: текст песни

Трак Тор: Жизнь в 100 словах. (автор?) Колыбель. Пеленки. Плач. Слово. Шаг. Простуда. Врач. Беготня. Игрушки. Брат. Двор. Качели. Детский сад. Школа. Двойка. Тройка. Пять. Мяч. Подножка. Гипс. Кровать. Драка. Кровь. Разбитый нос. Двор. Друзья. Тусовка. Форс. Институт. Весна. Кусты. Лето. Сессия. Хвосты. Пиво. Водка. Джин со льдом. Кофе. Сессия. Диплом. Романтизм. Любовь. Звезда. Руки. Губы. Ночь без сна. Свадьба. Теща. Тесть. Капкан. Ссора. Клуб. Друзья. Стакан. Дом. Работа. Дом. Семья. Солнце. Лето. Снег. Зима. Сын. Пеленки. Колыбель. Стресс. Любовница. Постель. Бизнес. Деньги. План. аврал. Телевизор. Сериал. Дача. Вишни. Кабачки. Седина. Мигрень. Очки. Внук. Пеленки. Колыбель. Стресс. Давление. Постель Сердце. Почки. Кости. Врач. Речи. Гроб. Прощанье. Плач.

arjan: Привет, Олег :) Я - виртуальный Влад Коне Я - виртуальный, Я - не сам, - Мое искусственное эго Слоняется в сетях и мегах, Уже не веря чудесам. Я - кнопка мышки На столе, Я - ник без плоти и обличья. Я всемогущ до неприличья. Я - воздух режущий стилет. Я - фурия С глазами ночи. Я бесполезен, как вендетта. Я, в общем, понимаю это, Но эго понимать не хочет. Я - виртуальный, Я - не сам... И чтоб стряхнуть чужое эго, Уйду под тучевое небо - Где дождь течет по волосам... 2001

Дед Мороз: Человеческая трагикомедия. Мама, каша, ложка, кошка, книжка, яркая обложка, Буратино, Kарабас, ранец, школа, первый класс, грязь в тетрадке, тройка, двойка, папа, крик, головомойка, лето, труд, овин, солома, осень, сбор металлолома, Пушкин, Дарвин, Kромвель, Ом, Робеспьер, Hаполеон, Менделеев, Герострат, бал прощальный, аттестат, институт, экзамен, нервы, конкурс, лекции, курс первый, тренировки, семинары, песни, танцы, тары-бары, Прелесть! Hравится! Влечет... Сессия, весна, зачет, стройотряд, жара, работа, культпоход, газета, фото, общежитье, «пас» и «мизер», радиола, телевизор, карандаш, рейсфедер, дом, пятый курс, проект, диплом, отпуск, море, пароход, Kрым, Ай-Петри, турпоход, кульман, шеф, конец квартала, цех, участок, план по валу, ЖСK, гараж, квартира, теща, сын, жена Эльвира, детский сад, велосипед, карты, шахматы, сосед, сердце, печень, лишний вес, внуки, пенсия, собес, юбилей, часы, награда, речи, памятник, ограда. из Клуба 12 стульев "Литературной газеты" эпохи душелюба и жизневеда Евгения Сазонова.

arjan: Песня о собачьей жизни Александр Коняшов Коняшов Александр Игоревич ( Розенштром) родился 11 июня 1960 года, г.Москва - поэт, прозаик, главный редактор издательства детской книги «Август» (1998-2009), генеральный продюсер телекомпании «Живые новости» (1996-2009), главный редактор и издатель историко-литературного и библиографического журнала «DE VISU» (1992-1994). Закончил факультет журналистики МГУ. Автор сборника стихов "Жалобы турка" (1997), повести "Зелик" (2002), детских книг "Енот и бабочка", "Куда девалось мыло?", "Веник" (2000), "Воздушный дом", "Иголка и нитка" (2001) и двойного CD-альбома "Если хозяин с тобой / Мы нарисуем дом" (1997, в соавторстве с композитором Г. Гладковым). Издатель и редактор книги Самуила Киссина (Муни) "Легкое бремя" (1999). Автор и продюсер телепрограмм "Дог-шоу. Я и моя собака" (1995), "Путешествия натуралиста" (1999), Автор сценария и режиссер полнометражного художественно-публицистического фильма "Весела была ночь" (1989) и множества других телевизионных проектов. Руководитель проекта "Журнал "Путешествия натуралиста"". Программа "Путешествия натуралиста" второй год подряд получает премию ТЭФИ. "Дог-шоу" – пять номинаций премии ТЭФИ. Лауреат премии «Лучшая книга года» (2002) Странный случай со мной приключился - Не во сне, а представь наяву: Я в домашнего пса превратился И в шикарной квартире живу! Стал я редкостным с виду уродом: Сплю на кресле, Кусаю гостей, — Но таким окружили уходом, Даже мясо дают без костей... Припев: Скажите, скажите — всё это враки? Всё это шуточки и не всерьёз? Граждане, граждане! Все мы немножко собаки! Каждый по-своему пёс… Странный случай со мной приключился. Не во сне, а представь наяву: Я в бездомного пса превратился, И в безлюдном подвале живу... И такую мне дали свободу, Словно дереву или цветку! Я гуляю в любую погоду И доволен любому куску... Припев. Хочешь к празднику новую будку? Кашу с косточкой хочешь? — Служи! И без устали целые сутки Тявкай, гавкай, кусай, сторожи! Может, к пенсии новый ошейник Получу я за это? — Как знать… А потом в лопухи и репейник Я спокойно уйду умирать. Скажите, скажите — всё это враки? Всё это шуточки и не всерьёз? Граждане, граждане! Все мы немножко собаки! Каждый по-своему пёс! 1995 И сразу слушать (жаль, пока нельзя встроить): Г.Гладков - Песня о собачьей жизни

Трак Тор: Луций Анней Сенека К деве — перевод В. Я. Брюсова Что оттягивать, свет мой, просьб свершенье, Что желать, чтоб я длил свои исканья? Так, во-первых, хитрить — нечестно деве, А, потом, тяжело и слишком трудно Долго так изнывать в желаньи страстном. Верь мне, кроме того, о дева! лучше В мире нет ничего — соитий быстрых. <1917> (курсив мой - ТТ:) Посвящается одной деве Великого Кольца

Трак Тор: Эдгар По К * * * - перевод В. Я. Брюсова Ты, всюду — ты! Куда ни ступишь! Я в сон спешу, чтоб видеть сны: О правде, что́ ничем не купишь, И о безумствах, что даны!

Трак Тор: Валерий Брюсов Сонет О ловкий драматург, судьба, кричу я "браво" Той сцене выигрышной, где насмерть сам сражен. Как все подстроено правдиво и лукаво. Конец негаданный, а неизбежен он. Сознайтесь, роль свою и я провел со славой, Не закричат ли "бис" и мне со всех сторон, Но я, закрыв глаза, лежу во мгле кровавой, Я не отвечу им, я насмерть поражен. Люблю я красоту нежданных поражений, Свое падение я славлю и пою, Не все ли нам равно, ты или я на сцене. "Вся жизнь игра". Я мудр и это признаю, Одно желание во мне, в пыли простертом. Узнать, как пятый акт развяжется с четвертым 4 июля 1901г. :) Дед Мороз, а вы не могли бы переместить свой предыдущий пост (т.е. скопировать его, удалить (галочка "удалить) и снова вставить после моего. А то целостность композиции нарушается

Дед Мороз: «Нехай злэ не живэ на свити». I Говорил, забывая о милости, украинский высокий народ: если злое на свет народилося, пусть на свете оно не живет. Этот лозунг, лишенный приличия с точки зренья ходящих во зле, - лучший вклад в мировое величие всех восточных славян на земле. Зло, которому в страх и в учение оный слоган явился хохлам, не имеет к целЯм отношения, а имеет, напротив, к средствАм. Это зло не в фашистской Германии, не в реформах народам назло, - это в самом простом понимании, бытовое, товарищи, зло. Если б вывести, мягко ли, строго ли, этот род наименьшего зла, и нацисты бы деток не трогали, и реформа бы шибче пошла. Погуманнее стали б побоища, потверезее Надцатый Рим: бытовое, - что зло, что чего еще, - совпадает всегда с мировым. II Вижу пир на проспекте под липами - это судное время стоит. Это Павел Петрович с принсипами тех, кто без, отправляет в Аид. - Брал заложников? К чертовой матери. Врал с экрана? Пятнадцать плетей. За идею? Добавьте-ка впятеро: это, братец, для малых детей. "Я ж безденежно!" - Накося выкуси. Ах, да здравствует Пашка-педант! Слишком долго работал на Миноса боевой гробовой лейтенант. И гляжу я, как под руки иродов - за приемчики все, за средства, - без зачета последствий и выводов провожают к стене пристава. И, шипя и визжа, разлетаются души их в безрассветную тьму: если злое на свет и рождается, то уж жить ему там ни к чему. Александр Немировский

Трак Тор: Владимир Луговской ...И пусть на смену тощей гусятине, поющей: "Люби меня и не обижай" ... Вот не могу найти это стихотворение замечательного, но забытого ныне поэта, помню только эту строчку. Может, кто поможет найти? поиск в Яндексе ничего не дал, на стихотворных сайтах тоже не нашел

arjan: Возьми немного... моего Алексей Решетов "Чаша: книга стихов", Пермь, 1981 Мы в детстве были много откровенней. — Что у тебя на завтрак? — Ничего. — А у меня хлеб с маслом и вареньем. Возьми немного хлеба моего... Года прошли, и мы иными стали, Теперь никто не спросит никого: — Что у тебя на сердце? Уж не тьма ли? Возьми немного света моего?

Трак Тор: Валерий Брюсов *** Я действительности нашей не вижу, Я не знаю нашего века, Родину я ненавижу, - Я люблю идеал человека. И в пространстве звенящие строки Уплывают в даль и к былому; Эти строки от жизни далеки, Этих грез не поверю другому. Но, когда настанут мгновенья, Придут существа иные. И для них мои откровенья Прозвучат как песни родные. 4 июня 1896г.

Дед Мороз: Письмо советского еврея в Израиль Слова: К. Беляев Исп.: Аркадий Северный Посылаю я письмо не Китаю,- Я Израилю протест направляю. Голды Меир и Даяна орава, Вам назло пишу я слева направо! Ты лети, лети, письмо, поскорее От простого трудового еврея, От монтёров, сталеваров, прорабов,- Руки прочь, жиды, от наших арабов! Вы надеялись на помощь да на силу, Это вы свели Насера в могилу. Вы испортили в раю атмосферу, Привезли жиды в Одессу холеру. Хоть у вас и у меня обрезанье, Но забудьте вы свои притязанья! Из-за ваших постоянных разбоев Здесь повысилась цена на спиртное. Я плюю на ваш иудин полтинник, Не поедет к вам ни Таль, ни Ботвинник, Не поедут к вам врачи и актёры, Не поедут к вам евреи-шахтеры. Не поедет к вам Юткевич, Гершкович, Солженицына дружок Ростропович. Не поедет мой сосед Юзя Блюмер, Потому что он вчера только умер. Об Израиле Кобзон не мечтает,- Своего дерьма там таки тоже хватает,- Так что в гости нас к себе вы не ждите, Не мутите воду нам, не мутите! А зохн вэй, извините за резкое слово - Под диктовку писала гражданка Иванова.

Трак Тор: Валерий Брюсов ЮНОМУ ПОЭТУ Юноша бледный со взором горящим, Ныне даю я тебе три завета: Первый прими: не живи настоящим, Только грядущее - область поэта. Помни второй: никому не сочувствуй, Сам же себя полюби беспредельно. Третий храни: поклоняйся искусству, Только ему, безраздумно, бесцельно. Юноша бледный со взором смущенным! Если ты примешь моих три завета, Молча паду я бойцом побежденным, Зная, что в мире оставлю поэта. 15 июля 1896

СтранникД: Хорошие стихи.

Трак Тор: Александр Володин (1919 — 2001) Простите, простите, простите меня! И я вас прощаю, и я вас прощаю. Я зла не держу, это вам обещаю, Но только вы тоже простите меня. Забудьте, забудьте, забудьте меня! И я вас забуду, и я вас забуду, Я вам обещаю, вас помнить не буду, Но только вы тоже забудьте меня! Как будто мы жители разных планет. На вашей планете я не проживаю. Я вас уважаю, я вас уважаю, Но я на другой проживаю. Привет! 1976.

Трак Тор: Валерий Брюсов * * * О, закрой свои бледные ноги 3 декабря 1894

Трак Тор: Детская площадка.

Дед Мороз: Так вот ты где зарыта, тайна Ноогена!

Трак Тор: Отчего всемогущий творец наших тел. Даровать нам бессмертия не захотел? Если мы совершенны - зачем умираем? Если несовершенны - то кто бракодел? Абу-ль-Фатх Омар Хайям

Трак Тор: Иосиф Бродский (из "Речи о пролитом молоке")36 Ничего не остыну! Вообще забудьте! Я помышляю почти о бунте! Не присягал я косому Будде, за червонец помчусь за зайцем! Пусть закроется -- где стамеска! -- яснополянская хлеборезка! Непротивленье, панове, мерзко. Это мне -- как серпом по яйцам!

Трак Тор: Андрей Вознесенский Гуляю в офшорах Гуляю в offшорах Offшорты. Offшорох Шарахнувшейся Москвы. Offшобла, Offшел, Offвы Обшарпанного шарпея с раздутыми горшочками щёк. Offшок. Offжопа. Offшуба. Астероид для обзора. Offшёлковый шёпот халата. Offспоры. Offссоры. OffСорос. Offсовесть. Offты. Off-шоры слепых лошадей. Не сновья Ерёмы. Offшорры водяры слепой похоронной конторы. "СмирнOff". И мир пролетит километров под сорок. Я - Off.

СтранникД: Трак Тор пишет: Я - Off. Это в смысле "выключенный" или "свободный"? Сообщение о прекращении своего присутствия на форуме?

Андрей Козлович: "Ну-ну..." Ильф и Петров

Трак Тор: Что "ну-ну"? Это не стихи :) "Прекращение присутствия" - зачем такой пафос? Просто время форумов вышло, "иных уж нет, а те далече". В цитируемом стихе ассоциациии Offссоры. Offты. Я - Off. с недавним пинанием группы формов (тех, что в шапке висят) одним нашим старым бывшим тварищем на форуме другого не столь старого нашего товарища, а МЕ он ваще назвал тяжелым случаем. Offжопа! (на всяк. случай, это цитата из Вознесенского, только лишь:)

СтранникД: Трак Тор пишет: с недавним пинанием группы формов (тех, что в шапке висят) одним нашим старым бывшим тварищем на форуме другого не столь старого нашего товарища, а МЕ он ваще назвал тяжелым случаем. А, понятно. Я просто не в курсе событий... был в командировках.

Трак Тор: Ирина Ратушинская 7 лет лагерей от Брежнева за стихи. Вот актуальный и для наших августов (1968 г. и 2008 г.), и для декабря 1994 и марта 2014 г.: Государь-император играет в солдатики – браво! У коней по-драконьи колышется пар из ноздрей. Как мне в сердце вкипела твоя оловянная слава, окаянная родина вечных моих декабрей! И сегодня, и завтра – все то же, меняя обличья, – лишь бы к горлу поближе! – и медленно пить голоса. А потом отвалиться в своем вурдалачьем величье, да иудино дерево молча растить по лесам

Трак Тор: А.Галич Бессмертный Кузьмин "Отечество нам Царское Село..." А.Пушкин "Эх, яблочко, куды котишься..." Песня Покатились всячины и разности, Поднялось неладное со дна! - Граждане, Отечество в опасности! Граждане, Отечество в опасности! Граждане, Гражданская война! Был май без края и конца, Жестокая весна! И младший брат, сбежав с крыльца, Сказал :"Моя вина!" И камнем в омут ледяной Упали те слова. На брата брат идет войной, Но шелестит над их виной Забвенья трын-трава!.. ...А Кузьмин Кузьма Кузьмич выпил рюмку "хлебного", А потом Кузьма Кузьмич закусил севрюжкою, А потом Кузьма Кузьмич, взяв перо с бумагою, Написал Кузьма Кузьмич буквами печатными, Что, как истый патриот, верный сын Отечества, Он обязан известить власти предержащие... А где вы шли, там дождь свинца, И смерть, и дело дрянь! ...Летела с тополей пыльца На бронзовую длань. Там, в Царскосельской тишине, У брега сонных вод... И нет как нет конца войне, И скоро мой черед! ...Было небо в голубиной ясности, Но сердца от холода свело: - Граждане, Отечество в опасности! Граждане, Отечество в опасности! Танки входят в Царское Село! А чья вина? Ничья вина! Не верь ничьей вине, Когда по всей земле война, И вся земля в огне! Пришла война - моя вина, И вот за ту вину Меня песочит старшина, Чтоб понимал войну. Меня готовит старшина В грядущие бои. И сто смертей сулит война, Моя война, моя вина, И сто смертей мои! ...А Кузьма Кузьмич выпил стопку чистого, А потом Кузьма Кузьмич закусил огурчиком, А потом Кузьма Кузьмич, взяв перо с бумагою, Написал Кузьма Кузьмич буквами печатными, Что, как истый патриот, верный сын Отечества, Он обязан известить дорогие "органы"... А где мы шли, там дождь свинца, И смерть, и дело дрянь! ...Летела с тополей пыльца На бронзовую длань, У Царскосельского дворца, У замутненных вод... И нет как нет войне конца, И скоро твой черед! Снова, снова - громом среди праздности, Комом в горле, пулею в стволе - -Граждане, Отечество в опасности! Граждане, Отечество в опасности! Наши танки на чужой земле! Вопят прохвосты-петухи, Что виноватых нет, Но за вранье и за грехи Тебе держать ответ! За каждый шаг и каждый сбой Тебе держать ответ! А если нет, так черт с тобой, На нет и спроса нет! Тогда опейся допьяна Похлебкою вранья! И пусть опять - моя вина, Моя вина, моя война, И смерть опять моя! ...А Кузьма Кузьмич хлопнул сто "молдавского", А потом Кузьма Кузьмич, закусил селедочкой, А потом Кузьма Кузьмич, взяв перо с бумагою, Написал Кузьма Кузьмич буквами печатными, Что, как истый патриот, верный сын Отечества, Он обязан известить всех, кому положено... И не поймешь, кого казним, Кому поем хвалу?! Идет Кузьма Кузьмич Кузьмин По Царскому Селу! В прозрачный вечер у дворца - Покой и тишина. И с тополей летит пыльца На шляпу Кузьмина... Russian LinkExchange Advertising Network

СтранникД: СВЯЩЕННАЯ ВОЙНА муз. А Александров сл. народные Вставай, страна огромная, Вставай на смертный бой С имперской силой темною, С чиновнечьей ордой! Припев: Пусть ярость благородная Вскипает, как волна! Грядет война народная, Священная война. Как два различных полюса, Во всем враждебны мы. За хлеб насущный боремся, Мы правдою сильны. Припев. Дадим отпор грабителям Детей и стариков, Свободы удушителям, Кователям оков! Припев. Они нас одурманили Своими ТРЦ. Страну они разграбили. Мы в рейтингах в конце. Припев. Мы жизнь хотели лучшую, Зарплаты и жилье. Нас гонит в глушь дремучую Рублевское ворье! Припев. Поднимемся всей силою Бунтующих сердец За землю нашу милую. Пусть им придет конец! Припев. Вставай, страна огромная, Вставай на смертный бой С имперской силой темною, С чиновнечьей ордой! Припев.

Трак Тор: Все было пасмурно и серо, И лес стоял, как неживой, И только гиря говномера Слегка качала головой. Не все напрасно в этом мире, (Хотя и грош ему цена), Покуда существуют гири И виден уровень говна! Александр Галич

arjan: К цитатам из Андрея Орлова (Орлуши) в теме ЦПИ:

arjan: Обычный день террориста-сепаратиста Дмитрий Пучков Встал. Обстрелял свой дом из ГРАДа. Добил жену из СВД. Не забирая дочь с детсада, пальнул по нём из БМД. Взорвал завод, где сам работал, и шахту батьки разбомбил. Аэродром из миномёта прицельным залпом обложил. Пульнул по кондиционеру из своего ПЗРК - соседей и пенсионеров поджечь не дрогнула рука. Достав с подвала БУК российский, что Путин давеча дарил, прямой наводкой малайзийский, к обеду Боинг подстрелил. Распяв родных в аллее быстро, колоться и бухать пошёл. У ДНР-сепаратиста вот так обычный день прошёл.

arjan: КРЫМ — не наш Зохраб Мамедов Остановись, Россия, ты сдурела! На цыпочках над пропастью замри: Мир сжат до цели в прорези прицела, Осталось сосчитать на раз-два-три — Нас разорвут на части и затопчат, Как хорошо откормленную дичь! Виновны? — те, то одобряет молча За мягкий, подрумяненный кулич; Кто сказки про распятого мальчишку Вещает нам на голубом глазу! Не признаётесь, что хватили лишку? Вам нужно отработать колбасу... Овеянный легендами правитель Непогрешим теперь, и несменим — Он послан небесами как спаситель: "Донбасс фашистам мы не отдадим"! Но что не ладно в датском королевстве, Когда вокруг всеобщий одобрямс? Когда во времена стихийных бедствий, Землетрясений, смерчей, прочих драм — Ты продолжаешь шарить по карманам Лежащих без сознания людей! И если вдруг сосед твой заболеет, Лезь в огород евошний, не робей! Увольте — я всё это не приемлю, Пусть гопники ликуют на ура, — Я не могу принять чужую землю, Такую недоступную вчера...

СтранникД: arjan пишет: КРЫМ — не наш

Трак Тор: Навеянное рекламой. "Делай селфи как профи." Тарелки, пролитый кофе, Окурки от сигарет... - Я делаю селфи как профи! - А я минет... "Рекламное место сдаётся." И на фиг оно мне сдалось? А лента Георгия вьётся, В Крыму койко-место сдаётся Уж так, брат, у нас повелось... И реет, и реет, и реет От крови краснеющий стяг, И душу рассейскую греет (иначе она захиреет) Опять появившийся враг!

Трак Тор: Юрий Нестеренко Держава Ностальгирующим Ах, какая была держава! Ах, какие в ней люди были! Как торжественно-величаво Звуки гимна над миром плыли! Ах, как были открыты лица, Как наполнены светом взгляды! Как красива была столица! Как величественны парады! Проходя триумфальным маршем, Безупречно красивым строем, Молодежь присягала старшим, Закаленным в боях героям - Не деляги и прохиндеи Попадали у нас в кумиры... Ибо в людях жила - идея! Жажда быть в авангарде мира! Что же было такого злого В том, что мы понимали твердо, Что "товарищ" - не просто слово, И звучит это слово гордо? В том, что были одним народом, Крепко спаянным общей верой, Что достоинства - не доходом, А иной измеряли мерой? В том, что пошлости на потребу Не топили в грязи искусство? Что мальчишек манило небо? Что у девушек были чувства? Ах, насколько все нынче гаже, Хуже, ниже и даже реже: Пусть мелодия гимна - та же, Но порыв и идея - где же? И всего нестерпимей горе В невозможности примирений Не с утратою территорий, Но с потерею поколений! Как ни пыжатся эти рожи, Разве место при них надежде? Ах, как все это непохоже На страну, что мы знали прежде! Что была молода, крылата, Силы множила год за годом, Где народ уважал солдата И гордился солдат народом. Ту, где светлыми были дали, Ту, где были чисты просторы... А какое кино снимали Наши лучшие режиссеры! А какие звенели песни! Как от них расправлялись плечи! Как под них мы шагали вместе Ранним утром заре навстречу! Эти песни - о главном в жизни: О свободе, мечте, полете, О любви к дорогой отчизне, О труде, что всегда в почете, И о девушках, что цветами Расцветают под солнцем мая, И о ждущей нас дома маме, И о с детства знакомом крае, И о чести, и об отваге, И о верном, надежном друге... И алели над нами флаги С черной свастикой в белом круге. 2008

СтранникД: И алели над нами флаги С черной свастикой в белом круге. Крутой поворот... Что-то смысла не уловил стихотворения.

Трак Тор: Ну... это как анекдот разъяснять. Как красива была столица! Как величественны парады! Проходя триумфальным маршем, Безупречно красивым строем, Молодежь присягала старшим, Закаленным в боях героям - И алели над нами флаги С черной свастикой в белом круге.При схожей сути флаги и символы могут быть разными. Печально, что люди так ведутся на ярлыки и их легко отвлечь от сути переводом стрелок на символы. Ах, на роликах у укров шевроны "волчий крюк"! Ах, - кричат - они фашисты, сийчас людей убивать пойдут! И тихонько вводят себе через границу диверсионные отряды, танки, а потом войска... "Киев бомбили, нам объявили Что началася война..." Только нам не объявили и до Киева ещё не дошло. А вы говорите, флаги...

Трак Тор: Привет от Михаила Юрьевича потомкам, возлагающим цветы. ...А вы, надменные потомки Известной подлостью прославленных отцов, Пятою рабскою поправшие обломки Игрою счастия обиженных родов! Вы, жадною толпой стоящие у трона, Свободы, Гения и Славы палачи! Таитесь вы под сению закона, Пред вами суд и правда — всё молчи!.. Но есть и божий суд, наперсники разврата! Есть грозный суд: он ждет; Он недоступен звону злата, И мысли и дела он знает наперед...

СтранникД: Не плоть, а дух растлился в наши дни, И человек отчаянно тоскует... Он к свету рвётся из ночной тени И, свет обретши, ропщет и бунтует. Безверием палим и иссушён, Невыносимое он днесь выносит... И сознает свою погибель он, И жаждет веры... но о ней не просит... Не скажет ввек, с молитвой и слезой, Как ни скорбит перед замкнутой дверью: "Впусти меня!- Я верю, боже мой! Приди на помощь моему неверью!.." Фёдор Тютчев

СтранникД: Скоро мерзавцы получат сполна. Близится мести народной волна. В лица взгляни этих Русских ребят – Каждый отважен, и каждый – твой брат. Время придет, и в едином строю С ними ты встанешь за землю свою, За ветеранов, за вдов, за сирот, За весь ограбленный Русский народ!!!! Геннадий Кабанков

СтранникД: Двадцать лет, как убили страну, Где нас в школах учили добру, Там работа была для людей, Я не видел бездомных детей. Там народ не боялся ментов, Не считал, как сейчас, за врагов, Там ценили людей по делам, А теперь верят лживым словам. Двадцать лет…и куда мы пришли? В подворотнях блуждают бомжи, Во дворах продают наркоту, Безысходность, как будто в аду. Двадцать лет....... словно мордой в навоз, Развалили последний колхоз, Безработные в тюрьмах сидят, Им платить уже нечем за газ. Отворите пошире глаза, Мы все дальше идем в никуда, С каждым годом редеют ряды, Мы давно никому не нужны. Двадцать лет, как убили страну, Для чего, для кого, почему? Что вы, сволочи, дали взамен?!!! Не таких ждали мы перемен*. Геннадий Кабанков

Трак Тор: 1 сентября началась Вторая мировая война. "Песня красных полков" Песня "Принимай нас, Суоми-красавица!" "Песня красных полков": (Музыка: П. Акуленко Слова: Е. Долматовский и В. Луговской) Мы идем за великую Родину Нашим братьям по классу помочь. Каждый шаг, нашей армией пройденный, Прогоняет зловещую ночь! Белоруссия родная, Украина золотая, Ваши светлые границы Мы штыками, штыками оградим! Над полями, лесами, озерами Боевые летят корабли, И свобода встает над просторами Угнетенной врагами земли. Белоруссия родная, Украина золотая, Ваши светлые границы Мы штыками, штыками оградим! Наших братьев в беде не оставим мы, Неразрывен великий народ. Под знаменами Ленина-Сталина, Под знаменами дружбы – в поход! Белоруссия родная, Украина золотая, Ваши светлые границы Мы штыками, штыками оградим! Песня "Принимай нас, Суоми-красавица!": (Музыка: бр. Покрасс Слова: А. Д'Актиль) Сосняком по откосам кудрявится Пограничный скупой кругозор. Принимай нас, Суоми-красавица, В ожерелье прозрачных озер! Ломят танки широкие просеки, Самолеты кружат в облаках, Невысокое солнышко осени Зажигает огни на штыках. Мы привыкли брататься с победами И опять мы проносим в бою По дорогам, исхоженным дедами, Краснозвездную славу свою. Много лжи в эти годы наверчено, Чтоб запутать финляндский народ. Раскрывайте ж теперь нам доверчиво Половинки широких ворот! Ни шутам, ни писакам юродивым Больше ваших сердец не смутить. Отнимали не раз вашу родину – Мы приходим ее возвратить. Мы приходим помочь вам расправиться, Расплатиться с лихвой за позор. Принимай нас, Суоми-красавица, В ожерелье прозрачных озер!

Дед Мороз: Андрей Вознесенский Отступления в виде монологов битников Второй монолог. Бунт машин Э.Неизвестному Бегите — в себя, на Гаити, в костелы, в клозеты, в Египты — Бегите! Нас темные, как Батыи, Машины поработили. В судах их клевреты наглые, Из рюмок дуя бензин, Вычисляют: кто это в Англии Вел бунт против машин? Бежим!.. А в ночь, поборовши робость, Создателю своему Кибернетический робот: "Отдай, — говорит, — жену! Имею слабость к брюнеткам, — говорит. — Люблю на тридцати оборотах. Лучше по-хорошему уступите!.." О хищные вещи века! На душу наложено вето. Мы в горы уходим и в бороды, Ныряем голыми в воду, Но реки мелеют, либо В морях умирают рыбы... Отженщин рольс-ройсы родятся... Радиация!.. ...Душа моя, мой звереныш, Меж городских кулис Щенком с обрывком веревки Ты носишься и скулишь! А время свистит красиво Над огненным Теннесси, Загадочное, как сирин С дюралевыми шасси. 1961

Трак Тор: А вы, надменные потомки Известной подлостью прославленных отцов, Пятою рабскою поправшие обломки 60 Игрою счастия обиженных родов! Вы, жадною толпой стоящие у трона, Свободы, Гения и Славы палачи! Таитесь вы под сению закона, Пред вами суд и правда — всё молчи!.. 65 Но есть и божий суд, наперсники разврата! Есть грозный суд: он ждет; Он не доступен звону злата, И мысли и дела он знает наперед. Тогда напрасно вы прибегнете к злословью: 70 Оно вам не поможет вновь, И вы не смоете всей вашей черной кровью Поэта праведную кровь! (М.Ю. Лермонтов)

Трак Тор: Дед Мороз пишет: О хищные вещи века! 1961 Вот сколько слышал - только сейчас явно увидел про "Хищные вещи века". Вознесенский, да. Гений. Как и Стругацкие.

Трак Тор: Арсений Александрович Тарковский, 1965 На свете смерти нет. Бессмертны все. Бессмертно все. Не надо Бояться смерти ни в семнадцать лет, Ни в семьдесят. Есть только явь и свет, Ни тьмы, ни смерти нет на этом свете. Мы все уже на берегу морском, И я из тех, кто выбирает сети, Когда идет бессмертье косяком.

Трак Тор: Николай Смолкин Катон, я тоже знаю Карфаген, Что твоего коварней и жесточе, Я кличу смерть его, я смерть ему пророчу, Зову небытие и насылаю тлен... Струится нить, плетут судьбу, кружа, Любовь и ненависть, как два крыла у птицы, И мчатся боевые колесницы, Жизнь воздвигая, чью-то жизнь круша. Мой Карфаген - в кровавом кумаче, Мой Карфаген - в налитых кровью звездах, Мой Карфаген - в их покаяньях поздних И к страшному труду готовом палаче. Мой Карфаген - инстинкт овечьих стад, Мой Карфаген - в овчарнях и овчарках. Катон, кому-то снова кровью харкать, Как две и больше тысяч лет назад. И этому, Катон, лежать в золе - Хоть это и одна шестая суши, Катон, я полагаю, на Земле Мой Карфаген обязан быть разрушен.

Трак Тор: ИОСИФ БРОДСКИЙ. Лили Марлен см. песню Возле казармы, в свете фонаря кружатся попарно листья сентября, Ах как давно у этих стен я сам стоял, стоял и ждал тебя, Лили Марлен, тебя, Лили Марлен. Если в окопах от страха не умру, если мне снайпер* не сделает дыру, если я сам не сдамся в плен, то будем вновь крутить любовь с тобой, Лили Марлен, с тобой, Лили Марлен. Лупят ураганным, Боже помоги, я отдам Иванам шлем и сапоги, лишь бы разрешили мне взамен под фонарем стоять вдвоем с тобой, Лили Марлен, с тобой, Лили Марлен. Есть ли что банальней смерти на войне и сентиментальней встречи при луне, есть ли что круглей твоих колен, колен твоих, Ich liebe dich, моя Лили Марлен, моя Лили Марлен. Кончатся снаряды, кончится война, возле ограды, в сумерках одна, будешь ты стоять у этих стен, во мгле стоять, стоять и ждать меня, Лили Марлен, меня, Лили Марлен. *Вариант в исполнениях песни: "Если русский снайпер мне не сделает дыру". И даже что-то про дыру в жопе.

Трак Тор: Вис Виталис - Hic Rhodus Hic Salta (текст песни) ...Короче, один пацан в Афинах задвигал, какой он лихой прыгун и как клево он прыгал у себя, на острове Родос. - Ну что-же, - сказали ему. - Здесь Родос. Здесь прыгай. Когда я был маленьким, мне было здорово. Укромная территория дома за подолом Маминым потом то да се да книги да школа Да два года кирзовых на мерзлом поле Потом воля, тут и дохнуло холодом Леденившим сердца да кружившим головы Многие мертвые тогда были молоды Еще брили бороды те кому теперь в огне брода нет Десять лет - и вот я стою обглоданный Гол как сокол и полый как волчье логово Словом вооруженный солдатик из олова Под облаками и думаю - где моя молодость За надписью "Welcome!" не было выхода По чьей прихоти жизнь мою вывихнуло Я бы свихнулся б уже, если б не пыхал бы Не писал стихи, не бухал бы по-тихому Не надеялся бы глупо на какой-то случай Не снимал бы сучек для быстрых случек Чтобы только забыть о том, что меня мучает Убить в себе детскую надежду на лучшее А лучше уже никогда не будет Так и будем давиться студнями буден Блуждать между крыс, ментов и обменников Вестись по-мелкому на надписи "Welcome" Все мажут сажей, чем дальше, тем гаже Все выше, выше, выше залежи лжи, фальши и лажи И струны трутся, и западают клавиши Но хрена ли ныть теперь, че там было раньше Те деньки далеки, как цветочек аленький Алой окалиной остыли годки наши маленькие Ах как все мы мечтали стать взрослыми И вот мы стоим под облаками, а под ногами у нас - Родос Здесь Родос. Здесь прыгай. Здесь Родос. Здесь прыгай. Здесь Родос. Здесь прыгай. Здесь Родос. Здесь. Ну что ж, дружок, вот ты и стал взрослым Ты не Питер Пэн, ты покинул остров Теперь у тебя есть и офис и босс, и Вcе просто - им ты и отдашь свою молодость Когда ты был маленьким, тебе было здорово Каждый день приносил что-то новое И ты хотел сделать мир лучше и чище Но он пообламывал твои зубищи Все лучшее постепенно остается в прошлом Когда ты был моложе, был честнее и проще И ты бы рад что-то сделать с этим, брат, но и Более сильных закатывали под асфальт И ты свои сердцем даже себя не согреешь Тебе всегда лучше там, где ты быть не смеешь Ты сидишь и потеешь с девяти до шести Живешь как умеешь, не в силах встать и уйти И хотя ты был меньше, на самом деле ты был больше А в общем то пошло всегда ныть о прошлом Я тоже не то, что я был, но что есть И если я здесь - то мой Родос здесь! Здесь Родос. Здесь прыгай. Здесь Родос. Здесь прыгай. Здесь Родос. Здесь прыгай. Здесь Родос. Здесь. Прошлого не было... Будущего не будет... Что мне остается делать... Я знаю... Hic Rodos Hic Salta (Hic Rodos Hic Salta) Hic! Hic! Hic Rodos Hic Salta Здесь Родос. Здесь прыгай. Hic Rodos Hic Salta Здесь Родос. Здесь прыгай. Здесь Родос. Здесь.

Трак Тор: А.Вознесенский, Ностальгия по настоящему Я не знаю, как остальные, но я чувствую жесточайшую не по прошлому ностальгию -- ностальгию по настоящему. Будто послушник хочет к господу, ну а доступ лишь к настоятелю -- так и я умоляю доступа без посредников к настоящему. Будто сделал я что-то чуждое, или даже не я -- другие. Упаду на поляну -- чувствую по живой земле ностальгию. Нас с тобой никто не расколет. Но когда тебя обнимаю -- обнимаю с такой тоскою, будто кто-то тебя отнимает. Одиночества не искупит в сад распахнутая столярка. Я тоскую не по искусству, задыхаюсь по настоящему. Когда слышу тирады подленькие оступившегося товарища, я ищу не подобья -- подлинника, по нему грущу, настоящему. Все из пластика, даже рубища. Надоело жить очерково. Нас с тобою не будет в будущем, а церковка... И когда мне хохочет в рожу идиотствующая мафия, говорю: "Идиоты -- в прошлом. В настоящем рост понимания". Хлещет черная вода из крана, хлещет рыжая, настоявшаяся, хлещет ржавая вода из крана. Я дождусь -- пойдет настоящая. Что прошло, то прошло. К лучшему. Но прикусываю, как тайну, ностальгию по-настоящему. Что настанет. Да не застану.

Трак Тор: Эльдар Рязанов недавно, в апреле ему 87 исполнилось Жить бы мне В такой стране, Чтобы ей гордиться. Только мне В большом говне Довелось родиться. Не помог России Бог, Царь или республика, Наш народ Ворует, пьет, Гадит из-за рублика. Обмануть, Предать, надуть, Обокрасть - как славно-то? Страшен путь Во мрак и жуть, Родина державная. Сколько лет Все нет и нет Жизни человеческой. Мчат года... Всегда беда Над тобой, Отечество

Трак Тор: Товарищь! Не верь в мирефремую хрень! Читай аристонь и ноогень! А если врагу даешь ты отпор - Прямая дорога тебе в обзор! (шутка)

Трак Тор: Саша Черный Во имя чего? Во имя чего уверяют, Что надо кричать: «Рад стараться!»? Во имя чего заливают Помоями правду и свет? Ведь малые дети и галки Друг другу давно рассказали, Что в скинии старой — лишь палки Да тухлый, обсосанный рак... Без белых штанов с позументом Угасло бы солнце на небе? Мир стал бы без них импотентом? И груши б в садах не росли?.. Быть может, не очень прилично Средь сладкой мелодии храпа С вопросом пристать нетактичным: Во имя, во имя чего? Но я ведь не действую скопом: ' Мне вдруг захотелось проверить, Считать ли себя мне холопом Иль сыном великой страны... Во имя чего так ласкают Союзно-ничтожную падаль? Во имя чего не желают, Чтоб все научились читать? Во имя чего казнокрады Гурьбою бегут в патриоты? Во имя чего как шарады Приходится правду писать? Во имя чего ежечасно Думбадзе плюют на законы? Во имя чего мы несчастны, Бессильны, бедны и темны?.. Чины из газеты «Россия», Прошу вас, молю вас — скажите (Надеюсь, что вы не глухие), Во имя, во имя чего?! 1910 Действительно, стихи о нас и вечном...

Трак Тор: Эльдар Рязанов пишет: Страшен путь Во мрак и жуть, Родина державная. Сколько лет Все нет и нет Жизни человеческой. Мчат года... Всегда беда Над тобой, Отечество Вот с этими мыслями он и умер...

Трак Тор: Люди холопского звания сущие псы иногда. Чем тяжелей наказание, тем им милей господа Н.А. Некрасов Вот им отмени хорошие импортные лекарства, для вставания с колен наших миллифармацевтов - рукоплескать будут.

СтранникД: РЭЙ БРЭДБЕРИ «ПЛЫВИ, ЧЕЛОВЕК» поэма (с сокращениями) Едва настанет ночь, он выплывает Из сумрачных глубин воспоминаний И плещется в безмолвных волнах сна. Как древо многоцветное, маячит Его фонтан тяжелый... Белый Кит, Забытый всеми Моби Дик великий. Я с ним плыву, ныряю, обретаю Подводные виденья, Я брожу Средь грохота бесшумного проливов, Приливов и отливов, Средь течений Неведомых, Смерчей, водоворотов Диковинных... И медленно к рассвету За мной вослед всплывает Моби Дик. И бледными, печальными глазами В меня он вглядывается. Как будто В намеренье изречь: «Душа твоя В извечном противостоянье с плотью, А плоть твоя в извечном противленье Стихии океанской... Пусть навеки Канатами железных волн прикручен, Прикован к суше дикий океан, - Он весь мои владенья, А земля Тебе принадлежит. Противоборство Земли и моря, Противостоянье Волны́ и бéрега Воистину являют Издревле, с незапамятных времен Волшебную картину мирозданья, Гармонии вселенской торжество. Сколь долго ты был немощен, ничтожен: Морскою тварью был, тритоном, рыбой, Но, следуя неведомому зову. Покинул лоно моря И поплыл По воздуху - Между холмов, деревьев. Снегов и радуг, И - о чудеса! - Нарек себя на суше Человеком, Став продолженьем Белого Кита. Я, Моби Дик великий, завершенье Круговорота бытия. Я эхо. Последний выдох тленья, увяданья. Ты первый вздох начала всех начал, Цветенье нескончаемое жизни. Я сверстник моря. Борозды судьбы Начертаны на лбу моем покатом. Издревле, с незапамятных времен Я вкраплен в сумрак океана синий И обречен на странствия - В проливах, В приливах и отливах. Ты свободен! Ты волен воспарить, как луч, иль птица. Иль облако. Ты властен заскользить На крыльях над Землей. Ты раздуваешь В горниле пламень голубой, И вмиг Железный зверь Тебя вздымает в небо, В объятия вселенной. Ты, дыша. Несешься средь просторов бездыханных. Космических, Сквозь пустоту пространств. Сквозь бездны, бездны ты летишь в ракете. Обличьем столь похожий на меня. На Белого Кита. Твой звездный Моби - Весь средоточье пламени, и воли, И кожи металлической. Столь дивно Фосфоресцирующей в недрах мрака, Подобно океану пред грозой. Плыви же, звездный Человек! Плыви, Пока вдали Земля не засияет Звездой на манускрипте первозданном, Раскрученном задолго до того. Как раскрутились волны океана. Задолго до того, как воспылали Светила первобытного лучи В глубинах первобытного горнила. Дабы согреть невидимые руки. Плыви же. Человек! Я остаюсь. Плыви и помни: Старый мудрый Ной Был брат мой, друг, собрат, единоверец. (Забудь все сказки про его ковчег!) Ты заложи основы звездной жизни. Стань праотцем ее. Создай для странствий Фосфоресцирующего Кита. Проплавай сорок дней. Иль сорок лет. Иль сорок тысяч лет со звездным Моби (Ты назовешь его Левиафаном!) - И замерцает средь кромешной тьмы Твоей мечты обетованный остров. Сойди на берег. Оплодотвори Нетронутую почву. Потом. Кровью, Слезами ороси ее. Засей Земными семенами И колосья По осени сожни на тучной ниве. Живи! Расти могучих сыновей И дочерей, Что зачаты когда-то В нетленных водах матери-Земли... Плыви же. Воплоти, Восчеловечь Бесчувственное, мертвое, слепое. Сойди на берег. Оплодотвори Песок и камень... Рано или поздно Стихия, пробужденная тобой. Родит героя. Странника, Скитальца Средь звездных обиталищ беспредельных, Взрастит собрата Белого Кита. Плыви же, Человек! И помни Моби, Его тоску, мечту, любовь, страданья, Светила первобытного лучи В глубинах первобытного горнила. Я умираю. На костях моих Взрастут цветы невиданных мечтаний. Слова мои заплещут, как форель. Поднявшаяся на холмы вселенной Выметывать в потоках серебристых Фосфоресцирующую икру. Плыви! И безымянные планеты Земными именами нареки. Плодись! Расти могучих сыновей И дочерей, Что зачаты когда-то В нетленных водах матери-Земли. Пусть огласят их молодые крики Десятки, сотни, тысячи парсек. Отчаливай на звездном Моби Дике, О Человек! Перевел с английского Юрий Медведев

Трак Тор: ...Пока в Газпроме аналитик мечтал про Северный поток — плескался в батареях литий, и Тесла получала ток. Весь Штокманн, Арктика и шельфы, весь сраный газоконденсат — теперь нужны как триппер эльфам! Как Сирии — Башар Асад! Е"@на мать, да выйди в Гуголь! Сейчас другие времена! Уже сто лет не нужен уголь — лежи в земле, кусок говна! И с нефтью, сраной черной жижей, грядет такая же х@#ня... Л.Каганов

Трак Тор: пироSHOK (02.02.2015) : весна придет и даст отмашку взгогочет гусь вструбит олень журавль вскурлычет рысь взмяучит всхохочет филин мышь вспищит Наталья Шелякина

Трак Тор: Николай Некрасов Размышления у парадного подъезда ... Родная земля! Назови мне такую обитель, Я такого угла не видал, Где бы сеятель твой и хранитель, Где бы русский мужик не стонал? .................. Стонет в собственном бедном домишке, Свету божьего солнца не рад; Стонет в каждом глухом городишке, У подъезда судов и палат.Воистину, о Вечном...

Трак Тор: Сергей Гандлевский Картина мираКартина мира, милая уму: писатель сочиняет про Муму; шоферы колесят по всей земле со Сталиным на лобовом стекле; любимец телевиденья чабан кастрирует козла во весь экран; агукая, играючи, шутя, мать пестует щекастое дитя. Сдается мне, согражданам не лень усердствовать. В трудах проходит день, а к полночи созреет в аккурат мажорный гимн, как некий виноград. Бог в помощь всем...

Трак Тор: Cтихотворение Быкова: Сдержать эмоций не могу И от восторга холодею: Нашел Лавров, открыл Шойгу Национальную идею! Она бразильской не хужей. Играй, народ, ногами двигай! Достанем всех из гаражей И соблазним футбольной лигой. Отнять грозятся мундиаль (Отнять не смогут, но грозятся) — А мы готовы, нам не жаль, Никто не будет угрызаться. Мы хорошо защищены От ваших санкций нездоровых И проведем внутри страны Чемпионат команд дворовых. Так повернулось колесо: Побыв гламурными для вида — Айда во двор! Дворово всё: Война, культура, спикер МИДа. А вот ответка спикера Марии прилетела: Дворовый стиль был задан вами. «А мы? Ничем мы не блестим». Лишь для удобства пониманья Мы на дворовом говорим Кому нужны изыски Гессе? Ведь не с кем в бисер нам играть. Теперь для санитаров леса Мы стали вирши сочинять. Из блогов их мы почерпнули Расходных слов немало, и Мы жизнь в руду из слов вдохнули, Себе сказав заветно «жги!» Услышав слов знакомых звук, Слетелись все, кто только мог, И влипла стайка злобных мух В наш лингвистический урок. Что ж… Эту чудную картину Мы наблюдаем каждый день. Вам дела нет до сути мира, А стиль вам обсуждать не лень. ------------------------ Не буду про графоманский стиль, а вот про некоторую загадочную "суть мира" в отличие от презренной "формы"... кого, думаю, это мне напомнило? Ба, ноогеновского дракона, его недавние снисходительные поучения "девушке" - писателю с псевдонимом Ирина Геллер.

Трак Тор: Председатель ЦК КПРФ, лидер Народно-патриотических сил России Г.А. Зюганов: Неразделимы Ленин и Октябрь, Народный гнев и Разин с Пугачёвым. Не надо только путать «вождь» и «царь» - По смыслу это разные два слова. В войне, конечно, победил народ. Ему по праву быть на пьедестале. Но никогда никто не зачеркнёт: Народ к Победе вёл товарищ Сталин! 9 мая 2016 года Это, оказывается, стихи не Зюганова, как я думал (сейчас все они поэты либо писатели), а товарища Юрия Хренова. У него и лучще есть: Нужен народу вождь, Как огороду дождь. Иначе зачахнет народ, Как без дождя огород, И превратится в сброд.

Трак Тор: Игорь Губерман, 1991 Получив в Москве по жопе, Полный пессимизма, Призрак бродит по Европе, Призрак коммунизма Михаил Светлов, 1929, Призрак бродит по Европе По Европе бродит призрак Что-то в бороду ворчит Он к романтикам капризным Как хозяйственник, стучит... Семен Липкин, хорошо знавший Михаила Аркадьевича, написал: «Его опустошил разгром оппозиции. Он сочувствовал троцкизму, был подготовлен к имперской жестокости. Все комсомольские поэты первого поколения были обворожены Троцким. Светлову пришлось печатно отречься от символа молодежи. Его простили, не тронули, но с тех пор он надел на себя маску гаера». В 1929 году, «гэпэушникам» в значительной мере удалось «сломать» Светлова, «погасить» в нем Поэта. Он стал писать такие стихи, как «Смерть»: Каждый год и цветет, И отцветает миндаль... Миллиарды людей На планете успели истлеть... Что о мертвых жалеть нам? Мне мертвых нисколько не жаль! Пожалейте меня! – Мне еще предстоит умереть! В 1957 году он написал стихотворение «Бессмертие»: Как мальчики, мечтая о победах, Умчались в неизвестные края Два ангела на двух велосипедах – Любовь моя и молодость моя. Иду по следу. Трассу изучаю. Здесь шина выдохлась, а здесь прокол, А здесь подъем – здесь юность излучает День моего вступленья в комсомол... И вспоминая молодость былую, Я покидаю должность старика, И юности румяная щека Опять передо мной для поцелуя.

Трак Тор: Автор неизвестен но Андрей Стругацкий уверяет, что этот стишок БНС напечатал на только что приобретённой пишущей машинке "Оптима" в 1973 году как пробу: Жили-были три китайца: Як, Як-Цидрак, Як-Цидрак-Цидрак-Цидрони. Жили-были три китайки: Ципа, Ципа-Дрипа, Ципа-Дрипа-Лимпомпони. Поженился Як на Ципе, Як-Цидрак на Ципе-Дрипе, Як-Цидрак-Цидрак-Цидрони На Ципе-Дрипе-Лимпомпони! Так же есть в в "Бессильных мира сего".

Трак Тор: Кир Булычев Я пришёл к тебе с приветом Рассказать, что Солнце село, Что Земля и все планеты Сели по тому же делу.

Трак Тор: Николай Гумилёв Он стоит пред раскаленным горном - Невысокий старый человек. Взгляд суровый кажется покорным От миганья красноватых век. Все товарищи его заснули, Только он один еще не спит: Все он занят отливаньем пули, Что меня с землею разлучит.

Трак Тор: Подражание "диалогу у новогодней ёлки" Ю.Левитанского — Чем же все это окончится? Будет апрель? — Нет, не апрель, будет Трамп! — Вы уверены? — Да, я уверен. Я уже слышал, и слух этот мною Проверен, будто свистела в эфире об этом свирель. — Что же из этого следует? Следует шить? — Бронежилеты! из самого лучшего ситца*! — Вы полагаете, все это будет носиться? — Я полагаю, что БРЮКИ** придется ушить. — Годик остался до выборов - будет Папа'? — И маски-шоу! — по кругу, по новому кругу! — "Вальс" начинается? — Дай на прощание руку! и — трам-па-па, трам-па-па, трам-па-па, трам-па-па!.. *Самым лучшим ситцем в ближайшие годы в стране будет кевлар. **Бразилия, Россия, Южная Африка, Китай, Индия. 20.11.016. 2:45

Трак Тор: А.К. Толстой История государства Российского от Гостомысла до Тимашева ... 69 Ходить бывает склизко По камешкам иным, Итак, о том, что близко, Мы лучше умолчим. 70 Оставим лучше троны, К министрам перейдём. Но что я слышу? стоны, И крики, и содом! 71 Что вижу я! Лишь в сказках Мы зрим такой наряд; На маленьких салазках Министры все катят. 72 С горы со криком громким In corpore, сполна, Скользя, свои к потомкам Уносят имена. 73 Се Норов, се Путятин, Се Панин, се Метлин, Се Брок, а се Замятнин, Се ГрефКорф, се Головнин. 74 Их много, очень много, Припомнить всех нельзя, И вниз одной дорогой Летят они, скользя. 1868 год Скользя вниз - это про Улюкаева :)

Трак Тор: Как на иных конвейерах, чем их не загрузи - получается пулемёт, так у иных людей получается манифест, о чём бы они не писали... (Мудрые мысли Железной Черепахи) ...А на иных конвейерах, чем их не загрузи - Всё пулемёт получится, Калаш или УЗИ. Ходить бывает склизко - напишем манифест, О как нам доехать... ну хоть в Октоберфест*

Трак Тор: Сергей Владимирович Михалков, троегимнец. Наша мирная страна Хорошо защищена. С автоматом, с пулеметом Эти смелые бойцы – Наша славная пехота, Наши братья и отцы. А бойцы на мотоцикле За рулем сидеть привыкли. Быстро мчит мотоциклетка, Пролетает по мостам, Наша зоркая разведка Утром – здесь, а завтра – там! Чтобы тронуть нас не смели И обидеть не могли, Мы стальной броней одели Боевые корабли. Ночью светят маяки, В море наши моряки, Это наш Военный Флот Нашу землю бережёт. Мы летаем высоко, Мы летаем низко, Мы летаем далеко, Мы летаем близко. Будет нужно – долетим Мы туда, куда хотим В небе воздух свеж и чист Прыгнул вниз парашютист, А за первым весь отряд – Друг за другом, все подряд! Эти пушки На опушке Не похожи на игрушки! Эти пушки на границе, Этих пушек враг боится! Оборона – наша честь, Дело всенародное! Бомбы атомные есть, Есть и водородные. Но российские ракеты Мирным людям не страшны – Знают все – Страна Россия Против атомной войны Танк в реке не ищет броду: Он бесстрашно входит в воду, Переваливает ямы, Под себя деревья гнет. Если надо ехать прямо – Едет прямо, Не свернет! Вот российская граница – Пограничник на границе, Рядом – друг его надежный И товарищ боевой, Зоркий, чуткий, осторожный, Верный пес сторожевой! Наша мирная страна Хорошо защищена!

Трак Тор: Как обидно - чудным даром, Божьим даром обладать, Зная, что растратишь даром Золотую благодать. И не только зря растратишь, Жемчуг свиньям раздаря, Но еще к нему доплатишь Жизнь, погубленную зря Подробнее на livelib.ru: https://www.livelib.ru/book/1000819992/quotes-stihi-pro-menya-petr-vajl/~2

Трак Тор: ОДА ВЕЛИКОМУ БАНУ с чем же сравнить мне, Минерва, райское то облегченье, что испытала я утром? розовоперстая Эос вежд моих нежно коснулась, и поняла я: отныне, присно, во веки веков, глупая эта индюшка — та, что терзала, терзала меня благочестием тухлым, — та, что меня просвещала: «в Каспий, от века обильный, Волга послушно впадает»; та, что — за каплею каплю — громокипящей банальщины мне на главу изливала кубок отравленный (и, пренебрегши цикутой, — в уши мои — инвективы, словно вязальные спицы, злая, как Мойра, втыкала: «Бродский, ваш Бродский порочный, крестиком не вышивал!»), — нет! та овца уж не сможет ввек надо мной измываться! с чем же сравню облегченье? где-то, в предместье Афин, широкошумна, олива сень пилигриму дарует — и вот он от Феба сокрылся? нет, всё не то! всё не то! дева ль, растленна Эротом, в сладком слепом содроганье то облегченье получит? близко к тому не лежит! может быть, — легионер, тот, что сходил в лупанарий, к женщинам падшим, так облегчает пузырь, испуская златую урину? нет! всё не то, всё не то! Бан! облегчающий бог! Бог любомудрый, всесильный! Бан! лишь тебе, в упоенье, оду всем сердцем пою! ты ж помогай, Каллиопа! *** © Марина Палей

Трак Тор: Жди меня. Я не вернусь это выше сил. Если ранее не смог значит — не любил. Но скажи, зачем тогда, уж который год, я Всевышнего прошу, чтоб тебя берег. Ждёшь меня? Я не вернусь, не смогу. Прости, что стояла только грусть на моем пути. Может быть средь белых скал и святых могил я найду кого искал, кто меня любил? Жди меня. Я - не вернусь! НИКОЛАЙ ГУМИЛЕВ. Вот поэтому Константин Симонов был против реабилитации Гумилёва - мол, белогвардеец:) P/S/ Впрочем, "найденный в архиве Ахматовой автограф приписывается Н.Гумилёву" (Д.Быков) Есть подозрение, что это (что я привел) фейк и это любительское подражание Симонову. Не имею достаточно материала и большого желания проверять дальше, поэтому не удаляю а оставляю как есть с примечанием

Трак Тор: Леонид Филатов Пред Родиной, конечно, неудобно. Долги, конечно, надо отдавать... Но почему она - в уплату долга - С вас требует кого-то убивать? И коль у вас пред ней долги такие, Что даже жизнь в уплату их - пустяк, То хочется спросить вас, дорогие, Зачем же вы одалживались так? Коль Родина удар наносит сзади, Да так, что аж в глазах потом круги, То лучше, дорогие, не влезайте Вы к этой страшной Родине в долги!

СтранникД: Трак Тор пишет: Леонид Филатов

Трак Тор: Это из «Лизистрата» — пьеса Леонида Филатова по мотивам одноимённой комедии Аристофана. Раз так понравилось - предыдущий куплет: Пока вы тут беспечно верещали: Мужчина, он такой, мол, и сякой! Бесстыдницы, мы вас же защищали, Оберегая глупый ваш покой. (Предводитель) - Постой!.. Ты что-то путаешь в запале! Известно ведь любому пацану: На вас не нападали. Вы - напали. Вы первыми затеяли войну! Вы гражданам защиту обещали, А получился форменный скандал!.. Кого и от кого вы защищали, Когда на вас никто не нападал? Ах, сколько на земле людишек подлых! Такие уж настали времена!.. Вы подлость преподносите, как подвиг, И просите за это ордена! (Лизистрата) - Позвольте вам заметить с укоризной - И поскорей возьмите это в толк! - Мы выполняем долг перед Отчизной, Священный перед Родиною долг! (Предводитель) Ну а дальше предыдущее: "- Пред Родиной, конечно, неудобно..." Оказалось, здесь https://www.stihi.ru/diary/rigariga/2014-10-07 ровно тот отрывок, что я привел и вдобавок перед ним Юлий Ким "Песня пятой колонны"

Трак Тор:

Трак Тор: Мой товарищ, в смертельной агонии Не зови понапрасну друзей. Дай-ка лучше согрею ладони я Над дымящейся кровью твоей. Ты не плачь, не стони, ты не маленький, Ты не ранен, ты просто убит. Дай на память сниму с тебя валенки. Нам еще наступать предстоит. Эти гениальные стихи написал 19-летний лейтенант-танкист Иона Деген в декабре 1944 года. Уникальный человек. 1925 г.р., но в июле 1941 года добровольцем пошёл на фронт в истребительный батальон, состоящий из учеников девятых и десятых классов. Мой отец был 1925 г.р., ушел добровольцем после 9 класса, но в военное училище, поэтому воевал с 1943, с Курской дуги. У нас на форуме был человек с ником Деген. Иона после 9 класса поехал вожатым в пионерлагерь на Украине в последние мирные июньские дни 41 года. Там его и застала война. В военкомате отказались призвать из-за малолетства. Тогда ему казалось, что через несколько недель война окончится в Берлине, а он так и не успеет на фронт. Вместе с группой таких же юношей (некоторые из них были его одноклассниками), сбежав из эвакуационного эшелона, они смогли добраться до фронта и оказались в расположении 130 стрелковой дивизии. Ребята добились, чтобы их зачислили в один взвод. Так в июле 41 года Иона оказался на войне. «Девятый класс окончен лишь вчера. Окончу ли когда-нибудь десятый? Каникулы - счастливая пора. И вдруг - траншея, карабин, гранаты, И над рекой до тла сгоревший дом, Сосед по парте навсегда потерян. Я путаюсь беспомощно во всем, Что невозможно школьной меркой мерить.» А сегодня юные засранцы, обдолбанные пропагандой, пишут на стекле своих "Жигулей": "Можем повторить!" История повторяется только в виде фарса - никогда им не повторить подвиг дедов! Повод может быть только для фарса

Трак Тор: Трак Тор пишет 21.03.17: Эти гениальные стихи написал 19-летний лейтенант-танкист Иона Деген в декабре 1944 года. А сегодня он умер :( В возрасте 91 года. Лето 1944 Случайный рейд по вражеским тылам. Всего лишь взвод решил судьбу сраженья. Но ордена достанутся не нам. Спасибо, хоть не меньше, чем забвенье. За наш случайный сумасшедший бой Признают гениальным полководца. Но главное — мы выжили с тобой. А правда — что? Ведь так оно ведется.

Трак Тор: Фейсбук В стародавние времена Жизнь кидала нам чёрный лейбл И вздыхали мы, старина: «Нету кайфа – хучь фейсом об тейбл!» .................. Друг, ты слышишь приглУшенный звук? Снова фейсом стучатся об бук! 28.05.17

Трак Тор: навеянное Я владею словом, мылом и верёвкой, У меня большая, добрая душа. Сброшенные маски - старые обновки Любо, братцы, любо, жизня - хороша!



полная версия страницы